Аудиозапись в Telegram-канале Семёна Уралова
Аудио ЧП Live 68 на podster.fm
Иван Князев. Дорогие друзья, здравствуйте! Стрим подкаста «Чистота понимания» с вами в прямом эфире. Я напомню, что это площадка, где мы глубоко и подробно разбираем самые актуальные темы. Это площадка для умных и образованных людей. Спасибо всем, кто нас смотрит, кто лайк ставит, пишет комментарии. Отдельное спасибо! Ждём от вас лайк этому стриму. «Чистоту понимания» искать несложно. В VK, в YouTube, в RuTube мы есть.
Дорогие друзья, отдельно объявление, ждём ваши вопросы, конечно же, по теме сегодняшнего стрима, но просим вас их присылать, начиная сообщение со слова «вопрос» в чаты, где вы смотрите, в VK, в YouTube, в RuTube. Так нам будет легче искать ваши вопросы в потоке комментариев, поэтому можно уже сейчас подумать, что вы хотите сегодня узнать у наших ведущих по теме нашего сегодняшнего стрима. Но начинайте прям со слова «вопрос».
Меня Иван Князев зовут. Позвольте представить наших ведущих. Алексей Чадаев, политолог и журналист. Алексей, приветствую.
Алексей Чадаев. Всем добра.
ИК. И Семён Уралов, политолог, журналист, писатель. Семён, здравствуй.
Семён Уралов. На посту.
ИК. Привет, Семён. Наши ведущие на месте.
А тема у нас «Сырский, Фёдоров, Зеленский: Игра в напёрстки». Что происходит? Восстанавливаем контекст. Как говорится, в Киеве и других крупных украинских городах уже пять дней продолжаются протесты из-за перестановок в правительстве. Выступающих поддерживают разные известные и не очень люди. В частности, мэр столицы Кличко рассказал, что был в шоке от решения Зеленского сменить министра обороны Фёдорова, и сообщил, что понимает, почему люди выходят на улицу. Участники протестов, кстати, требуют не только вернуть Фёдорова на должность министра обороны, но и уволить главкома ВСУ Сырского. Украинские СМИ ранее писали о дезертирстве солдат 155-й бригады ВСУ из-за якобы необдуманных действий командования, пыток, убийств военных и т. д.
Среди прочего Сырского упрекают ещё в том, что он якобы предпочитает посылать вперёд пехотные подразделения вместо использования БПЛА. Также украинские СМИ сообщают, что Зеленский в самое ближайшее время всё-таки может уволить Сырского, генштаб ВСУ, однако на данный момент опровергает эти данные. Интересно, что на этих протестах, как и (в кавычках) в старые добрые времена, я имею в виду 2014 год, и скачут, и кричат те же речёвки: «Кто не скачет, тот москаль». Здесь, Семён, я, наверное, тебя попрошу отдельно как-то разобрать этот момент с точки зрения когнитивного воздействия, сведения с ума, реакции толпы, потому что там же ещё один символ. В этот раз все пишут на картонках, такой «картонный майдан».
Помним, в 2014 году кастрюли были там.
АЧ. Кастрюли опять появились как головной убор украинских майданщиков, уже был замечен, зафотографирован и завирусился в интернете.
ИК. Классно! Такие именно символы очередных протестов, очередного майдана тоже можно было бы разобрать. Но здесь ещё интересно, кстати, одни и те же люди, что и на предыдущих митингах были, я имею в виду, которые по теме НАБУ собирались.
Одних и тех же людей Буданов* призвал сохранять спокойствие и отметил, что это дискуссия власти и общества, это нормальный процесс.
Что ещё интересного в контексте?
Фёдоров известен как сторонник строгого аудита в ВСУ. По данным The Economist, за первые полгода работы он обнаружил неэффективные затраты на сумму более 300 миллиардов гривен. Это примерно 6,6 миллиардов долларов. Часть оборонных закупок он перевёл на открытые тендеры, что позволило снизить стоимость 155-миллиметровых снарядов на 16%.
Наши политологи разные говорят, что протесты из-за отставки Фёдорова для Зеленского какой-то серьёзной угрозы не представляют. Европа, вроде как, их не поддерживает, а значит, есть вариант, что поскачут, покричат и разойдутся.
Братцы, что ещё добавите? Как вы на всё это смотрите? Действительно, угрожает ли что-то Зеленскому? Будут ли какие-то реакции на этот протест? Откатит ли Зеленский назад, как уже было после всяких историй с НАБУ и т. д.? Начнёт сливать в своих, или, может быть, наоборот, будут какие-то жёсткие разгоны. В общем, что это всё сейчас значит, что это за игра такая?
АЧ. Во-первых, давайте доброшу ещё в контекст то, что Фёдоров повёл активную публичную кампанию. Он раскритиковал Зеленского, объявил о том, что он хочет вернуться обратно в кресло министра обороны, отказался на встрече от каких-то других должностей, которые ему предлагались, и очень активно выступает. Но и Сырский опубликовал колонку, в которой объяснил свою позицию, он отрицает наличие конфликта, говорит, что были рабочие отношения, но, тем не менее, выдвинул ряд претензий к фёдоровскому минобороны. И конечно, поучаствовал в этом всем ещё и Залужный. Причём поучаствовал парадоксальным образом, скорее, в поддержку Сырского, чем в поддержку Фёдорова, что уже многие комментаторы охарактеризовали так, что Фёдоров явно готовится тоже к президентской кампании и что у него рейтинги, которые подъедают рейтинги Залужного, потому что они на одном и том же поле топчутся.
А Зеленский, в свою очередь, опять же, по сообщениям разной медийки, провёл несколько встреч с потенциальными кандидатами на место Фёдорова, потому что там тоже интересно получилось, что министра обороны сейчас нет, есть исполняющий обязанности, потому что по законодательству их министр обороны утверждается Верховной радой, а ближайшее заседание Верховной рады будет аж 18 августа. Поэтому есть врио, и этот врио — некто Хмара из СБУ как раз публично заявленный в том числе как автор и инициатор операции «Паутина» — в общем, такой диверсант. При этом из интересного тоже совершенно остался без внимания факт отставки премьера и замены премьера. Вообще как-то это не обсуждается как некий инфоповод.
ИК. Да, на это даже никто внимания не обратил.
АЧ. Хотя появился новый премьер, бывший глава «Нафтогаза». Он даже что-то такое сказал, тоже, как всегда, «шляхом до Європи» [(укр.) — по пути в Европу]. Но здесь для нашего сюжета примечательно то, как себя вёл Зеленский, когда начались эти картонные майданчики. Он, во-первых, внезапно заявил, что люди имеют право на протест.
ИК. Это нормально, да.
АЧ. Нормально, что он слышит и т. д. Он попытался объяснить свою позицию, что так и так, был жёсткий конфликт между министром и главкомом, примирить их было невозможно, поэтому пришлось решать. В общем, повёл себя неопределённо, я бы сказал.
Ещё, конечно, это не относится напрямую к этой истории со всеми этими кадровыми перетасовками и всей этой чехардой и всеми этими напёрстками, но в очередной раз интересно выступил постоянный участник наших рубрик некто Алиев из Баку, который прилетел в Германию, там сообщил о том, что Россия больше не может выполнять свои обязательства по поставкам нефти и газа и что Азербайджан готов её заменить, если ему дадут денег. Но денег не дают, потому что у них зелёная повестка. Он, конечно, уважает зелёную повестку, но давайте всё-таки как-то корректировать. Интересное такое заявление.
Ещё он шокировал народ заявлением, что именно в Баку состоялась некая встреча между представителями России и Германии о восстановлении отношений и что хотя азербайджанцы на ней не присутствовали, но они предоставили для неё площадку. То есть, короче, навёл интриги. На что Мерц, присутствовавший там же, на этой пресс-конференции, сказал, что ему об этой встрече ничего не известно. В общем, некто из России встречался с кем-то из Германии, говорили о каком-то восстановлении чего-то, причём происходило дело в Баку, но кто и о чём говорил, мы не знаем, но зато теперь знаем от Алиева, что он такие встречи хостит.
ИК. Пастор Шлаг встречался с Максимом Максимовичем.
СУ. Я бы ещё добавил, но у меня будет сейчас просто техническая просьба. Товарищ режиссёр, замените моё изображение на заглушку, я простужен, меня кашель давит. Я буду только думать о том, чтобы не кашлять в прямом эфире. Давайте буду сегодня без картинки, иначе не смогу сосредоточиться.
Ещё интересная новость из Казахстана у нас пришла: перестали отгружаться по Чёрному морю фактически. То есть наши братья-казахи попадают в одну лодку с нами. Это показатель.
АЧ. Но у этой новости есть интересная подробность. Она состоит в том, что посол Украины в Казахстане отрицает причастность Украины к атакам на инфраструктуру Каспийского трубопроводного консорциума, что причастность Украины к этим атакам не доказана.
Это, конечно, классическое «сами себя обстреляли».
СУ. Не пойман — не вор, типа, это не мы.
АЧ. Тем не менее, это такая милая деталь в интерьере. При этом нефть-матушка, которая, было, упала в цене после «писового дила» в Исламабаде [от англ. peace deal — мирная сделка], поползла опять вверх, по мере того как в Ормузе бомбят-бомбят, а тут ещё и хуситы в очередной раз принялись блокировать уже свой пролив.
ИК. И открыто угрожают саудитам по полной программе.
АЧ. Да, на этом фоне Индия сделала рекордные закупки российской нефти. Как-то всё происходит, что называется, опять не по плану.
СУ. И наверное, немножко про майдан начнём говорить, да? То, что ты, Иван, в начале спрашивал.
АЧ. Подожди про майдан, докину ещё в общий контекст. Это не получившееся принятие 21-го пакета с пакетами из-за того, что куча стран выступила сначала, как мы помним, по рыбе, а потом ещё Греция отдельно выступила, что она против блокировки закупок российского газа, потому что это, среди прочего, лишает работы её греческий газоперевозящий флот.
ИК. Там ещё болгары сказали, что персональные санкции против патриарха Кирилла не укладываются в их картину мира. Поэтому они тоже выступали против. Так, тоже докину.
АЧ. Да, то есть ещё и пакет с пакетами как-то в очередной раз не получился. И ещё один штришок в картинку — это заявление польского министра обороны по фамилии Косиняк-Камыш о том, что у России очень много украинских дронов, и поэтому следует ожидать атак украинских дронов на польские объекты, но на самом деле это будут русские. Они собирают какое-то совещание, чтобы придумать, что с этим делать.
Я из этого делаю вывод, что надо бы долбануть по польским объектам «геранями» на том основании, что у Украины тоже много русских дронов.
ИК. Да, мысль хорошая, правильно.
СУ. Чтобы в ходе следствия все вышли на всех и на этом всё закончилось.
АЧ. В общем, контекст, пожалуй, обрисовали. Семён, давай начнём с майдана нашего «любимого».
СУ. Я хотел бы обратить внимание, как у нас сменилась медиа-картинка, потому что чемпионат мира, который закончился, пропал вообще. Вспомните, раньше какое-то было событие, которое затмевало вообще всё.
АЧ. Чего это «пропало»? Все обсуждают одно и то же — то, что Трампа вырезали с итоговой фотографии. Фотографировались с Трампом, а на сайте FIFA фото появилось без Трампа. Помните, как ретушировали фотографии сталинские с разными соратниками? А тут внезапно взяли и Трампа вырезали. Свидетель из Фрязино такой, если кто помнит. Такой мир.
СУ. Дональд Фредович отличился, конечно, как жених на каждой свадьбе.
АЧ. Как всегда. Притом, что Испания — крайне неудобный победитель американского чемпионата мира, учитывая особые отношения Испании и США.
ИК. И там куча мемов тоже было на эту тему политических. Я тоже посмотрел, испанцы отжигали как могли по поводу Трампа и этой фотографии и всех взаимоотношений.
АЧ. Пожалуй,
если бы не Трамп, никто бы про чемпионат по футболу и не вспомнил. Держит собой старик повестку всё-таки, даже в нынешних обстоятельствах.
СУ. Да, неделька, конечно, удалась, я считаю, она была сверхнасыщенная по всем фронтам.
АЧ. Wildberries сожгли (чуть не забыли).
ИК. Да, повестка у нас большая сегодня. Ладно, поехали, давайте по майдану.
СУ. По майдану. Обращаем внимание, что протесты разворачиваются на фоне того, как буквально неделю или две назад подавили другие протесты во Львове, которые были массовыми, они действительно были стихийными, когда отбили из лап ТЦК людей, при этом произошло не просто подавление протестов, а именно с очень жёстким унижением тех, кто в них участвовал. На камеру попадали люди, по которым видно было, что их не просто били, но ещё и, наверное, унижали каким-то образом. Всех нашли, а тут эти протесты политические почему-то продолжаются. Это снова нас наталкивает на мысль, что есть майданы лицензионные, а есть майданы без лицензии. В данном случае, как и в протестах по теме НАБУ и САПа [прим.: Специализированная антикоррупционная прокуратура, подразделение Офиса генерального прокурора, которое процессуально руководит делами НАБУ], которые были не так давно, в этом политическом сезоне, [мы увидели], что есть некие силы, которые обладают лицензиями на уличную активность. История с картонками — это же как раз новая стилистика.
Ведь картонки почему появляются? Они появляются (сейчас разбираю именно в логике политтехнологической) для того, чтобы симулировать народность этого всего. То есть это не подготовлено, когда заранее АПМ (говоря нашим политтехнологическим языком [прим.: агитационно-пропагандистские материалы]) напечатаны, подвезены и дальше это доставляют и демонстрируют. Тут
это демонстрация народности этих протестов.
Мы видим по классике жанра, что есть две точки, это в первую очередь Киев и Львов. Львов особенно интересен, потому что, как я уже говорил, там были иного типа протесты, которые были очень жестоко подавлены.
Контур, который называют условно «соросятня», дальше прекрасно себя чувствует внутри украинского государства и продолжает дальше изображать гражданское общество.
В то же время на что можно обратить [внимание]?
Фёдоров на фоне этих протестов начинает разворачивать избирательную кампанию, или не избирательную, но политическую кампанию имени себя.
Под это начинают уже переконфигурироваться элитки, ЛОМчики разные, деятели общественной коммуникации. В своё время подобным образом всходила звезда Буданова* я напомню, которого передвинули. Он же был самый главный борец с москалями, а его передвинули на позицию главы Офиса Президента. Это технология удушения в объятиях.
АЧ. Да, он там тихо гниёт.
СУ. Да, он там тихо гниёт и только погавкивает кровожадно ещё на старом своём авторитете. И взошло две новых звезды на этом фоне. Раньше, давайте вспомним, были Залужный и Буданов*, они между собой делили лавры, кто главный ястреб. А тут взошло две новых звезды, это Фёдоров и Мадьяр*. Но если Мадьяр* — в позиции отморозка, и в этом смысле он похож на того старого Буданова*, то Фёдоров как раз попадает в образ айтишников, на которых [опирался] второй Майдан, Евромайдан. Там же было две яркие движущие силы, это программисты и сноубордисты. То есть модненький киевский класс креативный, как его называли у нас раньше, креаклы и прочее. Украина уже давно превратилась в большой IT-офшор. В этом смысле пути России и Украины разошлись ещё в начале 2000-х, потому что в России цифровой рынок всё-таки развивался во многом на базе экономики собственной, то есть обслуживались и крупные корпорации, и госы, а на Украине это изначально было всё офшорное.
На Украине (Белоруссия в этом смысле на неё очень похожа) неплохая школа математическая, советская ещё, особенно Харьков и Одесса. Я напоминаю, наш товарищ Вассерман, это же один из первых был советских программистов, который появился как раз ещё в Одессе, на заводе холодильного оборудования. Он много лично мне рассказывал, что они были одни из первых программистов ещё в начале 70-х. Во Львове, кстати, очень неплохая школа, одна фирма (не буду делать ей рекламу) ещё в начале 2000-х покупала специалистов, из Москвы, в том числе, когда нужно было подтянуть. Но это история ещё 2003-2004 годов.
В чём была особенность этого образовавшегося класса? Он зарабатывал всегда больше, чем местные жители. При этом существовал на деньги, которые приходили извне. То есть они были достаточно независимы, в том числе и от олигархии. Мы много разбирали со Скачко, например, и с Кеворкяном в рубрике ПМС, что все, так или иначе, были завязаны на деньги олигархов национальных, а этот класс был свободен. И Фёдоров в этом смысле — это первая ласточка того, как во власть прорвался представитель этой социальной прослойки, и мы увидели, как у него попёрла политическая карта.
Он модненький, он становился популярным на Западе, его везде приглашают, его везде цитируют. Я сейчас не даю вообще никаких квалификаций его профессиональным навыкам.
АЧ. Про это мы отдельно поговорим.
СУ. Да, сейчас мы это оставляем за скобками. Но мы увидели, что он постепенно начал повторять путь, похожий на путь самого Зеленского. То есть там было попадание в запрос этой молодой творческой интеллигенции, которая сама себя сделала. Зеленского, понятно, подкармливали, но в целом он воспринимался как сам себя сделавший. Точно так же Фёдоров начал в эту нишу попадать. Всё-таки Мадьяр*, я утверждаю, он в образе людоеда, боевика, беспредельщика абсолютно кровожадного.
АЧ. Басаев* такой, да.
СУ. Да, то есть он именно отморозок отмороженный.
ИК. Да и даже по внешнему виду это два совершенно разных человека, с эстетической точки зрения.
СУ. А Фёдоров весь модненький. И никто, обратите внимание, ему даже не намекает на то, что у него фамилия-то русская. Потому что Сырский-то хоть и уроженец России, но фамилия у него всё-таки может быть и польская, и белорусская. А Фёдоров — это же настолько русская фамилия! Вообще-то в среде украинских националистов, как только появлялся человек с откровенно русской фамилией (Азаров, например, братья Клюевы), по этому поводу всегда говорили: «Ты, короче, москалик».
АЧ. Да, а у Миши ещё очень плохой украинский.
СУ. Да, у него очень плохой украинский.
АЧ. Дивизионный картонный украинский.
СУ. Не родной, абсолютно не родной. Мадьяр* всё-таки говорит на западенском, и конкретно, закарпатском суржике. Там и украинский, и русский перемешиваются, ударение чувствуется. Угорщина [(укр.) — Венгрия], помните, из «Дня выборов» — у гор стоит. Он и в образе, правильно, похожем по стилистике на Басаева. А Миша — это очень серьёзная угроза была Зеленскому как Голобородько [прим.: главный герой фильма «Слуга народа», которого сыграл В. Зеленский].
Есть Зеленский как нынешний упырёк, убийца. А есть Зеленский, каким он был вначале, в образе Голобородько.
Фёдоров — это очень серьёзная угроза. Я думаю, что эта вся комбинация была просчитана.
Зеленский — всё-таки профессионал в коммуникации, и мы видим, как он от выборов всячески петляет и не хочет их проводить. Это главная угроза, которую они просчитали.
Именно поэтому вся эта соросятня и вся медиа-инфраструктура так активно включилась в поддержку Фёдорова. Потому что его противопоставляют.
ИК. Да, Семён, Алексей,
АЧ. Из интересного — и Свириденко отказалась от должности, ей же предлагали стать послом в США. Там такая интересная ситуация, когда должности никто не берёт. Это тоже некая новая ситуация. Обычно же всё-таки это конкурентная история. А тут должности никто не берёт. И похоже, что и сменщики Сырского потенциальные (а там длинный ряд фамилий предполагался, по крайней мере, публично звучал), они тоже взяли, да и поотказывались.
ИК. Расстрельная должность потому что.
АЧ. Ну, не знаю, Сырского не расстрелял никто до сих пор, хотя казалось бы. Чего там расстрельного?
Но я бы обратил внимание тут ещё на два момента. Видимо, от меня сегодня всё-таки требуется анализ, а точно ли Фёдоров хороший министр обороны.
ИК. Да. Из-за чего сыр-бор?
АЧ. И здесь я повторю слова, которые написал у себя на канале, ещё когда его только назначали: Фёдоров из породы эффективных менеджеров.
Эффективные менеджеры известны чем? Что они очень эффективные, они всегда добиваются своих KPI, но по концовке не было ещё ни одной команды эффективных менеджеров, которая не «просрала бы все полимеры».
Это просто такая особенность этой профессии. И в этом смысле, смотря за ту сторону и думая за ту сторону,
я не считаю, что Фёдоров был хорошим министром обороны Украины, с точки зрения как раз украинской задачи выигрывать войну.
В чём его основная проблема в этом качестве?
Он слишком поверил, как это водится у технократов, во всепобеждающую силу новых технологий.
Проблема даже не в том, что он их пропагандировал. Можно пропагандировать что угодно, но
он, похоже, дал снести голову самому себе, своей же собственной пропаганде, что можно победить «клятую русню» одними дронами.
И в это вложился.
Его концепция войны была примерно такая: ВСУ — это передаточное звено. Задача ВСУ — это просто держать периметр на земле, не давать «клятой русне» занимать территорию, обозначать присутствие на краю между килл-зоной и началом позиций.
ИК. А дальше мы разберёмся.
АЧ. А дальше мы разберёмся. А дальше middle-страйки, deep-страйки, Рalantir, Аnduril, Hornet. Пошло-поехало. И всё это ещё сопровождалось бурной зубодробительной рекламой всего этого добра во всём мире, в том числе, понятное дело, под экспорт.
В результате что получилось? Многие производители, увидев возможность зарабатывать на внешних рынках, активно побежали туда, и мы видим сейчас украинских эмиссаров в самых разных неожиданных странах мира, где они сейчас барыжат украинскими дронами. Да, тоже с переменным успехом, но тем не менее, это происходит.
Раньше была дирекция единого заказчика, а сейчас произошла некая диверсификация, соответственно, и смотреть стали хуже, что называется, на основного заказчика. Это раз. Второе, что произошло, это то, что всё-таки наши ВС РФ работают, и неплохо. Мы много обсуждаем их удары по России. Наши удары по Украине обсуждаем меньше, но они и пиарятся гораздо меньше. И в основном с той стороны это очередной стон и плач о том, что попали по гражданским. Причём попали по гражданским чаще всего своим же ПВО, но это другой вопрос. А эти удары таки существенные, и они таки наносят ущерб. Все эти с таким трудом развёрнутые производства стали первоочередной целью, особенно сейчас, когда ослаб купол ПВО непосредственно над Киевом. Их выносят, выносят производство, выносят склады. То есть довольно большое количество денег стало возможно списывать на войну.
Кроме того, очевидным образом, когда очень много денег идёт на дроны, а при этом непосредственно на армию их идёт меньше, это очень многим не нравится, и не только генералам. В том числе это не нравится и тем, кто снабжает ВСУ, то есть старому Укроборонпрому, условно. И не нравится тем, кто занимается поставкой. Более того, это не очень нравится и Западу. Я, кстати, во всём контексте, который мы набрасывали, обратил бы внимание ещё на один интересный факт: вся эта движуха (отставка Фёдорова, протесты и т. д.) началась после одного неожиданного решения, а именно после решения Евросоюза (внимание!), разрешившего Украине тратить деньги, кредита,того самого пресловутого, первый пакет из этих 90 миллиардов пресловутых, на закупку китайских комплектующих.
Это событие в тени, но, по-моему, это вообще и есть ключевое.
СУ. Деньги мимо кассы уходят.
АЧ. Деньги мимо кассы. Причём мимо кассы одной и мимо кассы другой, потому что нельзя забывать, что всё-таки
большая ставка Европы состояла в том, что эти деньги в Европу же и вернутся, уже на европейскую оборонку.
Но она не может сейчас делать того, что действительно нужно Украине в модели Фёдорова.
В модели Фёдорова надо все эти деньги взять, отвезти в Китай, накупить на них комплектухи и наделать ещё больше этих middle-, deep- и разных прочих страйков.
Но это многим не нравится. И в этом смысле я бы здесь видел не только ревность генералов и не только игры в самом Киеве, но ещё и вопрос о том, кто, собственно говоря, будет пилить бюджет.
Более того, уже сейчас включаю военного эксперта.
Я-то считаю, что нельзя выиграть войну дронами.
От меня это странно слышать, я вроде бы сам производитель дронов и много их произвожу и поставляю в своём основном качестве, как глава «Ушкуйника». Но тем не менее, я однозначно понимаю, что у дронов есть свои пределы возможностей. Дроны что-то могут, чего-то не могут. И старинная фраза, что земля никогда не твоя, пока над ней не висят яйца твоего пехотинца, актуальна и сейчас, несмотря на все изменения в технологиях.
В этом смысле, как ни странно,
мы любим критиковать нашу армию, по делу и не по делу, но наше Минобороны и наш Генштаб более сбалансированны. И дроны развиваются, да. Но и все остальные вооружённые силы не превращаются в придаток армии дронов.
ИК. Это, кстати, интересный момент, Алексей. Это говорит, грубо говоря, о стабильности системы, что у нас нет такого лихорадочного шатания и веры во всякие вундервафли, которые присутствуют у Украины.
АЧ. Давайте даже так скажу. Вообще-то Белоусов с Герасимовым — тоже очень разные люди, с очень разным бэкграундом, очень разными взглядами на жизнь, очень разным стилем управления и очень разными подходами много к чему. И тем не менее,
система сбалансирована, она умеет противоречия разные в разных формах снимать.
ИК. Пускай и не быстро, во всяком случае.
АЧ. Это наше главное.
Мы всё делаем очень медленно. Русские долго запрягают и потом очень медленно едут.
СУ. Давайте для чистоты понимания [отметим] ещё очень важный момент. Дело в том, что
на постУкраине есть две концепции войны. Первая — перемога над Россией. И вторая концепция — это нанесение ущерба максимального.
Раньше они были смешаны, два в одном. Контрнаступ под это проектировался, что «мы сейчас как контрнаступнём и такой ущерб нанесём, а потом — границы 1991 года». Теперь стало очевидно, что одно не то, что противоречит, оно исключает другое. А Фёдоров был как раз представителем…
АЧ. Концепции максимального ущерба.
СУ. Да, концепции максимального ущерба с максимально эффективным использованием внутренних ресурсов. Ты об этом говорил, я вначале об этом говорил, это представитель как раз подрядчиков. На Украине сформирована прослойка подрядчиков под массу задач. Это и финансовые подрядчики, и цифровые подрядчики.
Что говорит элитка, которая апеллирует ещё к Кучме? Что «это всё старое, мы сейчас заменим его цифрой». А есть люди проверенные, которые были многолетними подрядчиками у Запада по разным вопросам. Фактически это была заявка на партию, не в политическом смысле этого слова, а в исконном, то есть как часть общества значительная. С точки зрения нанесения максимального ущерба этой концепции такой войны, да, это идеальный подрядчик, все остальные не годятся. Почему? Потому что они хотят на бабки руки наложить, чтобы Запад не контролировал. С чего началась история у Дональда Фредовича нашего и всей коалиции Эпштейна? Они же аудит отправили в Киев. Я просто напоминаю, что всё с серьёзного аудита началось. Потом он по результатам аудита перекладывал это всё финансирование на европейцев.
Концепция нанесения максимального ущерба считается британской, по крайней мере Британия её чаще всего формулирует и объясняет, что это главная задача. А все остальные, Сырский-Шмырский и, самое главное, сам Зеленский, который продаёт своё нахождение на посту тем, что «наша задача – перемогти [(укр.) — победить] Россию, чтобы перемога наступила (границы 1991-го — это второй вопрос), с моей точки зрения, это и есть нынешний нерв современной украинской политики. Там есть только партия войны. Мы раньше говорили, что там есть несколько партий войны:
• партия подрядчиков, то есть нанесение максимального ущерба.
• И партия перемоги, то есть победы над Россией.
Партия подрядчиков, [тех, кто за] нанесение максимального ущерба, вообще никаких иллюзий не испытывает по поводу того, что можно Россию перемогти. Нет. Им главное произвести яркую картинку максимального ущерба. Вот почему им нужны Wildberries, вот почему они охотятся на гражданские машины вокруг Крыма и везде, где могут достать.
АЧ. На белорусских футболистов.
СУ. Да, на детей. Это такая же партия, как и коалиция Эпштейна. Им нужна картинка. И это главная угроза Зеленскому. Мы же помним, что
главная функция Зеленского — производить картинку на внешний контур. Он больше ничего делать не умеет.
ИК. Он с этим и катается, да.
СУ. Он с этим и катается. А тут получается, что появляется эта партия подрядчиков. Вот он, нерв современной украинской политики. Не зря поэтому был картонный Майдан (по теме НАБУ и САП, я напоминаю). Тогда первый раз эта технология включилась, когда наступили на интересы глубинного государства (дипстейта), который пророс внутрь постсоветского пространства. Теперь мы видим, что все контуры включаются.
Поэтому, с моей точки зрения, надо ещё рассматривать эти процессы как углубление и простраивание того, что мы называем внешним управлением, но уже внутри партии войны.
А что предлагается в этой концепции партии перемоги? «Вы должны самоубиться об Россию, в этом ваша задача. Мы-то, подрядчики, будем всё делать с помощью дрончиков, терактов и биодронов, в том числе. А вы — партия перемоги, ваша задача — просто самоубиться о Россию. Больше вы ни для чего не нужны». Плюс, на них ещё хорошо повесить всё разворовывание, потому что надо отчитываться перед заказчиком. Кто виноват? Эти старые переможники-коррупционеры.
АЧ. Я, кстати, забыл докинуть в контекст ещё такую штуку. Внезапно тоже крупным спикером ситуации стал уполномоченный по правам человека некто Лубинец, выступивший с критикой Фёдорова. По сути он как раз заявил о том, что главная претензия к Фёдорову — это то, что он ничего не делал с проблемой ТЦК, внимание, а проблема ТЦК вызывает такую ненависть у украинских трудящихся, что ситуация уже дошла до точки кипения. То есть он тут выступил некоторым образом вразрез к тому, что против ТЦК протестовать нельзя, а против отставки Фёдорова — можно. Он говорит, что ещё немного, и прямо тут, что называется, крышечку-то сорвёт.
ИК. Братцы, я уже слышу несколько противоречий. Опять же, что касается ТЦК. Если Фёдорову вменяли работу ТЦК и народ уже бунтовал против них, то тогда непонятно, почему народ требует вернуть Фёдорова. Потому что дальше с ТЦК всё это продолжится.
СУ. Требует не народ, Иван.
АЧ. Требует не народ. Митя Ольшанский в своём посту обратил внимание на состав участников этого картонного Майдана, обнаружив в нём наблюдательным своим глазом огромное количество пригламуренных тёлочек. Понятно, что у кого-то откалибровано зрение. Он говорит: «Представьте себе, если бы у нас почему-нибудь пригламуренные тёлочки в количестве вышли бы иметь мнение по вопросам ведения войны».
ИК. Это придётся Боню с подружками [выводить].
АЧ. Да.
ИК. А второй момент, братцы, смотрите, получается, что в Европе всё-таки
АЧ. Я как раз утверждаю, что нет. Дело в том, что
у Фёдорова, как это всегда водится у эффективных менеджеров, отношение к европейским деньгам такое: «Дали денег, и валите отсюда. Дальше я сам решу, на что их потратить». А у Европы же задача не просто дать денег Украине, но ещё и загрузить заказами европейскую оборонку.
А это не очень-то получается, потому что то, что делают европейцы, в отличие от того, что, кстати, делают сами хохлы, для модели войны по Фёдорову не очень-то подходит, потому что европейские ВПК — это всё-таки старая война.
ИК. Это снаряды, танки.
АЧ. Поэтому они хоть и пыжатся, что «мы сделаем свой дрон», и мне, опять-таки, как главе «Ушкуйника» смешно читать про эти испытания новейших европейских дронов, которые повторяют тактико-технические характеристики того, что делали мы три года назад, в отличие, кстати, от американцев. То есть как раз к тому, что делают американские техи в беспилотии, я отношусь максимально серьёзно. Здесь они всё время подкидывают нам неприятные сюрпризы и в дронах, и в военном ИИ, и в цифре военной, и много в чём.
ИК. Там головастых побольше.
АЧ. Palantir, Anduril, Эрик Шмидт и компания дело знают туго. И с ними очень непросто. А
всё, что пытается родить из себя Европа, даже с помощью украинских уже теперь наставников, всё это пока смехотворно,
я имею в виду именно в сфере беспилотия.
ИК. Штаты молодцы, они, грубо говоря, все умные головы к себе туда переманили и всё.
АЧ.
Нет достаточного количества компетентов именно и в цифре, и в робототехнике, и в ИИ в Европе.
Их не родишь быстро, за один день. Они здесь глубоко в хвосте. Это просто как констатация.
Делают мало, плохо и дорого.
Собственно, они только что проиграли Китаю соревнования в гражданских сферах в аналогичной тематике (в сфере бытовых гаджетов, связи, автомобилей и всего остального).
СУ. Они же в первую очередь автомобилестроение спасают и машиностроение.
АЧ. Конечно. Поэтому мы слышим манифесты, что и «Мерседес» мог бы на войну поработать, и «Фольксваген» тоже хотел бы. И Армин Паппергер в первых рядах, естественно, со своим Rheinmetall.
СУ. То есть европейской экономике, получается, нужно побольше контрнаступов, чтобы было побольше «леопардов», их жгли, картинка шла.
АЧ. Да.
СУ.
Для них стратегия такого медленного отступления, в ходе которого гибнет много железной техники, продукции машиностроения, — это идеальная модель.
Правильно?
АЧ. Конечно.
СУ. А
для партии нанесения максимального ущерба как раз [нужны] дроны, теракты и биодроны.
Эта модель и активизировалась.
АЧ. Совершенно верно. У них аргументы такие: что, типа, силы беспилотных систем — это хорошо, если 5% всех ВСУ. При этом они наносят противнику, то есть нам, 70% всего ущерба сейчас, имея в виду вместе с дальнолётами, понятно. Причём измеряемый, типа, в деньгах. Внимание, вопрос, если исходить из логики соотношения стоимости изделия к стоимости нанесения ущерба, во что лучше вкладываться? Этот аргумент довольно трудно оспаривать.
ИК. Помогает ли такая стратегия войны выигрывать? Или это никого не волнует?
АЧ. Нет, не помогает.
Расчёт там на то, что в России в результате этого ущерба возникнет некоторое количество внутренних проблем, которые приведут к политическим катаклизмам здесь, внутри.
Они исходят из этого.
Стратегическая ставка — на то, что русские обыватели, постояв в очереди за бензином, лишившись курортного сезона, не получив вовремя посылку из Wildberries, пойдут свергать Путина и требовать немедленной капитуляции на условиях Запада.
ИК. Но это же недальновидно. С бензином уже потихонечку [налаживается].
АЧ.
Как ни смешно, эта стратегия имеет некоторые шансы на жизнь, потому что обыватели-то бухтят у нас.
Их впервые коснулась война всерьёз. Они же раньше жили, что это где-то там, это где-то в телевизоре, в смартфоне. А тут вот, смотрите-ка, она пришла. Она, что называется, на соседней улице.
СУ. Не только обыватели бухтят. Ещё на примере Крыма, который многократно разбирали, я постоянно на связи с товарищами, это очень сильно повышает нагрузку именно расходов, кроме всего прочего. Если регионы делать обособленными, то есть разрывать доступность, то это очень-очень дорого обходится экономике. И тут дело не в том, бухтят, не бухтят. Рассказывали, что гонорар водителя бензовоза для проезда вырос в 30 или 40 раз.
ИК. Слушай, Семён, так может, знаешь, нет худа без добра, как говорится? Может, некоторые экономические процессы в нашей стране всё-таки перестроятся? Может, мы действительно поймём, что организация каких-нибудь глобальных фестивалей, как тот, который в Москве происходил на выходных (не буду рекламировать), [не нужна]? Или бесконечное перекладывание дорог или ещё чего-нибудь? Мы же на прошлом стриме [об этом говорили], Алексей объяснял, что благодаря нашим «прекрасным эффективным налоговым реформам» у нас в бюджете дофига денег, которые надо тратить и осваивать.
АЧ. Но сейчас уже не так.
ИК. Не так, да. Но всё-таки, может, отношение к трате денег в связи с этим как-то поменяется?
АЧ. Это да. То есть всё-таки научатся управлять приоритизацией трат. Это дело неплохое, но это же тоже требует некоторой обратной связи, какого-то контура обратной связи. Но как бы там ни было,
есть простая заповедь войны: если хочешь её выиграть, поступай обратно тому, чего ожидает противник.
Это касается и отдельного воина, и полководца, и страны в целом. И в этом смысле я считаю, что
наша главная задача — как раз-таки не дать нашему противнику воспользоваться нанесённым ущербом для того, чтобы создать в России внутриполитические трудности.
Не дать, с одной стороны.
А с другой стороны, действительно, скоординироваться, собраться, договориться и выстроить работающие механизмы минимизации этого ущерба. В первую очередь, конечно, антидроны.
Опять-таки, можно сколько угодно говорить, что это XXI век, это новые технологии, но если посмотреть на земле, мы сделали небольшую (не скажу где) экспозицию этих пердолётов, которые в нас летят. Ребята, это пердолёты! Эта техника сделана реально из чего попало (не буду употреблять этот обрыдлый уже shit and sticks [(англ.) — из говна и палок]). Это нечто летит со скоростью патриархов мировой авиации вековой давности, кое-как, в основном на скоростях 20-х годов ХХ века, а лучшие образцы приближаются к скоростям 30-х годов ХХ века. Единственная проблема состоит в том, что этого добра летит много. А вся наша оборона противовоздушная заточена на то, что так много никогда не летит.
ИК. И в таком виде, да. На ракеты мы заточены были.
АЧ. В таком виде, да. Поэтому
для нас это большая инженерная задача: как выстроить оборону против большого количества дешёвых, но опасных целей.
Это задача, которая требует действительно некоторой координации, некоторой перестройки механизмов управления много чем и ревизии подходов.
Главное, что надо понять, что земля у нас, конечно, частная, но небо-то общее. Поэтому невозможно защитить один отдельно взятый объект как объект, нужно выстраивать именно зональную защиту.
А ещё, блин, не могу не воспользоваться нашей площадкой для того, чтобы в очередной раз не сказать того, что
антидронная защита — это деятельность, требующая высоких компетенций, это сложная инженерная деятельность.
В армии все люди, способные к сложной инженерной деятельности, сейчас находятся на фронте, и вытаскивать их с фронта в тыл — это ослаблять армию. А это значит, что тыловой антидронкой должны заниматься гражданские, и надо найти им способ не надевать на них погоны, а именно в гражданском качестве массово привлекать их к антидронной защите.
Нам нужна гражданская ПВО.
ИК. Не поспоришь.
СУ. А самое главное, нужны вообще способы сетевой самоорганизации поиска таковых людей, потому что чаще всего такой человек — это человек, который чем-то занят своим, он готов тратить время, силы и средства. Есть же формула добровольчества, что нужно потратить время, силы и средства. Если ты вложил все три ресурса, тогда ты настоящий доброволец. Об этом одна из наших первых бесед с Тиньковым, с Дробеком «Как помочь помогающим». Мы разбирали другую вещь. Чаще всего такой гражданский человек, представитель общества, может тратить какое-то количество времени абсолютно искренне, да не только времени, сил и средств, но чаще всего мы наталкиваемся на то, что, во-первых, с такими людьми никто даже особо не общается, их просто отбривают, а с другой стороны, не могут сформулировать, а что конкретно надо. А что надо? А непонятно что.
С той-то стороны мы видим, как это в гаражах собирается, в том числе рассказывали историю про Севастополь, когда внучка [бабушку] сдала. Она гуляла в гаражах, её спросили: «А где бабушка? Почему одна?» «А бабушка с дедушкой в гараже». «А что делают?» «Самолётики собирают». Туда — хлоп. А там как раз сидели, какие-то пердолёты, говоря языком Алексея Викторовича, винтили. Это тоже такого типа деятельность (не в смысле, террористическая, а в смысле свободная), в своём гараже человек тоже может и должен поучаствовать. А ответа нет, что делать.
АЧ. Тут как раз, Семён, есть проблема. Это главное возражение силовиков, военных и безопасников — о том, что если мы массово эту сферу привлечём, то среди этих привлекаемых каждый пятый будет засланец или биодрон. И неизвестно, будет он работать на нашу общую защиту или он будет пользоваться этими вольностями для того, чтобы делать ещё одну «паутину».
СУ. Поэтому параллельно СМЕРШ должен тоже работать.
АЧ. Поэтому это вопрос о том, как всю эту полуанархическую историю контролировать. Это главные дебаты, которые идут на самом деле в тех кабинетах и на тех совещаниях, куда хожу я.
СУ. Дело в том, что у нас подобную задачу решали, например, с партизанским движением во время Великой Отечественной войны.
АЧ. Партизанское движение было на территории противника.
СУ. Ну, и туда закидывали, и обратно под видом партизан проникала куча шпионов. Это тоже всё было. И огромные были дискуссии, как именно нам разворачивать эту деятельность, и тип тоже общественный. Вспомним даже, как в 1812 году боялись спустить дубину народной войны. Почему гусара Давыдова отрядили [заниматься] партизанской деятельностью? Боялись. А если крестьяне потом дубинки поднимут на самих бар? Опасно это, очень опасно.
АЧ. Заметь, дубинки подняли те самые дворяне, которые как раз всех победили и дошли до Парижа. А в 1825 году подняли дубинки.
СУ. Это парадоксы, да. Парадоксы вечные. Но наверное же ещё есть и цифровые формы контроля. Если ты в эту деятельность включаешься, ты становишься абсолютно прозрачным, про тебя должны понимать: куда ты перемещаешься, где перемещаешься. Это как если человек получает оружие, например, на него [накладываются] серьёзные ограничения: в сейф должен сдавать каждый день, с утра забрать и т. д. Это форма полуприсяги.
ИК. Здесь ещё, наверное, Алексей, немаловажный момент, как им денег давать.
АЧ. Кому?
ИК. Всем тем, кто займётся выстраиванием всей этой системы.
АЧ. Нет денег. Это без денег придётся как-нибудь.
ИК. А как же ты без денег будешь антидроны делать?
АЧ. А так.
СУ. Ещё раз, тут деньги вторичны, товарищи. Такого типа люди могут тратить своё время и силы. Понятно, деньги нужны для обеспечения деятельности какой-то, но это нужно рассматривать как форму….
ИК. Подожди, а как ты системную оборону ПВОшную выстроишь, грубо говоря, на каких-то добровольных началах?
АЧ. Смотря кто добровольный жертвователь. У нас есть жертвователи, сопоставимые по возможностям с бюджетными организациями, в Отечестве. Разные бывают добровольные жертвователи.
СУ. Так же, как народ зажигалки тушил, у Высоцкого была даже песня.
АЧ. У кого песня Высоцкого, а у меня мой папа, которому 8 лет, внимание, было, вместе со своей мамой на крыше дежурил на Белорусской в 1941 году. Да, они этим занимались. Представьте, ребёнок в таком возрасте. Никто тогда особо не заморачивался, что ему 8 лет. Да, это история моей семьи. А бабушка окопы рыла в Москве, которые не понадобились, к счастью. Но тем не менее, в три пояса была окопами перекопана вся Москва в 1941 году.
СУ. Это была форма стимулирования самоорганизации и поручения людям дела по силам. А потом включается интереснейшая самоорганизация. Я не знаю, кстати, в Одессе снесли этот танк «На испуг», не снесли? Это же было участие трактористов в деле обороны Одессы. Был обшитый трактор, который выглядел как танк. По нему румыны лупили, а он ехал и ехал, потому что пока не попадёшь непосредственно в того, кто на рычагах сидит, [он продолжает ехать]. А снаряды насквозь пролетали. Они думали, что это что-то страшное, и бежали. Одессу достаточно долго обороняли. Танк назывался «На испуг». Трактористы [проявили смекалку]. Вопрос решений готовых.
ИК. Ясно. Да, Алексей.
АЧ. Да, я просто считаю, что нам уже потихоньку пора переходить к любимой рубрике.
ИК. Вот именно. Я это и хотел сказать. Только напомню нашим зрителям. Смотрю, уже в разных чатах вопросы поступают. Ещё раз напомню, что если хотите написать вопрос, то прямо в начале сообщения напишите слово «вопрос». И наши ребята как раз уже через какое-то время будут на них отвечать. А сейчас, Семён, давай разберём по понятиям, что там беспредельщики друг с другом выясняют и кто из них кто.
СУ. Да, тут на самом деле шибко много не будет, потому что сюжет уже понятен, особенно постоянным зрителям. Конечно же, это то, что называется «разрыли помойку». И внутри этой разрытой помойки началось соревнование чертей и беспредельщиков. Но вокруг чего они соревнуются? У них же начался лёгкий махач внутренний. Там идут предъявы друг другу, кто бóльшая крыса, потому что все понимают, что речь идёт об огромном бабле. В этой разрытой помойке идут взаимные обвинения, кто кого где кинул, кто кого где нагнул. Всем понятно, что это черти, которые перешли все черты, которые можно было. Каждый из них бьёт себя в грудь и доказывает, что он наибольший беспредельщик, потому что только таким образом можно объяснить своё крысятничество. То есть, ладно, деньги украдены, своих кинул, у своих забрал. Но зато это же такой эффективный мокрушник. И поэтому ничего страшного. А кто неэффективный, тот самая большая крыса.
Сырский удерживает позицию самого большого отморозка. На него на уровне ассоциации сходятся все направления по теме ТЦК и по закидыванию людей в топку биореактора.
А Зеленский как автор и изначально ответственный, авторитет всей этой схемы биореактора, пытается отмазаться, то есть спрыгнуть с темы.
Типа, «это я разрыл помойку. Я на самом деле автор этих разборок. Нам разборки нужны для того, чтобы чисто по понятиям выяснить, кто крыса». Но сам пытается с базара спрыгнуть.
Фёдоров же занял позицию, что он самый чёткий беспредельщик, мы разобрали в предыдущей части, что он работает именно по понятиям, то есть, какие ему задачи нарезали, с ними он и работал. А этот беспредел внутренний, это ТЦК и мокрушничество как бы своих людей, он вообще тут не при делах, это не его тема, он вообще очень правильный пацан. Он по понятиям разговаривает, и на Западе его принимают, и внутри с ним работают.
На этом фоне Мадьяр* всё больше и больше занимает позицию эффективного мокрушника.
Если Сырский — это именно мясник-мокрушник, на которого вешается весь негатив, самое грязное, то Мадьяр* – это командир бригады киллеров, это элита всегда в преступном мире, пока их не поймали.
Но там же победивший преступный мир, мы поэтому по понятиям разбираем, так что это наизнанку ситуация. Это не подполье, а это когда уголовный мир победил мир обычный. И самое главное, мы смотрим, как работает контур шестёрок, которые подмахивают. Все эти картонные майданы — это классические шестёрки, которые никакой своей позиции не имеют, им что паханы сказали, туда они и идут.
Вот, вкратце, такой расклад.
АЧ. Знаешь, что это всё мне напомнило, Семён?
Мне это очень напомнило, как выглядела сцена во время Первой Чеченской войны. Был Дудаев* (это Зеленский) — такой модный, с усиками, в шляпке, лощёный.
Был Масхадов* (это Сырский) — настоящий полковник, артиллерист, из Тбилистского артиллерийского училища, насквозь советский кадровый военный, выбравший
Был Мовлади Удугов* (это Миша Фёдоров) — такой юный, пригламуренный, похожий больше на европейца, чем на чеченца, хорошо дающий интервью западной медийке и вписывающийся в неё как образец борца современного-пресовременного.
Был Басаев* (это Мадьяр) — с бородой, «всех убью, а ещё потом изнасилую, а ещё потом съем, а потом ещё раз убью. Бойтесь меня все три раза. Завтракаю младенцами. На шее у меня ожерелье из ушей моих врагов».
Был Руслан Гелаев* (это условно Билецкий*) — такой идеолог, борец, чеченский националист, заслуженный. Свой аналог батальона «Азов»* у него.
Дальше можно, в принципе, в пару подобрать более-менее похожих каждому из них. Только, пожалуй, Буданову* я никак не могу подобрать никакого аналога, разве что Салман Радуев, но здесь уже придётся объяснять.
ИК. Да, не очень клеится. Я единственно что добавлю, все упомянутые — террористы и экстремисты.
АЧ. И покойники.
СУ. Это яркие аналогии, они показывают, что бывает, когда уголовный мир подменяет собой государство. Это ярчайшая иллюстрация. Я думаю, что если взять какие-нибудь африканские казусы или что сейчас происходит на руинах Ливии, Судана, я думаю, что схема будет, плюс-минус, такая же. Как это показано в прекрасном фильме «Апокалипсис сегодня», когда они по реке наверх двигаются и к людоеду в царство ужаса попадают. Это нечто похожее.
ИК. Кстати, кроме Закаева и Удугова, по-моему, всех уже ликвидировали.
АЧ. Да, Удугов только почему-то из них из всех единственный где-то там остался, но затихарился. Закаева-то видно иногда, а этот совсем затихарился где-то.
ИК. Где-то в Чехии, в Праге или нет, неизвестно.
Ладно. Спасибо, Семён, за разбор. Переходим к вопросам. Благодарю наших зрителей. Не забудьте поставить лайк этому выпуску. Ещё раз я напомню, простите за навязчивость. Видим ваши комментарии, видим разброс городов и стран, которые к нам приходят, присоединились, к стриму. Всем спасибо. Нас радует, когда нас столько разных людей из разных стран и городов смотрят. Вопрос:
Неужели у Зеленского так сильно искажено представление о реальности, что он верит в то, что ему удастся соскочить по итогу войны?
Не зря я вспомнил, чем закончили все чеченские террористы.
АЧ. Здесь надо читать Достоевского. А конкретно — «Игрок». Что происходит с сознанием в ситуации, когда ты уже, что называется, сделал все ставки. Дальше — туз, который совершенно точно и гарантированно придёт в руки.
ИК. Примерно то же самое у него?
АЧ. Да.
Когда ты уже настолько вовлечён в азартную игру с такими ставками, у тебя захватывающее ощущение, что «мой фарт со мной»,
«оцените красоту игры, верхние силы, за красоту игры вы меня как-нибудь отблагодарите. Смотрите, кто ещё настолько смелый, кто ещё так ставил раком всю планету, крутил земную ось и играл на глобусе, как на рояле? Неужели я не заслуживаю какой-то лучшей судьбы, чем быть просто утопленным в ведре с говном?» При этом
какая-то часть подсознания понимает, что всё равно же утопят. Но эта часть подсознания блокируется именно потому, что ты находишься на драйве, на азарте.
ИК. Понятно.
СУ. Плюс, у них всё-таки есть примеры, в том числе даже в современной политической истории, когда подобное с рук сходило, например, элитам Косово, которых долго натравливали на нанесение максимального ущерба сначала Югославии, потом — Сербо-Хорватии, то, что оставалось, а потом — собственно Сербии. И до сих пор мы видим, что даже торговцы органами человеческими как-то пропетляли. И вторая история — это нынешние сирийские власти, обращаю внимание.
АЧ. Да, ещё вчера был игиловец*, экстремист, террорист, а сейчас уже, смотрите, со всеми обнимается во всех столицах.
СУ. У них примеры есть.
ИК. Ну, поживём — увидим. Всё-таки здесь ему отвечать не перед кем иным как перед нами придётся. И кстати, перед своим народом тоже.
АЧ. Я-то скажу, что всё равно перед Богом.
ИК. Это само собой.
АЧ. Тут уже действительно уровень такой, что ничего не скажешь, кроме как Бог ему судья.
ИК. Ну да. Вопрос:
Все, о ком идёт разговор, включая боксёра Кличко, — куклы на чьих-то пальцах. Возможно, имеет смысл поговорить о том, кому эти пальцы принадлежат и в каких отношениях находятся?
АЧ. О! Имею телегу.
ИК. Давай.
АЧ. Дело в том, что есть такая интересная особенность этого постсоветского украинского менталитета, во многом, кстати, связанная с широко распространившейся известно какой индустрией, по торговле лохматым золотом и т. д. Она про то, что даже если ты нанизан на чей-то палец, или нанизана, у тебя всегда есть способ, есть шанс как-то так перекрутиться, чтобы заставить обладателя этого пальца плясать под твою дудку. Собственно, в этом, на самом деле, есть главная экзистенциальная ставка Украины. Что, «да, нас сейчас имеют все, кому не лень. Но, во-первых, нам же за это платят. А во-вторых, за то, что они нас имеют физически, мы имеем их ментально. Да, мы имеем им мозг, причём без передышки, всё время». А дальше смотрите сериал «Моя прекрасная няня» или любой другой. Да хоть «Великолепный век», в конце концов. Чего уж там?
СУ. Я бы добавил, что это вообще идея, положенная в основу всего то, что мы называем пограничьем, потому что тот же Алиев, которого ты сегодня вспоминал, себя ведёт ровно по этой же схеме. С одной стороны, его кто-то нанизал под определённые задачи, но в других [сферах] он себя вполне чувствует авторитетом, борзеет, хамит и в том числе играет какую-то, как он считает, свою игру. Вопрос — своя ли это игра.
АЧ. Я предлагаю в рамках программы «Чистоты понимания», кстати, переименовать Республику Азербайджан в Бакинскую Украину и отныне именовать именно таким образом.
СУ. Это честно будет, да.
ИК. Хорошая мысль, хорошая. Вопрос:
Экономические элиты Украины всё же прибиты своим капиталом к территории, они вообще не имеют влияния на данный момент, ведь каждый КАБ — это минус капитализации активов. Как-то странно.
СУ. Это мы говорим про промышленный капитал и его остатки?
ИК. Да. Остается он ещё?
СУ. Он уже не играет вообще никакой роли, во-первых, потому, что там и так богатство было сосредоточено в Донецком угольном, Криворожском железорудном бассейнах, в черноморском бассейне и в между ними лежащих бассейнах — чернозёмах. Мы видим, что удар нанесён по всем этим бассейнам. А дальше всё, начиная от Киева и на Запад, там вообще всё очень скромненько, бедненько, нічого особливого немає [(укр.) — ничего особенного нет], поэтому те старые олигархи, на которых возникла Украина (металл, уголь, машиностроение крупное, зерно, порты), в общем-то, всё, они уже закончились. А сейчас уже это всё — это классические посредники, которые кормятся на внешних потоках бабла. Всё, они уже закончились.
АЧ. Кстати, я бы докинул в контекст ещё одно интересное событие, которое мы забыли упомянуть. Это то, что Ермолаев, которого взорвали в Монако, дал интервью, в котором, с одной стороны, выразил благодарность Зеленскому за участие в его судьбе, а с другой стороны, прямо обвинил ГУР в подготовке покушения на него.
ИК. Это очень странно.
АЧ. Очень странно! Если сопоставить эти два тезиса рядом (не хочу просто заниматься прикладной конспирологией), наверное, это требует отдельного разбора, почему он высказался именно так.
ИК. Окей. Вопрос:
Оправдала ли себя концепция Е-баллов?
АЧ. Категорически нет. Как раз это одна из причин, почему я не считаю, что Фёдоров — хороший министр обороны. Что произошло? Мы это немножко разбирали уже на предыдущей «Дроннице», но сейчас тенденция, скорее, усилилась. То есть,
начиная с какого-то момента лучшие операторы дронов ВСУ, в особенности Сил беспилотных систем, вместо того чтобы выполнять прямые приказы своих командиров, стали охотиться на наиболее жирные цели, с точки зрения того, за какую из них дадут больше Е-баллов.
С одной стороны, да, когда у тебя много дронов, когда у тебя хорошо поставлена разведка, когда можно смело бить по чему хочешь…
ИК. Развлекайся — не хочу, что называется.
АЧ. Развлекайся — не хочу. Но
в результате управляемость армии от этого начала потихоньку деградировать, и сегодня мы видим то, что с нашей стороны дронов меньше, мы количественно всё ещё отстаём, не сильно, но отстаём от противника. Но как ни странно, именно приоритизация их применения лучше.
Я говорю именно о фронтовых дронах. Если сравнивать беспилотие наше (у нас тоже куча проблем, но другого характера. О них — в другое время, в другом месте), но если это сравнивать,
у нас разрушения управляемости, разрушения вертикали, подчинения не произошло. Наши операторы бьют по целям в рамках общего замысла.
В целом, я говорю, на больших цифрах. Это даёт результат. Особенно если наблюдать сражение за Константиновку или идущее сейчас сражение за Славянско-Краматорскую агломерацию, или, кстати, то, что происходит особенно вокруг Сум, да, мы это видим. Опять, я говорю,
есть свои проблем, и много, но в общем и целом, не дай бог, если мы тоже побежим, «задрав штаны, за комсомолом», и начнём у себя внедрять что-то типа Е-баллов. Нет.
А ещё одна пакость, которую сделала система Е-баллов у них, она разделила операторов на лучших и всех остальных. Возникла жёсткая дифференциация: есть, условно, пять бригад, которые в топе, а есть все остальные, у которых мотивации никакой нет растить свои компетенции в дронах.
И эти пять бригад, да, их, собственно говоря, и гоняют на разные проблемные участки фронта, где они прибегают, пришли, наколотили и побежали на следующий. А общий уровень ВСУ, с точки зрения именно беспилотия, не растёт. Не могу сказать, что он падает, нет такого, но он не растёт.
ИК. Издержки видны.
АЧ. Да, издержки видны.
ИК. Понятно.
СУ. Надо ещё один фактор учесть, что они просто стратегию сменили, они же перешли к террору. А это совершенно иной тип.
АЧ. Давай так, есть «они» и «они». Всё-таки, что они сделали нам больно и неприятно — это, конечно, удары по НПЗ. Я бы не сказал, что это про террор, это как раз вполне себе систематическая военная кампания, преследующая вполне понятные военные цели — создать у противника, то есть у нас, логистический и топливный кризис. Это заметная уязвимость, и в этом смысле они, что сказать, молодцы. Вторая история — это, конечно, middle-страйки, имеются в виду «хорнеты» и «марсиане» и их аналоги различные самопальные в количестве. Это тоже создало нам большие проблемы, потому что резко увеличило для нас глубину, условно, небезопасной территории. Это достижение украинского беспилотия.
А ещё они начали много и активно использовать наземные робототехнические комплексы, проще говоря, тележки беспилотные, и они начали массово отводить операторов в тыл, благо качество связи, особенно с использованием Starlink, им это позволяет. Исчезло то наше преимущество, которое раньше было, потому что мы много выбивали у них операторов. Сейчас мы выбиваем, в лучшем случае, технический персонал, который на этих стартовых площадках осуществляет запуск.
СУ. А в Польшу они их тоже теоретически могут вынести?
АЧ. Да хоть куда, хоть в Австралию.
ИК. Вот, кстати, по поводу Starlink и спутников есть вопрос от нашего зрителя:
Окажет ли какое-либо существенное влияние недавний запуск спутников со стороны России или эффект будет чувствоваться только со временем?
Была такая новость, что мы первую партию запустили (не помню, 10, по-моему?).
АЧ. Это же вопрос не спутников. Это вопрос большого количества дешёвых массовых и компактных наземных устройств приёмопередающих, которые можно интегрировать в наши основные существующие образцы беспилотной техники. С этим пока швах. Даже если будет много спутников и много каналов, к быстрому росту наших боевых возможностей это не приведёт, к сожалению.
ИК. То есть нужен hard на земле, производить его как-то и подстраивать, настраивать.
АЧ. Конечно, это сложная история, в чём-то сопоставимая по своей сложности с собственно космической компонентой.
ИК. Это интересно, потому что мне всегда казалось, что там антенна, приёмник и дальше кодировка сигнала — и понеслась. Ясно.
Предположим, сейчас 2035 год, какая страна платит по набранным кредитам?
АЧ. Кому? Ответим вопросом на вопрос.
ИК. Тому, кто выдавал.
СУ. Как учит нас Беня Коломойский, долги платят только трусы.
АЧ. На самом деле,
чем больше у Украины долгов, парадоксальным образом, тем более реалистичным выглядит её вхождение в состав России, потому что у России гораздо больше способов и возможностей выбить её же долги у кредиторов,
вы же понимаете.
ИК. Подожди, не очень понятно.
АЧ. А очень просто.
Если они даже, допустим, совершат над нами перемогу, то дальше они будут по правнуки платить всем тем, кто им этот банкет гулял.
Так?
ИК. Нет, но они же репарации будут просить.
АЧ. Нет-нет, хрена лысого они получат в любом случае. Это то, что Мельниченко в своей статье объяснял. А
если они окажутся в составе России, то платить-то ничего не надо будет.
ИК. Кстати, да.
АЧ. Просто задумайтесь об этом.
Это верный способ просто обнулить все те кредиты, исчисляющиеся уже на сотни миллиардов долларов, которые набрала Украина.
ИК. Блин, классная же мысль. Точно-точно. Это же финт ушами получится, потому что Россия тоже скажет: «Хрена лысого! Вы давали тем людям, когда против нас воевали».
АЧ. Вот именно.
ИК. Да, классно.
СУ. Моя позиция очень давняя, ещё после 2014 года, когда началось АТО против Донбасса.
Все, кто внешне финансировал эту войну, начиная ещё с 2014 года, все будут нам должны, и нам надо очень жёстко это всё предъявлять.
АЧ. Именно.
СУ. И полякам, и румынам, и немцам. «Вы, твари, волки позорные, — вернёмся немножко к предыдущей рубрике: — Вы волки позорные, вы будете платить все, и заплатите кровью, если не хотите добровольно». И ещё непонятно, кто с кого будет репарации сшибать. Понимаете? А это не репарации, это вы отмаливать ещё грехи свои будете за то, что вы творили, мрази, потому что вы сначала соблазнили малых сиих своей евроинтеграцией, что как бы в одном пакете идёт интеграция в НАТО и что нужна война с Россией, для того чтобы разорвать культурную пуповину.
Идеологи всего этого скотства с чего начинали? Мы это тоже многократно разбирали. Что нужно разорвать пуповину обществ, чтобы не было этих связей культурных, а для этого нужна война, потому что украинская нация ещё не родилась. Они же зачёсывали эту абсолютно скотскую идеологию на уголовном уровне, в том числе. Поэтому все должны, кто в это вкладывался, начиная ещё с США, которые отправили сюда десант недобитых коллаборационистов, бандеровцев*, которых они специально 30 лет у себя содержали и сразу в 90-м году, даже раньше, десантировали и всячески их поддерживали, продвигали на разные посты и подкладывали, в том числе, как жён, например, президенту Ющенко — эту Кэтрин Клэр Чумаченко, потомка [бандеровцев]. Это системная работа, поэтому они должны, и не только деньги, а ещё и каяться.
ИК. Ох, лишь бы мы по доброте душевной всё не простили.
АЧ. Это всё была, понятно, пятиминутка «любви» к нашим вероятным партнёрам. А я попробую сказать на более холодном и рациональном языке. Сейчас надо максимально трезво понимать, что
единственный способ Украине не платить те долги, которые она набрала, — это стать Россией. Победить Россию и взыскать с неё репарации — такого способа нет.
СУ.
Это способ самоубиться в ходе этого длинного процесса.
АЧ. Никакой Донбасс, никакой Крым,
никакой вероятный сценарий перемоги их от этих долгов не избавит. Они уже таковы, что проще действительно закрывать лавку.
Просто
если под углом чисто денег посмотреть на ситуацию, становится понятно, почему Западу так важно любой ценой сохранить Украину. Уже даже не Россию победить, а просто сохранить Украину в нынешнем виде анти-России — тупо, чтобы было кому отвечать за понесённые ими траты.
Трамп в этом смысле, поскольку он профессиональный банкрот, интересно выступил: он с какого-то момента просто зафиксировал убытки и выскочил.
ИК. Да.
АЧ. При этом, да,
помощь Украине не прекратилась. Понятно, почему. Потому что иначе пришлось бы и долги списать.
А так — нет. Но позиция изменилась. Под этим максимально финансовым углом ситуация становится очень интересной, включая, кстати, и заглавную тему нашего сегодняшнего стрима.
Проще говоря, это же конкурс, кто там министр обороны, кто там главком ВСУ и кто, в конце концов, президент Украины, — это же вопрос простой: кто будет платить по долгам.
ИК. Да-да. Это, кстати, очень хорошая мысль. Братцы, я предлагаю на ней сегодня и завершить наш стрим, что называется, будущим украинским властям на заметку. Лайфхак от наших ведущих, Алексея Чадаева, политолога и журналиста, и Семёна Уралова, политолога, журналиста, писателя.
Братцы, я вас благодарю. Конечно же, огромная благодарность всем нашим зрителям. Видели мы, огромное количество вопросов сегодня пришло. На часть из них мы уже ответили в ходе нашего стрима. Часть, к сожалению, просто уже времени не хватит даже зачитать. Но тем не менее, всех благодарю. Не забудьте поставить лайк этому стриму. Записной выпуск «Чистоты понимания», как обычно, в четверг ждите, много всего интересного услышите, увидите, анонсы будут. А на стриме по вторникам по традиции встречаемся в 9 вечера. Всем спасибо.
АЧ. Пока-пока.
ИК. Пока.