Диалог Семёна Уралова и Александра Шелеста* [включён в реестр иностранных агентов Роскомнадзора], 29 июля 2025.
Язык войны и война языков
Александр Шелест. Я приветствую вас, дорогие друзья, уважаемые гости и подписчики моего канала. Всем большое спасибо за то, что следите за новыми выпусками и даже захаживаете в живые эфиры. Прямо сейчас со мной на связи Семён Уралов в прямом эфире.
Семён Сергеевич, приветствую вас.
Семён Уралов. Приветствую, Александр, всем зрителям доброго здравия.
АШ. На самом деле, конечно, такая радость, всегда такое приподнятое радостное настроение, потому что это первая такая встреча и возможность пообщаться с вами. Спасибо большое, что посмотрели нашу прошлую встречу чуть больше недели назад и написали очень много комментариев. Я не мог просто из-за обилия вами написанного не провести вот такой разговор не в записи, а в прямом эфире, чтобы вы могли поучаствовать.
Сделать это очень просто, всё как всегда. QR-код, которой видите на своём экране, — это возможность, поддержав канал, написать всё что думаете или спросить о чём-то, поучаствовать в эфире. В конце с этих вопросов начнём наш непосредственный разговор с вами. А также в сообществе YouTube и в закрытом клубе зрителей принимаются ваши вопросы, которые тоже прозвучат. И чат-трансляции подключим в конце. То есть вообще интерактив, вообще вживую. Но это будет в финальной части программы. А в самом начале чат-трансляции предлагаем опрос. Он сегодня звучит следующим образом:
Чего вы точно не простите Зеленскому?
Сделайте выбор из предложенных вариантов. Их на самом деле может быть масса, я понимаю. Но вот из предложенного:
- Шашлыки в мае, язык и памятники.
Ну, то есть, мы собрали в один — ложь, вопрос языка и вопрос памятников.
- Беспредел ТЦК и закрытые границы.
- Саммит с Путиным, Минск-2. Или
- Распил страны и сдачу земли и недр.
То есть у вас имущественные претензии. Вот такие варианты, вот такой опрос. Я понимаю, что на этих четырёх вариантах, Семён, лично вы вряд ли остановитесь. Но давайте с этого начнём. Чего точно народ не простит Зеленскому, как вам кажется?
СУ. Я бы всё-таки для чистоты понимания за скобки вывел как общее то, что было у всех президентов, это язык и памятники, и то, что назвали «разграбление государства». Последний пункт, я сейчас не точно цитирую, в этом смысле это завершающийся процесс, который ничем не отличался от того, что делали все предыдущие главы государств до него. А вот то, что связано с СВО (то есть закрытие границ, ТЦК), — это всё последствия того, что не были выполнены Минские соглашения. Опять же для чистоты понимания, потому что у Зеленского шанс был.
Если говорить о карме всех президентов, то памятники, разграбление — это общее. Тут вешать всех собак на одного, последнего, — это, наверное, проще сделать для осознания. Но для чистоты понимания — это очень сильно нас обманывает. Никаких ошибок, кроме невыполнения Минских соглашений, их реализации, по большому счёту, он не совершал. Всё остальное является лишь последствиями.
АШ. Интересно, проголосуйте вы, друзья, кому что [нравится]. Понятно, что многим «шашлыки в мае». Я туда присовокупил, конечно, язык и памятники, потому что я понимаю, что претензий очень много. Но вот эти «шашлыки в мае» простить до сих пор никто не может, хотя уже сколько переменилось.
Сегодня наш эфир я назвал Trump Pushes the Horses [прим.: На пресс-конференции перед боем Усика и Дюбуа украинский боксёр произнёс фразу, которая сразу стала мемом: «Don’t Push The Horses», что является дословным калькированным переводом выражения «Не гони лошадей»].
Необыкновенное чудо случилось в Шотландии. И казалось бы, на Банковой должны все вприпрыжку радоваться, что Трамп прям берёт уздцы и говорит: «Смотри, Путин, не хочу с тобой разговаривать вообще. 50 дней давал, будет 10 или 12. Сегодня или завтра об этом объявлю». Но тем не менее, другого слова, как «потужно» [(укр.) — мощно], к заявлениям вчерашним Трампа вообще не подберёшь.
Но не шибко радостно сейчас на Банковой [прим.: название улицы, где расположен Офис президента Украины], потому что там очень серьёзная внутриполитическая, внутривидовая грызня как раз-таки со спонсорами власти и с теми, с кем она подписывала контракт. «Вашингтон пост» сегодня говорит, что Ермак закручивает гайки. Представляете, какая диктатура вырисовываются?! Зеленский упал с пьедестала демократического лидера. И кажется, что этот достаточно широкий жест политический Трампа в сторону России вроде как бы подхватить Киеву — а не удаётся. Как вы думаете, в какую игру сейчас играет Трамп и почему совершенно другим заняты в Киеве?
СУ. Я думаю, что Трамп, начиная с его 100 дней, разговаривает с вымышленным, ну, или с им воображаемым Путиным. И в данном случае Зеленский у него не вымышленный, а редуцированный, то есть упрощённый. И вот эти две фигуры, которые не позволяют Трампу выполнить перемогу [(укр) — победу]. Мы же помним, что он изначально всё это продаёт как «я великий мастер сделок». То есть, «только я могу сделать так, что посажу две стороны противоположные и организую перемогу».
Вот колесо генотьбы, лёгшее в основу сведения с ума общества Украины, на котором одни зарабатывали деньги, монетизировали, я это назвал монетизацией чувственных идей, то есть по сведению с ума. Это американская модель. Вообще, вот эта медийная машинка по производству ажиотажа. Мы это уже разбирали, это продолжение маркетинговой модели, рождённой в США, которая была адаптирована для политических моделей и в 70-е годы была доведена до совершенства.
Первым таким феноменом из штатовских президентов, конечно же, был Рональд Рейган. Это интереснейшая фигура, когда артист проник на самые высоты политики. До этого президентам Америки приходилось осваивать артистические навыки, а тут произошла другая история. То есть, изначально лицедей. Тут же очень важно понимать, кто это такой. Русское хорошее слово «лицедей», собственно, объясняет, что это человек, у которого очень много лиц.
Не зря наши предки лицедеев, например, даже не приглашали за один стол. Почему? Потому что лицедею нельзя ничего доверить. Уу него сегодня одна маска, завтра другая. Это отражено в наших артистах. Как устроена их жизнь? Постоянные истерики. Кто хочет, можно вспомнить знаменитую сцену из «Ивана Васильевича, который меняет профессию». Помните режиссёра Якина: который «бросил свою кикимору», в исполнении Пуговкина? Это я всем напоминаю про лицедейство: «О, не узнаю вас в гриме. Кеша, неужели это ты?»
Мир лицедейства в 70-е и 80-е годы, на Западе особенно, достиг своего пика. Про общество спектакля всё рассказано. Философы поняли это ещё в 70-е, в 90-е это стало уже технологией. И вот Рональд Рейган — это который… Трамп сейчас это воспроизводит, а тогда это было ноу-хау. Это человек, который провёл вымышленную борьбу с Советским Союзом. Горбачёв сам всё сдавал, от всего сами отказывались. Но США это всё преподносило как великую перемогу. Войска сами вывели из ГДР? «Нет, мы победили империю зла».
Вот эта модель, которую хотел бы воспроизвести Трамп, он же не зря говорит, что ориентируется на Эндрю Джексона. Это мразь, который убил семинолов, ни за что во Флориде разгромили семинолов. Уникальное было протогосударство. Мы это тоже вспоминали. Там были и белые. То есть это мразь, расист, на которого Трамп ориентируется.
А второй [его кумир] — Рейган, это первый лицедей, который достиг высот и с помощью этих высот американцев кормил перемогами. До сих пор они на полном серьёзе считают, что победили Советский Союз в холодной войне. То есть Советский Союз не саморазложился в ходе предательства высшей политической элиты, что, в общем-то, зафиксировано, этого никто не скрывает, они этим и гордились. Как тот же Леонид Кравчук, который рассказывал, как он с детства сидел в землянке УПА и думал, как отомстит. Это сделали всё первые секретари. И они первые потом побежали всё разбазаривать. Почему? Потому что в рамках этой сделки — мы это разбирали — они получили собственность. И, соответственно, они уходят.
Возвращаемся к Трампу. Ему нужны перемоги. По-другому не работает эта модель. Для этого была нужна эта война, пиар-война между Ираном и Израилем, в которой он перемог. Всех он победил. Даже появились мемчики, «Помирил всех и спит».
Вот, собственно, про Трампа. Надо учитывать, что
российская сторона не очень идёт на имитацию перемоги, то есть встречи будут только тогда, когда о чём-то будем договариваться.
Контакты? Хорошо, продолжаем. Перемога не лепится. А в таких случаях, когда было очень много анонсировано, причём было очень много анонсировано в стиле Трампа, о том, какие у него отличные отношения, как они друг друга понимают… Это в политике не имеет значения. Но анонсировано было. Теперь с перемоги надо слиться. А как с неё слиться? А слиться с неё — значит, что те, кого мы мирим, какие-то не такие. Это исключительно я сейчас про шоу говорю и то, что в когнитивной войне называется «глобальная повестка». Ему с неё надо слиться, и для этого нужно показать, и у него нет другого выхода, кроме как общаться с воображаемым Владимиром Путиным. Ну, какие у него варианты есть? С ним же никто не говорит.
АШ. Есть же вариант встретиться с Путиным?
СУ. Так с ним никто встречаться не собирается.
АШ. С Трампом?
СУ. По украинскому вопросу — конечно, нет.
Американской стороне сказано следующее: «Это ваши индейцы сиу прирученные. Вы им выдали цилиндры, вы им выдали ружья. Когда вы перестанете поставлять ружья, можем говорить о чём-то. Не перестали поставлять ружья? Говорить с вами не о чем».
Это я так максимально упрощаю, но на уровне нашей риторики, что мы как два индейских племени — да, так оно и есть. Продать нам то, что мы внутри себя в ходе какой-то встречи, где мы о чём-то якобы декларированно договоримся — это путь к Минску-3. А на это никто не пойдёт, нам же всем рассказали, что Минск-2 — это была отсрочка, время на вооружение. Оказывается, Меркель, пользуясь своими личными контактами, вводила в заблуждение. Они одной рукой строили газопроводы, другой рукой осуществляли экспансию капитала. Ну, и на секундочку, «Сименсу» были отданы проекты высокоскоростных поездов. Капиталу немецкому было очень много отдано. Именно поэтому посредничество Германии воспринималось в Минских соглашениях как нормальное, потому что это не США и не Британия. Они же с нами участвуют.
Но, собственно, гарантов-то больше никаких нет. Почему? Потому что
в мире прагматики (а американцы — это, в первую очередь, прагматики) России не о чем договариваться с США ввиду ничтожности нашего товарооборота.
Они ни в чём не зависят от нас, кроме как по паре позиций. Но по этой паре позиций можно всегда обойти торговые вопросы. Поэтому у нас нет никаких возможностей на них повлиять. Я сейчас не говорю про военный прямой конфликт, это крайняя точка. Повлиять возможности нет.
А так как американцы владеют основными глобальными медиа и разыгрывают там спектакли, ну, извините меня, в их спектаклях участвовать смысла никакого нет. Пусть в этом участвуют индейцы в цилиндрах.
Ну, и мы видели, что было с гражданкой начальницей главного Евросоюза, когда она на поклон поехала соглашаться со всеми пошлинами.
По большому счёту, это форма колонизации. Но
белый господин требует не просто денег, он требует ещё и публичного унижения.
Другой вопрос, что не всегда это получается. Иногда хуцпаны из Днепропетровской области могут устроить ответный спектакль, как мы видели в Белом доме. Но
по факту это общий метод управления — медиаколониализм, новая форма. Когда ты не только даёшь деньги, но тебе нужно постоянно, чтобы приносили вассальную присягу, клятву демократическим ценностям.
Это всё очень важная процедура. И у белого господина сейчас очень серьёзная проблема. Так сказать, «крокодил не ловится, не растёт кокос», он же позиционировал себя, в том числе, за счёт Владимира Путина.
В чём особенность?
В США модель перманентно расколотого общества.
В этом идея этого двухтурового президента, который всегда есть. Во что сублимируется этот раскол? Это их ноу-хау после гражданской войны.
Оно сублимируется в партийное противостояние, которое мы видим, либо может сублимироваться во внешние конфликты, когда вся ненависть куда-то выносится.
На кого? Кого мы будем ненавидеть? Саддама Хусейна. Кого мы будем ненавидеть? Муаммара Каддафи. И вот эта ненависть, которая живёт в любом расколотом обществе.
Кстати, эта история началась на постУкраине после 2004 года. Вроде все уже поняли, что Ющенко мудак, и рейтинга у него не было, а ненависть никуда не делась, ненависть уже начинает жить в обществе. Её нельзя канализировать просто так. Так взяли — раз! — и она сама по себе растворилась. В этом смысле
самый страшный вирус, который приносит американская модель накачивания ненависти — индейцы в цилиндрах начинают внутри себя самоуничтожаться. У американцев есть куда эту ненависть выплеснуть. Они устраивают по всему миру постоянно провокации, либо политические, либо военные. А колонизируемым странам, государствам и обществам эту ненависть приходится выплёскивать в войну с соседями.
То, до чего довели Украину, и не только Украину. Посмотрите, Армения, Азербайджан — подобная история.
Это обычная история, и на тактическом уровне у Трампа «крокодил не ловится» и перемога не склеивается, а на стратегическом уровне это продолжение глобальных войн индейцев.
Ничего нового.
АШ. Хорошо, тогда получается ситуация, в которую попал Зеленский, — это часть спектакля тоже в рамках этой колониальной войны? Или это как бы дали по рукам за самодеятельность?
СУ. Ну, конкретно
у администрации киевских индейцев в цилиндрах сейчас идёт борьба за длину поводка.
Когда говорят про внешнее управление, про эти колониальные методы, они никогда не бывают прямыми. Любой, кто руководил хотя бы 20 людьми, знает, что не бывает прямого административного управления. А колониальные методы ещё более сложные, там все равно лица аборигенов. Ты не поставишь напрямую, не привезёшь из Штатов человека и не посадишь его прямо. Это редко случается. Поэтому они действуют при помощи советников.
Главная модель управления элитами базируется на их вороватости.
Почему?
Сейчас всё разворачивается вокруг НАБУ и САП, антикоррупционных историй. Они же созданы не для борьбы с воровством. Для борьбы с воровством есть достаточно институтов у самого государства — прокуратура, следственные комитеты, спецслужбы для этого, в МВД у этого есть направление. Нет. Это поводки, или ошейники для рабов. [Тебе] можно воровать, но важно тебя всегда держать на кукане.
Теперь, воспользовавшись этой пересменкой, режим в Киеве попытался ослабить ошейник, то есть чуть-чуть растянуть, внеся изменения в закон. Не снять его вообще, а чуть-чуть растянуть и чуть-чуть длину поводка увеличить. И как только начался этот процесс по увеличению длины поводка, белый господин сразу дёрнул за поводок.
Пошли публикации в прессе, пошли перманентные наезды. То есть они начали показывать своим сукиным сынам, что всё знают про них.
Это как Пиночет. Что, никто не знал, что он творит? Все знали. Просто краник не приоткрывали. Это как в прекрасном фильме «День выборов», когда Камиль Ринатович [говорит]: «Мы-то глаза можем приподоткрыть, а можем подзакрыть». Это ровно эта ситуация. Они чуть-чуть приподоткрыли глаза. А тут, тоже как в этом фильме: «Кто здесь главный?» «Я?» «Неправильно. Атаман Парамонов». Вот здесь то же самое. Кто главный? Главный — Дональд, поэтому перемога будет только на него наигрываться.
Внутри этого спектакля идёт борьба за длину поводка и за зажим ошейника, но в целом все элиты киевские играют в этом глобальном спектакле.
Напомним, за что сейчас идёт борьба?
Сейчас идёт борьба за то, чтобы европейцы оплачивали счета этих индейских войн,
на них перекидывают дважды счета. Первое — это по энергоносителям, то есть они вынуждены были отказаться от энергоносителей с Востока и будут переплачивать за энергоносители, которые приходят морским путём. А я напоминаю, что это борьба двух типов империи: империи континентальной и империи морской. Это конфликт извечный. Обрубаются все возможности получения энергоносителей по суше, чтобы зависеть от моря. А второе, что навешивают на европейцев, это финансирование индейской войны.
За что сейчас борется Зеленский? Он сейчас борется, чтобы зарплаты платили. Он хочет ещё больше раскочегарить биореактор, но только начинать его топить не только долларами США, а больше ещё в топку подбрасывать евро.
Вот и всё, за что ведётся борьба. С моей точки зрения, это чистой воды тактика.
АШ. Так как оцените, Россия играет в эту игру? Вот выходят товарищи из Службы внешней разведки. Прямо сообщение официальное. Я набросаю буквально тезисно. «Представители США и Британии недавно организовали в Альпах встречу с участием Ермака, Буданова и Залужного, чтобы обсудить замену Зеленского. На этой тайной встрече решили, что будет Залужный, — это всё СВР, Российская Федерация говорит: «На альпийском курорте прошли «выборы» президента Украины. Ермак и Буданов таким образом заручились обещанием англосаксов сохранить за ними нынешние посты, а также учитывать их интересы при решении других кадровых вопросов».
Сложно что-то комментировать, потому что кроме как включение в эту — вы как писатель поймёте — новеллистику этого всего, тут сложно что-то и найти. Кто такой Ермак и Буданов? Кем бы они были без Зеленского? Но тут тоже, если на поверку немножко поскоблить версию, которую выдаёт СВР, [она] вызывает у многих гомерический хохот. Или в каждой шутке есть доля шутки?
СУ. Давайте разберём с двух сторон. Первое.
Любое сообщение таких органов, вроде разведки или спецслужб, несёт функцию сообщить — мы о чём-то знаем. С моей точки зрения, самое ценное в этой информации — то, что названо место встречи, конкретно Швейцария, и контактные лица. И всё что касается сценариев, то есть как это будет, во что это превратится, кого сменят на президента, это действительно новеллистика,
я согласен. Это прогнозирование потенциальных сценариев будущего. Но в них, как и в любых сценариях, через каждый час ещё больше развилок. А сценариев, которые будут через месяц, будут уже мириады. Каждый сценарий не просчитаешь. Можно говорить только о некоторых трендах длинных сценариев, которые реализуются на протяжении последних нескольких лет. И в этом сообщении один из сценариев описанных.
Один из сценариев — почему? Потому что проблемы с доверием у всех вообще политиков, общественных деятелей. Была версия, что Залужного спрятали, чтобы не было внутреннего конфликта. Я не знаю, так это или нет, но самое главное в этом сообщении, мне кажется — послали маячок, что «мы знаем, что вы встречались в Швейцарии». И если такая встреча имела место, то этот маячок должен дойти до тех, кто встречался. Что Всевидящее Око Саурона, что Мордор всё видит, Мордор всё слышит. Я бы так относился конкретно к этому сообщению.
АШ. Да, сейчас мы посмотрим, что происходит в этом отношении. Имеется в виду, во внутриполитической кухне. Сейчас мы к ней перейдём. Единственное что, всех попрошу поставить «лайк».
СУ. Ещё кротов так ищут (есть такой способ), откуда слили. Если встреча маленькая, пять-шесть человек было, у участников встречи будет психоз, потому что кто-то крыса. И сам поиск крысы — это дестабилизация оппонента. Но это простейшие методы информационной борьбы. Они всегда используются разведкой.
АШ. Да, друзья, поставьте, пожалуйста, «лайк». И здесь одна пользовательница канала предлагает бесплатное спонсорство. Пользуйтесь, пожалуйста. Спасибо большое всем, что поддерживаете вещание. Мы в прямом эфире. Всем большая благодарность за суперстикеры, суперчаты. Если работает в вашей стране, это замечательно. Спасибо вам большое.
Ну, смотрите, Семён Сергеевич, ну, ёлки-палки, эти же протесты, которые прошли против Зеленского, как вам кажется, они к чему ведут? Сейчас на самом деле мы видим политический кризис. Вот это классическое выражение политических обозревателей, журналистов — «политический кризис».
Выходит Тимошенко и говорит: «А мы не будем голосовать 31 числа». Выходят сообщения о том, что комитет по антикоррупционной деятельности не собрался, кворума не было. Депутаты, одни говорят, разъехались, другие говорят, не разъехались, третьи говорят: «Слушайте, так они деньги получили, а если они не переголосуют, их заставляют деньги вернуть». Четвёртые нам говорят: «Слушайте, а как так вообще? Так все поддерживали эту инициативу Зеленского, так его восхваляли как лидера нации. А теперь получается, он — заднюю, и все мы, получается, заднюю будем давать?»
Действительно ли это всё протестное движение? Это, кстати, очень интересно, что вы вспомнили 2004 год. Вы помните, как тогда сытую Украину снабжали мерчем, флагами? Вот это все «Ющенко — так!» Песни пели, деньги вкладывались в производство.
А сейчас что? Картонка. Как у бомжа, понимаете? Картонка. И они на этих картонках всё своё пишут. То есть даже не проспонсировали по-человечески.
Как вам кажется, после этого голосования или не голосования в Раде, может вспыхнуть Украина?
СУ. Сложный вопрос.
Общая схема: Украина находится в кризисе перманентном. И как при любом перманентном кризисе, есть эффект поверхностного натяжения, или соломинки, которая может переломить хребет верблюду.
Какое конкретно событие провоцирует полноценный кризис, когда уже начинается борьба за власть? Жить в ситуации гражданского кризиса можно очень-очень долго. Ну, протестуют.
Я напомню, Юлю посадили донецкие. Палатки разбили, жили где-то на Крещатике.
И что? И куда? И зачем? И ничего. В этой ситуации можно очень долго-долго игнорировать. Игнорировать, плевать на всё. Но при одном условии, в случае постУкраины — если это не легитимировано извне. Если нет внешней фигуры, которая скажет: поддерживаем мы это или не поддерживаем.
В этих протестах, я думаю, есть несколько аспектов. Первый аспект. Это фабрика невест. Те украинские политики, которые мечтали бы, чтобы белый господин назначил их любимой женой — а их осталось очень мало, потому что они сильно запрессованы, и они в основном остались в региональной элите, это мэр Киева, мэр Львова, на кого особо государственная власть не может повлиять — эти немногие оставшиеся украинские политики демонстрируют свою сверхлояльность белому господину.
Они больше всего переживают за НАБУ и САП. И они подают [сигнал] (это, так сказать, ярмарка невест): «Посмотрите, я более лоялен, чем эти, которых вы сейчас назначили. Вы на меня, если что, ориентируйтесь. Я и буду тем самым, самым правильным индейцем в цилиндре, потому что этот немножко берега потерял». Это первый аспект.
Второй аспект — это выпуск пара. И почему Банковая не сильно давит все эти протесты? Потому что до такой степени всё уже закручено, что надо хоть как-то что-то где-то в чём-то имитировать. Это и есть имитация, где можно даже осуществить перемогу над Зеленским. Можно потом откатить наполовину назад, и тем, кто участвовал в борьбе, будет казаться — ну ничего себе, мы победили.
Это как знаменитые «диктаторские законы Януковича», над которыми одержал победу Майдан, а потом ввёл ещё более жёсткие диктаторские законы. Но люди-то остались в заблуждении и в представлении, что они победили диктатора! И сколько лет люди ещё радовались тому, что они диктатора уничтожили! Уже людей в центре Киева убивали, уже Олеся Бузину убили, Калашникова сразу убили в Киеве, одного из немногих организаторов протестов в Киеве, который был именно полевым организатором. Почему? А люди всё: «Небесна сотня»! Они ещё молились на это всё, что это — самое главное событие.
Иллюзия политической борьбы с выпусканием пара — это важнейший инструмент внутриполитической модели глобальной, которую построили в США и потом её везде импортировали. «95-й квартал» понимает, как работать с выпусканием пара, я напоминаю, их шоу еженедельное пятничное — это и было такое же выпускание пара. Оно не приводило ни к каким эффектам, но там можно было дерзко на всеми издеваться. Хочешь — над Ющенко, хочешь — над Януковичем, хочешь — над Путиным.
Кстати, обратим внимание, в тех выпусках «95 квартала» над Путиным как раз шутили меньше всего. Он там в образе такого строгого отца. Достаточно пересмотреть выпуски за 2006 год, 2007 год. Я сам тогда активно работал в том же Харькове, и не только. И я по пятницам наблюдал. Это было смешно. Но тем не менее, они поначалу особенно над Путиным не издевались. И до чего сейчас докатились?
Они специалисты по выпусканию пара.
«95-й квартал» — специалисты по созданию иллюзий,
потому что голосовали за Голобородько. Не надо испытывать никаких иллюзий. Это виртуальный образ, который лёг на образ совершенно иного человека.
Похожая история произошла с Рейганом. Как мы видим, судя по всему, с Дональдом Трампом похожая ситуация. Это неуравновешенный холерик, который непонятно как с таким характером занимается управлением государством. Ну, как человек с таким темпераментом вообще способен? У нас был человек с похожим темпераментом, Борис Ельцин. Мы видели, как он управлял государством: «Степашин, пересядьте», за два дня в отставку отправил одного, второго, третьего. Нет. У правителя другой психотип. В этом смысле даже Байден при всём его старчестве и дипстейте, посмотрите, насколько был более системным.
АШ. Семён Сергеевич, опять-таки, тональным кремом замазывать тыльную сторону ладони, потому что это венозная недостаточность, это заметили все в Шотландии на встрече с Урсулой. Тут такой момент. И возраст.
СУ. Это детали. Я сейчас именно про модель. Модель, которая воспроизводится. Ни для кого не секрет, что она приводит к власти. Это шоу-политика.
И чем больше шоу, тем меньше политики.
А учитывая, что современные технологии поставили шоу на поток — как мы с вами сидим, общаемся, нам 10 лет назад для этого нужны были операторы, режиссёры, а теперь точка входа в технологии минимальная. И поэтому такое количество откровенных неадекватов, которые ради красного словца готовы всё что угодно изображать! Они у нас всё заполонили! Блогеры, ЛОМы, которые двух слов связать не могут, становятся лидерами.
Это одебиливание, это результат разложения нашей культуры языка на культуру картинки.
Но у нас же тема «Язык войны».
В ходе упрощения человека, после того как он перестал ориентироваться на тексты и стал ориентироваться на картинки, им стало очень легко манипулировать.
АШ. В нашем случае я сразу буду врываться и защищать наш с вами формат общения. Это, кстати, отрадно. И мне это очень греет душу. Я хочу сказать о том, что понятно, что есть же очень много картинок, их показывают, пропаганда, стоп-фейки. «Стоп-фейк» как родоначальники жанра. Чего-то показали — «вот, мы разоблачаем фейк». Да, я согласен, люди перестали читать серьёзную, большую литературу, специальную, специализированную, или пускай даже художественный какой-то пересказ исторических каких-то вещей (по мотивам исторических событий). Во многом люди этого поколения перестали читать. Но они хотя некоторые наши эфиры слушают. Они хотя бы слушают. Ведь у нас, простите, между нами не бегает, допустим, голая женщина, или там милый котик не улыбается, пёс Патрон, или сейчас как на протестах, «пёс картон».
У нас такого нет, люди всё равно пытаются хотя бы так услышать. Есть аудиалы, есть визуалы, пускай хоть так. Поэтому, аудитория, вам большое спасибо, что смотрите это в прямом эфире. Не забывайте ставить «лайк», подписываться на Семёна Уралова и Александра Шелеста.
Так вы о Трампе хотели закончить? Я немножко вклинился, простите, пожалуйста.
СУ. Трамп как мастер манипуляции коротким визуальным жанром… Я напомню, он в «Твиттере» общение довёл до совершенства. Ленину пришлось 55 томов написать, чтобы свои политические идеи изложить, а Трампу твита хватает. Это то, до чего мы развились за 100 лет политических идей.
Но обратим внимание,
политические лидеры разучились писать. Мы не найдём мемуаров. Они максимум заказывают каким-то профессионалам, а их уже никто не читает.
Сравним уровень Уинстона Черчилля, которым зачитывался весь мир, он же начинал, как Лев Толстой, как военкор. Я напоминаю, на англо-бурской войне Уинстон Черчилль был военкором, как Лев Толстой — на Крымской войне.
Деградация что политического класса, что их избирателей привела к тому, что они начинают между собой общаться уже не языком, а образами, мемчиками.
Это уже короткая система управления с помощью эмоций. Это уж моя профдеформация когнитивных войн.
Это упрощение человека до состояния подростка, только в мире медиа.
Трамп — это огромный подросток. Это человек, который ведёт себя как подросток, который «хочу — моё», дал слово — «забираю своё слово». Кому-то кажется, что он неадекватен. Нет, он ориентируется на ту прослойку, которая уже возникла в США, и она уже возникла и у нас. Зеленский — это такой же тип политика-подростка.
Что такое подросток? Это человек, который не отвечает за свои слова. Это человек, который считает, что есть всегда старший, который (процитирую, иноагента, человека из Кемерово*) «придёт и молча исправит всё».
Были прекрасные произведения наших иноагентов, в том числе. И вообще, я считаю, что это не конечный приговор — «иноагент». Экстремист — это всё.
Следующая история, это обзывалки. Это тоже моя профдеформация, мы это изучаем, у нас есть отдельное направление «Язык ненависти», мы даже сделали на базе ИИ (наш штаб когнитивных войн) эмулятор языка ненависти Зеленского. Потом мы Шария однажды померили в Зеленских, получилось 0,8 Зеленского. Был ещё ряд [исследований].
Язык ненависти — это и hate speech, и то что называется «чёрная риторика». Hate speech — это технология маркетинговая, а потом и военная технология — это ещё с Британии началось, Штаты потом развили, — это технология. Если упрощать (у нас нет времени сильно этим заниматься), это технология замены понятий, которые спрятаны в слова, в слова-обзывалки. Смотрите: «сепар», «колорад», к твоим землякам — «лугандон». Специальное слово. Для чего придумано? Чтобы там внутри был «гондон» спрятан. Мы понимаем, для чего это. Дальше, отдельные районы Донецка, «ОРДЛО», чтобы там что было спрятано? Корень «орда». Правильно? Дальше: «руснявые», «русня». Это я специально привожу последние примеры всем нашим людям, которые нас слушают.
Началось всё еще с манкуртов. Это я очень хорошо помню. Я ж вільно володію українською мовою. Саме тому, що я, скільки не перетинався в житті, я знаходив біля 10% націоналістів. Решта — це були звичайні нормальні люди [(укр.) — Я же свободно говорю на украинском языке. Именно потому, что я, сколько ни пересекался в жизни, мне встречались примерно 10% националистов. Остальные — это были обычные нормальные люди]. И вот одним из таких националистов удивительным образом была моя учительница украинского языка Марія Яківна [(укр.) — Мария Яковлевна]. Она нас называла в русской школе «зманкурчена кацапська біомаса» [(укр.) — оманкурченная кацапская биомасса].
АШ. Тёплые у вас были отношения.
СУ. Да, она очень нас не любила, меня, в частности, но не только меня, кого-то даже больше. Кстати, тот, кого она больше всего не любила, его звали Никита, с очень русской фамилией, потом стал активистом и первого, и второго Майдана, хотя в школе его называли «зманкурченой кацапськой біомасой», потом он побыл айтишником в США, и потом вернулся и выработал украинскую идентичность. Вот такой парадокс. Но не суть.
А откуда же слово «манкурт»? Они даже это произносили, обзывались: «манкурт», «манкурт», «манкурт». А откуда это слово? Оно вообще русское, не русское, украинское? А это Чингиз Айтматов. Вообще-то это киргизский писатель. Они это использовали и даже ни разу не задумывались, что это такое. Обзывалки в технологиях hate-speech, или «чёрной риторики», поставлены на поток. Об этом в социальной психологии тонны трудов. Это технологии.
А начиная где-то с 90-х годов — нулевых, когда пошла сетевая жизнь, это не просто «чёрная риторика», она ставится на поток и становится технологией. Она воспроизводится с помощью алгоритмов. Это мы можем видеть на примере ботов, которые, например, в «телеге» наваливаются по какому-то ключевому слову, и даже в своём ботовском языке пытаются спровоцировать нас на что-то.
Язык ненависти — это то, на чём свели с ума Украину бывшую. Не только её, и Молдавию. Началось всё с того, что было придумано слово «оккупант». Что есть кто-то тут автохтонный, который живёт, а есть кто-то, кто пришёл и оккупировал. Я это прочувствовал на себе, но мне было всё равно. Я даже в шутку говорил: «Да, я оккупант, хлебзавод — наше дело, и это тоже наше дело».
Но тем не менее, это работает. Когда уходит поколение, которое помнит, как было на самом деле, то эти стереотипы — сепар, колорад, ватник — начинают воспроизводиться.
Обратим внимание, в чём разница, например, у нас, у русских? Бандеровцы. Почему? По фамилии вождя. Петлюровцы. По фамилии вождя. Мазепинцы. По фамилии вождя. Почему? Потому что для нас, считающих, что мы один народ (кто-то считает, что один народ, я считаю, что мы разные народы одной культуры)… Мы никогда не будем обобщать…
АШ. Подождите. Никогда не надо говорить «никогда».
СУ. Ну, давайте.
АШ. Потому что во время Майдана 2004 года тоже началась такая история по поводу «вот, эти рыжие гиены». Точно так же всё идет. И точно так же есть.
СУ. Да, конечно.
АШ. Как и в отношении «хохлы», «свиньи» и т. д. Это работает с двух сторон сейчас.
СУ. Конечно, конечно. Вопрос в том, где это является госполитикой, там это воспроизводится. Мы разбирали это в прошлый раз.
Как только ненависть начинает накачиваться, она вызывает ответную ненависть, и начинает накачиваться. Но в той стране, где это становится госполитикой, там начинаются внесудебные убийства, там начинаются призывы к расправам.
Грубо говоря, если у нас на телевизоре, как после 2014 года, открыли бы программу «Режь хохлов» (это я сейчас так предполагаю), кого-то постигла бы судьба Бузины. Если бы у нас появился, например, «Миротворец», который бы канализировал, кто есть внутренний враг, конечно, к этому бы привело. Конечно, оба наших общества — это мой базовый тезис с 2022 года — сообщающиеся сосуды. Ненависть заражает нас обоих.
АШ. Действительно, мы это в прошлый раз обсуждали. Пересмотрите, пожалуйста, наш разговор прошлый.
Меня тут интересуют два момента. Первый момент, это уточнение от чат-трансляции, мы всё-таки в прямом эфире, сейчас 15:42. По поводу детей, подростков. Получается, что Медведев — тоже подросток? Лихо он сегодня с Грэмом поскубся [(укр.) — поцапался] в «Твиттере».
СУ. У меня есть версия, в чём функция Дмитрия Анатольевича Медведева. Мы её как-то с Алексеем Чадаевым разбирали. Я просто схему [приведу]. Дело в том, что
наш трансформатор власти очень закрытый. Это питерско-ленинградские, плюс выходцы из специфических структур. Вообще, это северная культура — быть более закрытыми.
Жанр, в котором общаются Трамп и Зеленский, это не жанр нашего трансформатора власти. Это за пределами нашей политической культуры. Наша политическая культура в этом смысле больше византийско-ордынская. В тиши палат, либо ханских шатров, откуда только труп иногда выносят, уже зарезанный… Но при этом ничего как бы не произошло.
Но по нашей культуре иногда случаются такие эффекты, когда прорывает. Тихо-тихо-тихо — а потом как башню сорвало.
А южная культура — другая, она на Украине воспроизводится. Это культура хуцпы, оскорблений, предъявлений, ещё и усиленная безгосударственностью.
Учитывая, что на наш трансформатор власти постоянно этой хуцпой пёрли очень давно, то я так предполагаю, был выделен человек, которому эта функция была поручена, функция «гнать хуцпу».
Это такое подсознание ответное, которое персонализировано. Это отличие нашей модели от модели, например, постукраинской. На постУкраине может любой «хуцпу гнать». А у нас кого выделили? Человека, который был в статусе президента, который находится на очень серьёзной позиции в Совбезе и плюс выполняет функцию сублимации этой агрессии.
У нас его называют? Армагеддоныч. Возник такой мем, «Дмитрий Армагеддоныч». Это попытка наших играть в глобальную когнитивную войну, чтобы формировать локальную эмоциональную волну, которая идёт не просто от кого-то. Это же не просто какой-то телеведущий. Это одно из первых лиц. Но те, кто знает или чуть-чуть интересуется реальной структурой власти (не трансформатора власти, там много есть, обмотка, ещё что-то, а именно ядра власти), те знают позицию Дмитрия Анатольевича.
АШ. Ну, это так, уточнение по поводу.
СУ.
Это наш спецназ на когнитивной войне от питерского трансформатора власти.
Вот так.
АШ. Да, он как бы говорит, что США приближает войну с Россией. Так а кто готов к такой войне?
СУ. Кто хочет, наверное, такой войны?
К войне глобальной двух мировых ядерных держав не готов никто, потому что никто не знает, чем она потенциально может закончиться.
Прописная истина, которая была основой ядерного сдерживания. На эту тему Советский Союз и развели, а потом сами элиты его сдали. Данная линия поведения ещё раз фиксирует позицию, что Россия готова применять ядерное оружие. С чего началась СВО и всё остальное? Я напомню. С одной стороны, были внесены изменения в Конституцию, то есть сверхконцентрация власти перед конфликтом, как это и всегда нужно. А второе — это история о том, что зачем мир без России, если её не будет, и констатация того, что Россия готова идти на крайние меры.
В современном медиамире с политиками-подростками, где информация через неделю уже забывается, приходится всё время всё повторять, к сожалению. Если бы мы были в мире взрослых, то [помнили бы], что Путин сказал ещё на Мюнхенской конференции. С тех пор ничего не поменялось.
А это, я напоминаю, накануне ещё 08.08.08. Это было предупреждение. Почему? Потому что наверняка были данные о том, что скоро будет в Грузии. За полгода до этого попередили [(укр.) — предупредили], что будем сопротивляться. Бац! Ну, сопротивлялись, но как-то мало, не до ядерного оружия.
Я думаю, что
стратегически наши бледнолицые оппоненты будут пытаться провоцировать, чтобы Россия каждый раз выходила на новый уровень применения оружия.
Для чего? Объясню.
В биореакторе у постУкраины есть ещё одна очень важная роль. Это полигон, на котором испытываются все новейшие виды вооружений на войне такого типа, которой никто не вёл уже на протяжении [многих лет], после Второй мировой войны.
С городами, с позиционными укреплениями, ещё и новые [средства] отрабатываются. На этом полигоне индейцы истребляют друг друга, а Россия долго не выкатывала [новых средств], и «Орешник» не выкатывала. Никто особо не хочет применять это и демонстрировать. Но, с моей точки зрения, на что ведут Россию: американцы постоянно хотят, чтобы Россия [применяла что-то новое]. А где и как они это ещё посмотрят? Разведка об этом не донесёт. А тут — вот тебе, прекрасно видишь, как они это применяют.
Но тут и обратное. Эти все «леопарды» и прочие трофеи. Они сразу быстро уволакиваются и разбираются на винтики. Результат? Вот, недавно репортаж из Елабуги. Сколько там уже «шахедов» производят. У нас начался период войны экономики.
А война экономики — это война ресурсов и технологий. На войне важно не только сделать самое сильное оружие. Оно должно быть ещё и самым дешёвым.
В чём особенность? Что толку от этих сверх-, сверх-, сверх-?
После того, как началась война экономики, Россия как страна ресурсная может себе позволить уменьшать себестоимость. Это мало кто может себе позволить, только те, у кого есть сами ресурсы.
На этом полигоне США как страна, которая тоже обладает ресурсами — в этом её отличие от Европейского Союза — смотрит, как индейцы в цилиндрах провоцируют других индейцев, чтобы те применяли новые отравленные стрелы. Они их собирают по полю боя и — в лабораторию. И там, собственно, яды изучают.
Вот я так это вижу.
АШ. Вернёмся к языку, потому что тема всё-таки очень важна. Я даже не хочу заходить в эту [историю], потому что это тоже очень важная, фундаментальная вещь. Есть такая тема «проектности Украины». Например, была УССР, это было одно. Украина — это другое, но с правом наследования УССР. Да, это как бы нормальные вещи, мамка-папка могут развестись, ничего страшного, на кого-то долги, кому-то дети, кому-то машина, кому-то квартира, и шубу продали, поделили деньги. Ну, условно. Имеется в виду, что долги СССР легли на Российскую Федерацию. То есть Российская Федерация явилась правопреемницей СССР. Но Украина резко отпрыгнула от УССР.
Хотя, вот тут парадоксальный момент, и это тема нашего сегодняшнего эфира. Вы выше подробно касались, вы в этом гораздо больший специалист, кому интересно, почитайте книги Семёна Уралова, отдельно можно посвятить языку ненависти, языку войны. У меня вопрос возникает важный. Отпрыгнув от наследия УССР, Украина, с одной стороны, по идее, должна была и отпрыгнуть от украинского языка, потому что в УССР украинский язык развивался. Книги печатались. У меня дома — понятно, этих всех книг уже нет, они сгорели с войной, имеется в виду на Донбассе — была большая библиотека, достаточно большая. Не такая большая, как может быть у кого-то, но крупная по тем временам. И очень старые книги были, и новые книги. Причём советские издания украинской литературы. А некоторые, это очень важно, я, например, Джека Лондона в советском переводе на украинский читал. И сидел и диву давался: «Ёлки-палки, сижу, по-украински читаю Джека Лондона!» Представляете?
СУ. А яка цікава мова! I переклад який був! Ти занурювався і не міг відірватися [(укр.) — А какой интересный язык! И перевод какой был! Ты погружался и не мог оторваться!].
АШ. В общем, не хочу приводить те примеры, чтобы не растягивать тему.
В какой момент украинский язык стал языком вражды? Співуча українська мова [(укр.) — певучий украинский язык] — на самом деле язык красивый, мелодичный, может быть, достояние мировой культуры, это без пафоса я говорю, это правда, очень классный, крутой язык очень. Когда он стал языком вражды? Вот это меня [удивляет]. И когда сейчас выходит языковой омбудсмен (сначала был Кремень. Ну, в Кремня хоть можно было плюнуть. Ну, он мужик, да? Сейчас появилась женщина. Так она вообще говорит: «Конституцию давайте менять. А то там написано «русский язык» в Конституции!» Надо убирать. А области, которые не смогли поменять название, Днепропетровская, Кировоградская. Почему? Потому что надо Конституцию менять, переписывать текст. А это невозможно. Поэтому они и остались, хоть и города переименовали. Тоже надо поменять. Когда так случилось, что эта действительно классная мова стала оружием в войне?
СУ. Я сейчас скажу. Это был второй срок Кучмы, плюс-минус, когда концепция поменялась. Наследственность УССР была подорвана ещё Кравчуком, когда он принял эти клейноды от УНР. Номинально осталась УССРовская преемственность, а де-факто они начали цеплять УНРовскую суть. А УНРовский исторический нарратив связан и с особой формой украинского языка. Его сейчас называют диаспоральным, но это не совсем объясняет [ситуацию].
Дело в том, что это язык законсервировавшийся. Во-первых, это язык только части [населения], потому что в основном убегали из Западной Украины. Хотя и из Киева убегали, там хватало откуда убегать. Коллаборационистов хватало. Но он замер в этот момент, в 30-е годы. Началось всё вообще [в XIX в.], открываем Короленко, великого русского писателя из украинцев, открываем «Без языка». Прекрасное произведение о первой эмиграции с Волыни, которая тогда была в составе Российской Империи, в Америку. Там оказался крестьянин волынский без языка. Всем советую почитать на русском языке.
В тот момент была выбрана концепция импорта диаспорального языка, который был недоразвитым по соотношению с тем украинским, который был в Украинской ССР. Тот украинский язык, на котором мы читали, я тоже это прекрасно помню (мы переехали из Сибири в Белоруссию, а потом я оказался в УССР), это был высокоразвитый язык, на который работали одновременно и русские филологи, и украинские — все слависты работали, он не противопоставлялся одному и другому. Как только выходили новые разработки, научные находки, литература выходила на русском языке, [сразу всё переводилось на украинский], потому что мировая культура первая впитывает.
Грубо говоря, сначала Джек Лондон переводится на русский язык, потом он переводится на другие — на казахский, на молдавский и на близкородственный украинский. Но чтобы перевести на казахский и на молдавский языки, очень непохожие [на русский], надо было хорошо их знать. А когда ты вместо развитого языка украинского, который был в УССР, придумываешь непонятную ересь, какие-то гелікоптери [(диаспорянский укр.) — вертолёты] (это же постепенно происходило, замена слов непонятно на какие), тогда тебе будут нужны профессиональные украинские филологи. Не просто люди, которые знают украинский язык, или письменники, які володіють українською мовою [(укр.) — писатели, которые владеют украинским языком]. Тебе нужны будут украинцы, которые подходят под эти маркеры. И тогда
украинский язык превратился в бизнес.
Это как Остап Ибрагимович Бендер продавал билеты в Провал.
Появились люди, которые начали выдавать сертификаты на предмет знания этого языка.
Как, например, може, памʼятаєш, був такий [(укр.) — может, помнишь, был такой] Роман Зварыч, який всіх повчав, як треба розмовляти українською мовою [(укр.) — который всех поучал, как нужно разговаривать на украинском языке], падла, у которого даже диплома не было, который стал министром юстиции. Або Кетрін Клер Чумаченко, перша леді, яка всіх повчала, як треба носити вишиванки, памʼятаєш? [(укр.) — Или Кэтрин Клэр Чумаченко, первая леди, которая всех поучала, как нужно носить вышиванки, помнишь?]. И вот таким образом развитый украинский язык [заменялся диаспорянским].
Я большой поклонник Павла Загребельного. Я считаю, что «Диво» («Диво» — по-украински) всем жителям Киева нужно прочитать обязательно. Это о Софии Киевской периода нацистской оккупации и о том, как реставратор-художник пытается спастись. Там очень много диалогов с гестаповцем. Я очень советую всем читать Павла Загребельного. Я его читал и на русском, и на украинском. И я не чувствовал никакой разницы. Вообще никакой разницы. Любой писатель украинский был частью русской культуры. Это проявлялось ещё начиная с Тараса Шевченко. Стихотворения — украинский язык, проза, дневники — русский язык. Не было конфликта.
А с 1996 года, первое, начали изменяться нормы литературного украинского языка. Второе, появились продавцы индульгенций на право того, кто будет украинцем, настоящим украинским писателем или нет. Сразу же появилась тусовочка,
я напомню. Какие-то братья Капрановы бесталанные. Потом эти «Польові дослідження з українського сексу» — вообще какая-то тупорылая писатель. Я пытался читать эти произведения. Потом этот харьковский писатель Жадан. Чем он прославился? Откровенным скотством о том, как Москву они будут… В Москве учился Андрухович. «Москвіада». Москву он собрался оккупировать? Выпускник литературного института имени Горького!
Я когда-то с ними общался, с разными, не хочу сейчас фамилии называть, на выборах деньги зарабатывали. «Письменники українські за Януковича», приходили в штаб за зарплатой, и ничего, у них цилиндр не падал, к донецким, и рассказывали, как «донецький капітал буде розвивати українську мову» [(укр.) — донецкий капитал будет развивать украинский язык]. Пресс-секретарь, помним, кто был у Януковича в 2004 году? Прекрасно помним, да. Вільно володіє западенською мовою.
Произошла идеологическая подмена языка. Развитый язык был заменён тупиковой веткой, которая не развивалась с 30-х годов, которая заполнялась полонизмами, англицизмами.
Это вообще версия, диалект, будем говорить прямо.
А самое главное — начался развод с мировым языком.
А у языков что самое главное? Фундамент [языка] — это синтаксис, то есть логика языка. И у близкородственных языков — у украинского, белорусского и русского — база общая, синтаксис одинаковый. Различия в основном в фонетике и в словоупотреблении. Самый верхний слой языка. У Булгакова это высмеяно: «кот — кіт» [Полная цитата из романа М. Булгакова «Белая гвардия»: «Сволочь он, с ненавистью продолжал Турбин, ведь, он же сам не говорит на этом проклятом языке! Я позавчера спрашиваю эту каналью, доктора Курицкого, как по-украински «кот»? Он отвечает «кит». Спрашиваю, «а как кит»? А он остановился, вытаращил глаза и молчит»]. Типа, зачем из-за одной буквы язык менять? Но это тоже элементы великорусского шовинизма. По факту языки имеют общую базу. Синтаксис одинаковый и пунктуация — короче, логика языка.
И к чему это привело?
Неизучение русского языка привело к тому, что люди не знали ни того, ни другого языка.
Я это видел.
АШ. Сейчас молодёжь именно так и общается.
СУ. Именно так и есть.
АШ.
Они общаются по-русски, а писать по-русски не могут.
СУ. Вот.
АШ. По-украински — тоже проблема.
СУ.
В ходе этих экспериментов на постУкраине был уничтожен и русский, и украинский язык.
Вот в чём заключается самая трагедия. Наши националисты говорят об ущемлении русского языка. Это правильно [определено,] с точки зрения прав людей, когда запрещают говорить на родном языке.
Но с точки зрения политико-лингвистических процессов, это уничтожение обоих языков за счёт их столкновения, за счёт разрушения их научной базы, за счёт подрыва их культуры. Вместе с литературным украинским языком исчезло великое наследие.
Всё, никому не интересен Павло Загребельный больше! Ты «Диво» почитаешь, и увидишь, что оккупация была почти точно такая же.
Мой тезис в следующем:
в ходе борьбы якобы с русским языком за права украинского разрушили оба языка, а язык напрямую связан с мышлением. Было уничтожено мышление значительной части жителей постУкраины.
А в ходе разрушения мышления человек превращается, — я сейчас в гостях на «Тупичке», всем зрителям привет, в уголочек забился, — как Дмитрий Юрьевич говорит про малолетних дебилов? — разрушение мышления приводит к превращению тебя в малолетнего дебила, потому что ты не способен ориентироваться, потому что язык — это структура мира. А если у тебя нет структуры мира, для тебя каждый день — новости. Ну, я всех поздравляю.
АШ. Да, каждый день новости. Это прямо в духе времени сегодняшнего.
Друзья, пожалуйста, давайте, поднажмите на «лайки».
Подведём итоги нашего сегодняшнего опроса. Значит, чат-трансляция, итоги опроса.
Чего вы точно не простите Зеленскому? Сделайте выбор из предложенных вариантов.
- 19% — шашлыки в мае, язык и памятники.
- 25% — беспредел ТЦК и закрытые границы.
- И по 28% — саммит в Париже с Путиным, Минск-2 и распил страны, сдача земли и недр.
Слушайте, у нас фактически три варианта ноздря в ноздрю идут. Как-то странно разделилась аудитория. Почему так?
СУ. Когда аудитория разделяется, это значит, что она не самоопределилась. А несамоопределённая аудитория можеть быть в двух случаях: либо не очень корректно составлен вопрос, либо аудитория находится в ситуации хаоса — аналог гражданской или когнитивной войны, бесконечных конфликтов. Что у вас за аудитория, лучше знать вам. Я думаю, учитывая, что большое количество жителей с постУкраины, наверное, второй эффект имеет место быть.
АШ. Перейдём к вашим вопросам, друзья. Давайте начнем с закрытого клуба в Telegram-канале зрителей Шелеста. Вот здесь Дмитрий просит вас прокомментировать видео. Видео не будем комментировать. Здесь солдат рассказывает о том, что за полтора месяца уклонист становится героем. Только в Украине так бывает, что человека, которого все хейтят, говорят: «Ты уклонист», ловят, запихивают в бусик, куда-то отправляют, а потом он полтора месяца проходит обучение — и всё, он теперь уже герой. Вот такая фабрика по переработке уклонистов в герои. Что можете сказать по поводу украинского общества по этому поводу? Военные поднимают именно этот вопрос: «Люди, прозрейте! Уклонист — герой, разница полтора месяца, поймали, а теперь вы о нём плачете как о герое, если его убили, или, допустим, восхваляете, если он надел форму, а вчера еще бегал от ТЦК».
СУ. Восхваляет всё-таки не общество, а политизированное медиаменьшинство. Оно отрабатывает заказ,
а заказ такой – героизировать тех, кого засовываем в биореактор.
Военные — люди прагматичные, они, так сказать, на земле и понимают, что им потом с этими людьми работать.
Медиапропагандистскому контуру на это глубоко плевать. А учитывая, что общество находится в состоянии малолетних дебилов, по Пучкову, или подростков, то они не помнят, что было неделю назад.
В принципе не помнят. Рефлексия, попытка «люди, что вы делаете?» — это попытка достучаться до глухих. Они не то что не помнят, они не способны [запомнить]. У них что неделю назад, что полгода назад, всё одно и то же.
А
почему и для чего это делается? Для того чтобы биореактор работал.
Если вы будете показывать людей несчастных, после того как они надели форму, это будет нарушать саму модель биореактора. Пока ты уклонист, ты плохой, ты работаешь на зраду. И поэтому ты ИПСО, ты рука Москвы, и вообще это всё придумали. Но как только ты меняешь картинку (а я напоминаю, это война образов, когнитивная война — это не люди, это метафоры), не имеет значения, что за человек под этой формой. Главное, что это форма, и он откликается на клич СУГС и на кричалки [прим.: СУГС — аббревиатура нацистского приветствия, которое официально принято сейчас на Украине]. Всё, больше ничего не надо.
АШ. Да, Семён Сергеевич, давайте режим блиц, чтобы как можно больше людей охватить. Хотя вас никто не ограничивает. Если есть, допустим, глубокий вопрос, которому вы хотите больше уделить времени, то пожалуйста.
Перемещаемся в сообщество YouTube. Оттуда вопросы, и дальше будет чат-трансляция.
Алексей: «Как спасти генофонд Украины или уже смысла нет и надо смириться?»
СУ. Ну, смиряться нельзя никогда. Спасать надо не генофонд конкретно Украины. У нас речь идёт о генофонде всего постсоветского нашего общества. И это частный случай. Но в этом частном случае тем, кто может, надо убегать из биореактора. Людям доброй воли, я считаю, так или иначе надо перебираться либо в Россию, либо в Белоруссию. Почему? Потому что так, как ведут себя политики — бледнолицые братья, рано или поздно вся постУкраина будет зоной ответственности России или России ещё с кем-то.
Из России и Белоруссии вы раньше вернётесь в свои родные места, где будете на практике заниматься восстановлением генофонда. В то, что его можно сохранить внутри модели биореактора, лично я не верю. Это же началось не вчера, у нас по соседству, например, есть Молдавия, гастарбайтерская страна. Там вроде война не идёт, а всё равно полный отток населения. Вот так-то, по большому счёту. Это тоже биополитика.
Как людей сохранить? Давайте так говорить. Как сохранить жизнь и здоровье людей? Причём здоровье как физическое, так и духовное. Я общаюсь с большим количеством людей внутри. Так крыша-то отъезжает от безумия, которое происходит.
А главное правило, я считаю, «помог себе — помоги товарищу». И нужно не підтримку [(укр.) — поддержку] выражать кому-то там в Украине или участвовать, а выживание. Если оказались за пределами родной страны, надо создавать общины, вот, самоорганизация. Но вообще, все люди доброй воли [должны понимать]: нет других стран, кроме России и Белоруссии, где украинец потенциально — выходец с Украины, да, украинец, без разницы — будет равноправным, своим. Кстати, выбор крымскотатарского народа очень хорошо это показал. Обратите внимание, в Херсонской области сколько было разговоров о том, что меджлис поддерживают, пафос, надували щёки: «Всё, мы вечные враги».
Я вчера с казахом одним дебатировал — чисто как эти националисты меджлисовские. По факту все крымские татары остались там, где жили. И я общался недавно с одним депутатом, крымский татарин, херсонское Заксоб. И что получилось? А вот для крымских татар СВО — это на самом деле воссоединение народа. Вот так получилось.
АШ. С вами не согласятся джемилёвы.
СУ. Нет, они не согласятся. Но их-то осталось меньше процента. А если мы посмотрим, где живёт народ крымскотатарский, мы увидим, что из Генического района Херсонской области никто не уехал. Так же, как и из Крыма, по большому счёту, никто не уехал. И мы видим, что по факту крымскотатарский народ, из которого пытались лепить, ещё больше, чем из украинцев, националистов — они первые были, их всегда проводили по всем квотам ющенки и прочие оранжевые. Нет, народ проголосовал тем, что он остался жить там, где он остался. Нет других стран, где люди с Украины, да и не только из Украины, это касается всех выходцев из бывших [республик]. Россия, мы же в начале этой беседы говорили, — правопреемница СССР.
АШ. Оксана пишет:
«Украинское общество накачано ненавистью к русским, разрушены жизни, города, сёла — то, что было для людей дорого. Люди страдают, независимо от их личного отношения к причинам конфликта и пути разрешения оного. Кто-то в российском руководстве вообще понимает это? Есть ли представление о том, как эту ненависть преодолеть? Семёну респект, много лет как подписана. Спасибо, Александр, за гостей».
Спасибо, Оксана.
СУ. Ох, это сложный вопрос. Наши бледнолицые братья и стараются этот конфликт превратить в столетнюю войну и сделать это войной религиозного типа, чтобы ненависть жила через поколения. Именно для этого были все истеричные вопли про споконвічну загарбницьку політику Москви, про знищення всього українського [(укр.) — об извечной захватнической политике Москвы, об уничтожении всего украинского]. Они качали очень-очень давно эту тему,
они готовили общество к тому, что война с Россией должна стать вечной идеей для жителей Украины. Сейчас мы находимся в терминальной стадии.
Все те страхи, все те фобии, все те ужасы, которыми качали, сейчас реализуются. Сейчас, здесь, в моменте сделать ничего уже нельзя. Реально, в моменте нельзя ничего сделать.
Но когда завершится острая фаза, начнётся самое главное. Начнётся борьба за умы людей, тех, которые не были выгодополучателями биореактора. Очень чётко прослеживается: есть люди, которые карьеру на этом строят и бизнес зарабатывают. ТЦК в этом кровно заинтересованы. И тогда начнётся, это будет как с послевоенным ОУН. Кто-то сбежит за границу, и они будут подстрекать ненависть внутри. Как это сейчас происходит, очень ярко видно…
АШ. На пляжах Египта.
СУ. На пляжах Египта, ещё где-то. А сейчас это видно, знаешь, где хорошо? Вот люди остались в Мелитополе, под Россией, а часть родственников — в Запорожье, которое под Украиной. Сами мелитопольцы или, наоборот, запорожцы переехали в Мелитополь. И ненависть между ними самая сильная.
АШ. Да, да. Я это знаю. Причём логика была та же самая, точно такая же. То есть, события 2014 года, потом 2015. Все луганчане, оказавшиеся на стороне киевской власти, тянулись в Луганскую область, потому что ближе к Луганску. И в Донецкой точно так же. И думали, что сейчас, скоро… Почему такой кумулятивный эффект Зеленского? Почему все голосовали? Самый большой процент — Луганская, Донецкая область, Харьковская. Почему? Потому что все думали: сейчас, он же обещает, сейчас всё закончится, сейчас каким-то образом можно будет поехать, нормально вернуться домой можно будет — ну всё, короче, мир будет. И поэтому там самый большой процент был. А люди тянулись туда.
Но параллельно с этим там сеялась эта история: «Ага, а мы, например, вот в Краматорске, а вы в Донецке», и началось, ОБСЕшникам квартиру сдать подороже, «А вы тут понаехали к нам вообще, у нас теперь квартиры выросли в цене, аренда» — ну, в общем, началось вот это: «а это дончане», «а это из Краматорска», ну, и т. д. То есть это природный [(укр.) — естественный] процесс. Для этого надо включить мозг и государственную политику. Вот политика должна быть государственная.
Ну, а понятное дело, государственная политика, которая была такая, именно в этот период, когда украинский язык стал зброєю [(укр.) — оружием], чтобы в окопе тебя не поняли, условно. Вот поэтому так и произошло.
СУ. Я соглашусь. Я в Луганске в украинские времена не работал, в Донецке, в Харькове работал, а Луганск — как-то мимо. Я уже в период ЛНР, буквально в прошлом и в позапрошлом году там был, у меня была встреча в Луганском университете имени Шевченко, бывший педагогический вуз. Активистами движения республиканского были украинские филологи, барышни. Сейчас одна из них — ректор. Я много с ними общался. У меня были лекции в вузе. Мне было интересно пообщаться именно с украинскими филологами. Действительно, они же остались, несмотря на то, что из них лепили. Удивительным образом в университетском вузовском движении конкретно на Луганщине, в ЛНР, в университете двигателями самоорганизации были украинские филологи, которых возмущала история, что их пытались противопоставить коллегам, русским филологам.
А другая часть, почему я про вуз рассказываю, сняла документы и переехала под власть Киева, где открыли фейковый вуз. Там возникло по два вуза, даже второй крымский «Артек» возник. Это вообще идиотизм. Море ты не перевезёшь с горами. «Ну, ничего, мы в Карпаты перевезём само название». И вот борьба за тех, у кого остались документы и печать, и тех, кто остался на месте.
АШ. Я вам хочу сказать, что в период непризнанной республики ЛНР там у всех было две печати, и украинская, и не украинская. У всех предприятий. Все хранили две печати, все ждали, что сейчас это всё приведёт к тому, что Луганская и Донецкая области вернутся в состав Украины на правах автономии, скажем так, с этими правами. Это автономия. Это было такое. У всех сидело в голове, и чёткие были разнарядки. Ну, и не будем забывать, кто там в Луганске руководитель, из какой службы. Из СБУ, понимаете? То есть тут всё как бы. Но видите, как колесо истории…
СУ. Я скажу, чего ждали. Все ждали, плюс-минус, приднестровского сценария.
АШ. Да.
СУ. Кто был в Молдавии, а Приднестровье вроде незалежное, но на уровне общества никаких проблем нет. Люди ездят друг к другу на свадьбы, через пять лет даже забылись боевые действия. Главное, чтобы стрелять прекратили. Я в 2015 году в ДНР много пожил, поработал и книгу первую написал. Я много поездил по райцентрам.
Донецк, понятно, всегда был богатый город, там всегда были особые люди. А вот Зугрес — ну, вот такие [города], вы же знаете эти края. Я общался. И что удивительно, не увидел никакой ненависти к украинцам, именно к украинцам. Да, очень чёткое разделение на мразей и не мразей — ещё почему? Потому что какое количество ушло в эти профессиональные украинцы, ещё и украинцы-нацисты местные. Батальон «Торнадо». Он откуда? Он весь шахтёрский, из той агломерации. И как жители Донбасса относились к нему? Хорошо, они начали на мове рассуждать, но они-то знают, что это наши местные мрази. Я помню это общение в Торезе. Они из Тореза в основном, не из Шахтёрска. Этот мерзавец из «Торнадо» был, по-моему, одним из секретарей Партии регионов, как раз в Торезе, баллотировался куда-то.
АШ. Судьба «Торнадо» всем известна. Они наследили уже и на подконтрольных тогда Украине территориях. Их ловили, сажали.
СУ. Это я беру самый яркий пример.
АШ. Спецоперацию проводили потом, когда украинская власть, военный прокурор Матиос приезжал в Луганскую область, ловили лично их там, и в общем, только там единицы какие-то после полномасштабной уже войны конкретно Украины и России, тогда их повыпускали.
СУ. Ненависть. Давай эту мысль закончим. Если обращаться к тем, кто непосредственно живёт, к жителям Тореза, или, например, к реальным жителям, крымским татарам, и спросить, а кто разжигает ненависть? Они лучше, чем мы с вами, расскажут, что это за мерзавцы. Точно так же, как я у луганчан интересовался, кто такой Данилов, чудо в перьях, ветеринар бандосов из 90-х, который стал секретарём Совбеза и прочего. Это же тоже луганский персонаж. Он никакого отношения не имеет к национализму, вообще никак.
Чтобы эту ненависть гасить, нам нужно очень сильно погрузиться на региональный уровень, потому что на месте видно. Зима покажет, кто где срал, да? Здесь та же самая история. Назвать себя украинцем великим и по этому поводу строить из себя кого-то. А что ты творил у себя на месте, всё станет понятно.
АШ. Так, вопросов действительно много. Время, понятное дело, ограничено. Тут поехали вспоминать, вот так было, так не было. Слушайте. Было, не было, все зависит от кругов, в которых вы вращались. Я считаю, что я высказываю своё мнение по поводу тех событий, почему луганчане и дончане приезжали ближе к Луганску и Донецку жить, а не на Западную Украину сразу уехали во время событий 2014-2015 годов. Тут можно спорить, не в этом смысл. Вот Светлана говорит, что «Донецкой и Луганской нельзя было голосовать на выборах, они были наказаны. Типа, уже не помнишь?»
Смотрите, мы говорим не о выборах Порошенко, это важно, а о выборах Зеленского. В прифронтовых голосовали за Зеленского в Луганской и в Донецкой области. Вспомните вы, пожалуйста.
СУ. Участки были открыты, да.
АШ. Конечно. Это там с Порошенко были уже моменты, потому что АТО шла. Тут не путайте.
Друзья, всем большое спасибо.
Вам в качестве вопроса Александр выражает претензию:
«А как же вернуться на оккупированную территорию, если фильтрация? И сейчас вообще не пойми с ней что».
Александр задает вопрос в чат-трансляции.
СУ. Ну, во-первых, насчёт «не пойми что», это пропаганда большого количества наших выходцев с постУкраины, которые, переехав в Россию, таким образом монетизируют свою привычку качать на эмоциональных качелях «зрада-перемога», она никуда не делась. Это первое.
Но согласно статистике, у нас заворачивают порядка 15% максимум из рейса. Если не нацифицировались, не сотрудничали, то есть были обычные нормальные люди, из того, что я знаю, 80% спокойно проходят все эти фильтрации. Если сильно опасаться, можно сначала в Белоруссию заехать, потом оттуда вылететь в Шереметьево.
Но опять же, все люди доброй воли, с которыми я пересекался, спокойно [проходят]. Нет, долго надо ждать, конечно. Началось это активно, я напоминаю, после [убийства] Дарьи Дугиной, когда Наталья Вовк из Мариуполя (кстати, со своей дочерью), взорвала Дарью Дугину. Тогда это у нас произвело полный шок, что могут ещё детей на теракты брать. Это очень болезненная история.
Я бы рекомендовал по поводу фильтрации и вообще заезда в Россию меньше смотреть ЛОМов и читать всякую хрень в Интернете, а внимательно изучить, [что пишут] официальные органы власти. Я готов подсказать, на что обращать внимание, и просто быть человеком доброй воли, не пытаться перехитрить цифровую систему. Ну, извините меня, если у вас какое-нибудь СУГС набито татуировкой, и вы радовались погибшим, извините, никакой фильтрации вы не пройдёте. Тогда у вас судьба индейца без родины. На Украину вернуться — вас сожгут в биореакторе, а в России, в наших джунглях, таким индейцам не рады.
АШ.
«С Украиной все понятно, людей натаскали на ненависть. А как лечить общество в России? Открываешь Z-паблики — а там каждый второй призывает кинуть ядерку. Как вылечить людям голову?»
— Мария задаёт вопрос.
СУ. Ох, это отдельная тема для беседы, очень большая. Я этим плотно занимаюсь очень-очень давно. Нужен комплексный [подход]. Я много об этом думаю, но если очень быстро, то
нужна не просто медиаполитика, нужно медиавоспитание, именно воспитание.
Второе — это восстановление мыслительных функций человека, чтобы выйти из этого состояния.
И третье — это здоровая коллективность. Ненависть, она от глубокого одиночества и нереализованности одинокого человека.
Вот я один, я всех ненавижу, я в этом инфопузыре медийном буду всех ненавидеть и эмоционировать. Как только человеку возвращаешь коллективность, [всё меняется]. Это очень хорошо видно на примере. Советская страна, всё в разрухе, а люди на субботниках. Почему они на субботниках? Именно потому, что это даёт, несмотря на нездоровую общую обстановку, чувство товарищеского локтя и позволяет избавиться от этих [сомнений]. Вкратце.
А ещё наши с Дмитрием Юрьевичем Пучковым беседы ещё 2022 года о защите в когнитивной войне. Отдельная беседа на два часа. Подробный разбор защиты от когнитивной войны, где ненависть — это одна из технологий.
АШ. Ну, смотрите, тут есть уже сразу много моментов. Я думаю, давайте перенесём это обсуждение в комментарии. С вами есть очень много несогласных людей, потому что там новый телефон, новая симка — автоматом [отказ]. Короче, заворачивают много. По официальной статистике, которую приводили, пропускают мало. И это является большой проблемой для тех людей. Поэтому тут как бы «если ты человек доброй воли» — не работает. Всё настолько ужесточилось, что ваши слова, Семён Сергеевич, звучат, как (есть такое выражение «розовые пони»). Вот, розовые пони! Фильтрация достаточно серьёзная. И там находят, за что прицепиться. Чат просто реагирует на это дело. Поэтому давайте перенесём это в комментарии. Напишите, что думаете вы по этому поводу.
СУ. Я общаюсь и всерьёз воспринимаю только слова тех людей, которые прошли фильтрацию.
АШ. Так, а тех, которые не прошли, вы воспринимаете всерьёз?
СУ. Нет, тех, которые не прошли, я воспринимаю как людей, которые оскорблены, и они будут максимально давить на то, что их не пропустили.
АШ. А мы истины тогда не узнаем, подождите.
СУ. Нет, есть официальная статистика, сколько наши пограничники людей пропускают.
АШ. 130 тысяч человек. Как вы считаете, это удовлетворяет уровень запроса?
СУ. Не пустили 130 тысяч?
АШ. Пустили 130 тысяч.
СУ. Из скольки приехавших? 130 тысяч из скольки? Я сейчас просто не готов углубляться, я читал наши официальные данные о том, сколько у нас проходит граждан Украины. По статистике официальной наших погранцов в Шереметьево, это месяца три назад, 80% приехавших проходят у нас фильтрацию. То есть, около 20% мы заворачиваем. Это официально нам говорят наши погранцы в Шереметьево. Истина это или нет, но других данных у меня нет. Ну, от чего мне отталкиваться?
И вторые данные, которые уже не статистические, а личные. То есть те люди, которые проходили фильтрацию, с которыми я общался. Это не количественный, а качественный показатель. Что мне они говорят? «Долго сижу в очереди, вопросы очень-очень серьёзные». Дальше, если малейшие подозрения, отдельная очередь, отдельная беседа. И действительно, какое-то количество людей разворачивают. Но опять же, как мне описывали в частных беседах те, кто проходил ту самую фильтрацию, не 80% назад потом возвращается. Что такое 80%? Это вот пришёл самолет, две трети его назад возвращают. То есть он почти весь полностью полетит обратно. Поэтому, я говорю, официальная статистика: 80% проходят фильтрацию. Те люди, которые проходят, говорят, что дрючат жёстко. А некоторые, которых я знаю, они даже катаются нормально, будучи жителями Украины. То есть они получили вид на жительство, РВП.
Но в целом, если честно, по поводу именно моей позиции, я с самого начала СВО, с 24 февраля, твердил на всех каналах, и у Дмитрия Юрьевича Пучкова, и когда на госканалы заходил, я всегда повторял одну и ту же мысль: жители постУкраины, переезжайте в Россию или в Белоруссию. Я это повторял и повторяю. Извините меня, через два года сузилось, так сказать, окно возможностей. Я в своё время, ещё осенью 2022 года, даже публиковал маршрут, когда можно было через Орехово, Запорожская область, в Крым проехать в самом начале СВО. И большое количество харьковчан этим воспользовалось и попало через Мелитополь в Крым.
Сейчас такая реальность, дорогие друзья. Посмотрите, что в Баку произошло с гражданами Украины. Те, кто не доехал до России и Белоруссии, нужно быть готовым в любой момент сняться даже из той страны проживания, где вы находитесь, потому что они могут решать, что граждан Украины можно либо обилетить, либо шантажировать, либо, в общем-то, разменять как-то в игре с Зеленским или ещё с кем-то. И они станут заложниками, как сейчас у нас стали в Баку, например, наши сограждане. Поэтому, дорогие жители постУкраины, эта принадлежность государственная в виде паспорта с трезубцем, она в определённый момент может стать ещё, как в своё время у евреев был Маген Давид [прим.: Звезда Давида], который они нашивали на одежду.
АШ. Не перегибайте, конечно.
СУ. Я не перегибаю.
АШ. Семён Уралов был моим собеседником сегодня. Спасибо большое за время и мысль.
СУ. Спасибо.
АШ. Друзья, берегите себя.
Словарь когнитивных войн
Телеграм-канал Семена Уралова
КВойны и весь архив Уралова
Группа в ВКонтакте. КВойны. Семён Уралов и команда
Бот-измеритель КВойны
Правда Григория Кваснюка
Было ли это полезно?
7 / 0
