Подкаст Алексея Чадаева, Семёна Уралова
Аудиозапись в Telegram-канале Семёна Уралова
Иван Князев. Друзья, всем привет! Вы смотрите стрим подкаста «Чистота понимания». Напомню, что это площадка, где мы глубоко и подробно разбираем самые актуальные темы и добиваемся чистоты понимания самых разных событий и явлений. Это площадка для умных и образованных людей. Кто ещё не смотрел, обязательно посмотрите наши предыдущие выпуски и стримы. Спасибо всем, кто ставит лайки, пишет комментарии. Ждем от вас лайки этому эфиру.
Найти чистоту понимания можно на наших каналах в RuTube, YouTube и VK. Там же идёт наша трансляция. Обязательно, друзья, пишите свои вопросы либо в чате трансляции, либо в Telegram-каналах наших ведущих. Позвольте их представить. Меня зовут Иван Князев. Ну а наш постоянные ведущие — это Алексей Чадаев, политолог и журналист. Алексей, привет.
Алексей Чадаев. Всем добра.
ИК. И Семён Уралов, политолог, журналист и писатель.
Семён Уралов. На посту.
ИК. Вопросы понадобятся, потому что тема сегодня серьёзная. А назвали мы её очень интересно, спасибо Алексею: «В Женеву на блины» собрались сегодня. Там действительно масленица вовсю идёт. Но если серьёзно, в Швейцарии идёт новый раунд трёхсторонних переговоров по урегулированию украинского конфликта. В российскую делегацию вошли по разным данным от 15 до 20 человек. Глава — вновь помощник президента Владимир Мединский. До этого он, напомню, возглавлял переговорную группу и в 2022 году, и в возобновлённом раунде стамбульских встреч 2025 года. Также в делегацию войдёт и вошёл замминистра иностранных дел Михаил Галузин, начальник главного управления Генштаба России адмирал Игорь Костюков, который был главой российской делегации на встречах в Абу-Даби, 23-24 января они были и 4-5 февраля.
Кроме того, переговоры с американской делегацией проводит спецпредставитель президента России по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилл Дмитриев.
Всю украинскую переговорную группу перечислять не будем, там же на месте Буданов, Кислица, начальник генштаба ВСУ Гнатов, руководитель фракции партии «Слуга народа» Давид Арахамия и ещё замначальника главного управления разведки и обороны Скибицкий.
Какие заявления были? Президент США Дональд Трамп заявил, что Вашингтону почти удалось добиться урегулирования конфликта. Вот что он написал:
Украине лучше быстро сесть за стол переговоров. У нас есть возможности, мы хотим, чтобы они согласились.
Глава российского МИДа Сергей Лавров считает, что:
до достижения мирного соглашения предстоит длинная дистанция.
Это тоже цитата, вот это словосочетание.
Как мы уже за кадром обсуждали с Алексеем и Семёном, много источников всякое-разное сообщают. Я тоже один процитирую, это РИА Новости со ссылкой на свой источник, что к месту переговоров также прибыла британская делегация во главе с советником по безопасности премьера Кира Стармера Джонатаном Пауэллом. По словам собеседника агентства, она пытается получить информацию о результатах. Но мне кажется, сейчас все пытаются хоть какую-то информацию получить об этом саммите.
Братцы, что скажете? Чего можно ожидать от этого раунда? Удастся ли что-то вообще решить на фоне того, что Зеленский продолжает в разных интервью и высказываниях делать всё, чтобы эти переговоры не имели никакого результата или бы вообще срывались на фоне покушения на наших военных, атак по территории России, вообще много-много всего? И да, Алексей подтвердит, в блоке по понятиям нужен разбор, почему место стрелки изменили.
Братцы, с кого начнем? Алексей, давай ты.
АЧ. Не стрелки, а встречи. Почему место встречи изменить можно? На стрелку это не очень похоже. Это похоже на какую-то большую собачью свадьбу, потому что кроме британцев туда приехало ещё четыре страны: Германия, Италия, Франция. И все заселились в ту же самую гостиницу InterContinental. То есть там просто дым столбом.
Я напомню ещё контекст. Кроме заявлений Трампа и заявлений Зеленского, была ещё знаковая утечка, по-моему, в Politico, если я не ошибаюсь, о том, что внутри украинской делегации есть раскол: есть группа, которая за соглашение, во главе с Будановым; есть группа, которая против соглашения, во главе непонятно с кем. Как бы, новое амплуа Буданова — Буданов-миротворец. Кроме того, я бы ещё заметил, что много очень разной аналитики было на тему того, что часики тикают, что время истекает и что уже осенью на то, что будет говорить Трамп, можно никакого внимания не обращать, потому что, скорее всего, промежуточные выборы в Конгресс республиканцы проиграют, и что главная задача Зеленского, если он выбрал стратегию динамо, стратегию тянуть резину и заниматься половой любовью с крупным парнокопытным, просто дотянуть до осени. Что-нибудь, как-нибудь выдвигать условия.
Надо ещё кстати здесь сказать, что рефреном идёт тема выборов на Украине, совмещённая с референдумом по территориям. Разные украинские спикеры выдвигали тезис, что нужно двухмесячное перемирие для проведения выборов. И это тоже бурно обсуждается как одна из уловок, позволяющих затянуть ситуацию.
Отдельно я бы ещё, конечно, отметил хайп по поводу возвращения Мединского. Целый генсек НАТО Рютте в Мюнхене прошёлся по Мединскому, что Путин в очередной раз достал этого историка. Это говорит о несерьёзности его намерений, потому что этот проклятый историк опять начнёт рассказывать про какую-то войну со Швецией в XVIII веке. Причём было видно, как его корёжило от одной мысли, что нужно обсуждать какую-то историю, вместо того, чтобы обсуждать действительно серьёзные вещи. То, как их корёжит от идеи обсуждать историю, это, я думаю, отдельный предмет обсуждения, интересный и в нашем кругу, и вообще. Прям
совсем им не нравится идея обсуждать историю.
СУ. У меня есть заготовочка по понятиям тоже об этой теме. Так что [обсудим].
Я бы хотел добавить, как всегда в первой части нашей беседы, через профдеформацию когнитивных войн, конечно же, надо это рассматривать ещё и в связке с Мюнхенской конференцией, которая проходила как раз накануне, где было представление стратегии. Причём представление стратегии, где демонстрировался снова сценарий единства Запада, где США надстроились немного: «это ваши проблемы», но в целом никто против стратегической задачи. Она, я напоминаю, сформулирована в их документах, и, кстати, в когнитивной войне как части их концепции — это нанесение непоправимого ущерба России.
Дальше рассматривается доктринально, как наноситься должен этот ущерб. Мы видели, что Зеленский произнёс пламенную речь в стиле 2022 года в рамках когнитивной войны, в которой он выступает фронтменом, одним из главных героев, в образе, как мы установили, царя Леонида, из которого не может выйти. Если надо, будем воевать столько, сколько надо. Перешёл на личности, перешёл уже к хуцпе откровенной, причём даже с матом, то есть характер целиком проявился. И явно было видно, что это наигрывается как раз накануне этого раунда встреч.
Я их отказываюсь считать переговорами, если какие-то раунды у них есть, то это раунды как в нашей любимой уникальной советской игре «Что? Где? Когда?». Помните, там были раунды, лошадка поскакала, а потом все должны угадать, что в чёрном ящике, и поломать себе голову. Здесь такие же раунды, то есть сплошной чёрный ящик. Что по поводу этого чёрного ящика угадывать, если вопрос так никто не задаёт? Так что это продолжение встреч по актуальным вопросам. «По понятиям» я пока не ухожу, чтобы не путать, хочу сначала с картиной маслом когнитивной войны разобраться.
Киевская сторона сыграла на повышение, обострив риторику.
Эта сторона предъявила свою стратегию, как правильно Алексей описал, — пересидеть. Причём Зеленский именно перешёл на личности. Я давно ждал, когда у него это произойдёт. Это было ожидаемо. Это уже произошло. Он [фактически заявил]: «Я могу ждать бесконечно». И
он, конечно же, с моей точки зрения, получил персональные гарантии безопасности с нашей стороны.
Я не очень понимаю, что значило это видеообращение Дмитрия Анатольевича Медведева о том, что Зеленский будет жить, пока будет наносить ущерб Украине (стране 404, Украина, понятно, имелась в виду).
А ему же ровно это и надо.
Если ему гарантированы персональные гарантии безопасности, он готов играть в войну до последнего украинца.
Его это устраивает. В Мюнхене мы увидели привычного нам Зеленского, тем более, что по совокупности факторов мы видим, что главный маркер — Ермак. Помните, когда была его отставка, мы многократно обсуждали, какие сценарии могли бы развернуться. Ермак — свой сукин сын. Его не трогают, никаких претензий к нему нет. И по сообщениям с постУкраины (это даже прорывается в медиапространство), он прекрасно себя чувствует под охраной. Даже Буданов якобы не занимает его кабинет. Люди все его, плюс-минус, оставлены на местах. Из чего, судя по всему, Зеленский сделал вывод, что show must go on, и мюнхенская «разминка» — это было преддверие «блинов» в Женеве. Вот какие имею соображения в рамках когнитивной войны.
ИК. Нам тут пишут в чате ВК, что настроение у ведущих не очень, значит, новости не очень.
Братцы, да нет у нас никаких новостей оттуда. Настроение у нас вполне себе, потому что мы рады с вами встречаться каждый вторник, поэтому пишите свои вопросы.
АЧ. Так и есть. Я только добавлю к тому, о чём сказал Семён, американский трек. В Мюнхен в этот раз приехал Рубио, причём приехал в образе доброго полицейского. Отдельный интересный трек — это соперничество Рубио и Вэнса, как у нас в своё время были Иванов – Медведев, за роль преемника при Трампе. Рубио, вместо того чтобы читать европейцам нотации, высказался гораздо более мягко и обтекаемо.
В последний день Мюнхенской конференции приехала бабушка Хиллари, причём приехала с сообщением, что Трамп предал Америку, Трамп предал Европу, Трамп предал всех, Трамп предал Запад, Трамп — это просто путинский агент. Пламенная речь бабушки Хиллари, понятное дело, ложится в канву, что «лучшие силы Америки, ребята, по-прежнему с вами, держитесь, не слушайте, что там говорят из нынешнего Белого дома».
Была встреча Рубио с Зеленским, но с неё вообще не было никакой информации, даже сливов. То есть она была, и всё. При этом была запланирована встреча Рубио ещё и с разными европейцами, но она была отменена. Он уехал, с ними не поговорив.
В это время Евросоюз во главе с женщиной Урсулой и Каей Каллас пилит 20-й пакет санкций — очередной пакет с пакетами. Разворачивается танкерная война, все эти истории про флот.
Фоном идёт иранская история. Напоминаю, в Женеве, причём ровно в том же месте те же Уиткофф с Кушнером вели переговоры ещё и с иранцами, уже по иранскому вопросу. И, кстати, один из мотивов изменения места встречи как раз было то, что сейчас в Персидском заливе, того и гляди, бахнут или жахнут, именно поэтому там самолёты плохо летают, поэтому мы и не будем в Абу-Даби, а поедем в более спокойную Женеву.
Отмазка как отмазка. Тем не менее, ряд наших комментаторов сказали, что это некоторая уступка со стороны России, потому что Женева — это всё-таки Европа, а значит эти коршуны из коалиции друзей Украины рядом, а значит, не преминут, и они действительно не преминули, как мы видим, тоже все слетелись.
На этом фоне, естественно, все говорят о ситуации на фронтах, о проблемах по связи, Starlink, Telegram, о том, что фактически фронт встал. Он встал ещё в середине января, там ничего большого не происходит — на западном фронте без перемен, — то есть постоянно идут действительно тяжёлые бои, но при этом никаких значимых изменений на карте уже где-то с месяц нет. И обсуждаются разные варианты наступлений, причём и ВСУшных, и наших, весенних. Одна из тем — это «а что будет дальше, если продолжится война, какие ещё козыри у кого есть в рукаве?».
Тем временем глава Рейнметалла Армин Паппергер тоже сообщил, что выручка Рейнметалла выросла на 36% в прошлом году из-за поставок Украине. И тут же радостно сообщил, что с его точки зрения, в 2026 г. война не закончится.
ИК. С его стороны — понятно.
АЧ. Да, ему нравится.
ИК. Да. Братцы, мне интересен такой момент. Алексей, может, ты знаешь, ты участвовал в разного рода встречах с разными сторонами. Как это всё проходит? Очередной раунд переговоров, либо не переговоров, а просто двухсторонних встреч. Они в одной гостинице. Они в коридорах общаются? Они садятся за стол, и если вроде как нет никаких подвижек, с чего может начаться разговор?
АЧ. Разговор обычно с того начинается, что стороны предъявляют свой мандат: какие вопросы у них, в принципе, есть мандат обсуждать: «У нас от нашего руководства есть мандат обсуждать вот этот круг вопросов, а вот этот — нет». И после этого заявляют стартовую позицию: «Мы считаем, что…», после чего происходит переход к содержательной части. Но действительно,
особенность именно российско-украинских переговоров, что там всегда некие важные процессы происходят в кулуарах, причём эти важные процессы приводят к неожиданным результатам.
В частности, одного из кулуарных переговорщиков ещё после белорусских переговоров СБУшники убили сразу по возвращении в Киев, потому что слишком много себе позволил в этих кулуарах, с чьей-то точки зрения.
Но действительно, даже и в Абу-Даби много говорили про то, что самые важные разговоры вообще происходили на обеде. Обедали, опять-таки, заметьте, тоже все вместе.
СУ. Ели борщ, и не каждый не мог понять, какой: то ли украинский, то ли русский.
АЧ. Подожди, Семён. Это же Абу-Даби. Всё очень просто. Борщ не мог быть там украинским, потому что украинский отличается, в первую очередь, свининой. Может, поэтому его переименовали.
СУ. Не исключено. А тут же смотри, что очень важно. Почему я считаю это контактами, а не переговорами? Вот ты произнёс, что сначала мандаты выкладываются: «Предъявите ваши мандаты». А украинская переговорная группа, почему я считаю, что её правильно называть контактной, она полисубъектна, так как единый центр власти там уже давно отсутствует, а представители силовых структур — это та ветвь власти, которая уходит куда-нибудь на Запад. Если разведка, то куда-то в Лондонию. Арахамия — это представитель проамериканской ветви власти политической, он уходит куда-то в Вашингтониум.
АЧ. Причём вашингтониумов сейчас несколько.
СУ. Да, есть есть разные вашингтониумы.
ИК. Рубиониум и Вэнсониум.
СУ. А ещё есть представители финансовых коршунов, они вообще, как шлейф компьютерного кабеля, расходятся на массу потоков. Поэтому это сложно считать переговорами. Мы исходим же из того, что у нас есть государственная позиция, хоть она и не публична (есть часть публичная и есть непубличная), но она согласована. Именно поэтому у нас есть группа, а Кирилл Дмитриев поехал сам по себе. Правильно же?
АЧ. Да, он тоже там, но непонятно, то ли включён он в состав, то ли не включён, в итоге, вроде включён, но основная его задача — это вообще не украинцы, это те же самые его друзья Уиткофф с Кушнером.
СУ. Именно поэтому специально разводится, потому что здесь есть позиция, здесь есть переговоры. А украинская сторона перемешана. С моей точки зрения, потом, когда заканчиваются контакты (они же исполнители, они же щупальца этих ветвей власти), они отзваниваются начальникам, и начинается процесс: «О чём вы там договорились? А, об этом? А, понятно». И каждый штаб начинает строить свою стратегию, а как же вести себя дальше.
АЧ. У меня ощущение, что конкретно сейчас кураторы всё-таки подъехали и подселились в соседние номера, всё-таки перетереть в оффлайне.
СУ. Да, это именно оно и было. Удобное место для них, Швейцария.
АЧ. Это мы ещё в «Семнадцати мгновениях весны» всё видели.
ИК. Хотя раньше мы Швейцарию нейтральной не называли.
АЧ. Была отдельная позиция, что они не нейтральные. И напоминаю, что согласие на Швейцарию было достигнуто после странной поездки в Москву главы, на секундочку, ОБСЕ (если кто-то ещё помнит, что это такое) и каких-то эмиссаров от Макрона. И заметьте, Макрон уже несколько недель подряд говорит о том, что он хочет позвонить Путину, но всё никак не соберётся. А при этом сам Макрон сейчас сидит в Дели. И из Дели приходят новости, что Макрон уговаривает Моди поддержать энергетическое перемирие, то есть взаимное отсутствие ударов по энергетике между Украиной и Россией. То есть он там, в Дели, тоже со своей стороны участвует в женевских переговорах хитрым французским способом.
СУ.
Нашему трансформатору власти не мешало бы политизированному меньшинству объяснить, что изменилась позиция по отношению к Швейцарии, или это просто некое разовое исключение в рамках жеста доброй воли.
Этого не хватает, после этого начинаются домыслы, начинают в голову лезть всякие фекальные мыслишки.
АЧ. У нашего общественного мнения сеттинг не изменился чуть ли не с 2014 года. Что есть договорняк, есть партия договорняка, которая всегда готова всё сдать и всех слить — партия Минских соглашений, партия похабного мира. И каждый раз, когда что-то такое происходит, они говорят: «Вот, видите, они опять». И действительно, здесь им подкинули, конечно, дровишек.
СУ. Аргументы прекрасные.
АЧ. А это же всё ещё и каким-то образом мэтчится с зачисткой информационной поляны: ситуация с Telegram и всё остальное. То есть, что всех затыкают. Это же неспроста. Заметьте, вбросы же какие пошли у нас? Что, во-первых, один из вариантов, лежащих на столе, — это вторая волна мобилизации (опять тоже, чтобы все успокоились, очевидно, расслабились). И вторая позиция, казалось бы, полностью противоположная первой, но при этом буквально повторяющаяся через запятую, что — «всё, это договорняк. И как раз информационную поляну зачищают, в том числе и для того, чтобы заткнуть всех тех, кто будет с этим почему-нибудь не согласен». Это тоже один из важных уже наших внутренних фонов того, что происходит в Женеве.
СУ. Да, с «Телегой» прогревают тему жёстко. Прямо из всех [орудий] лупят.
ИК. Да, где только не прочитаешь про это! Алексей, ты сказал, что Зеленскому надо досидеть-пересидеть до ближайшей осени, до выборов в Конгресс. А дальше как могут события развиваться? Грубо говоря, хорошо, Трамп Конгресс проигрывает. И что может поменяться? Опять оружие потоком на Украину, никаких контактов переговорных групп? И что? Извини, что ванговать заставляю.
АЧ. Давайте поймем ещё, что сейчас происходит в Киеве. А в Киеве сейчас сидят два сенатора, которые говорят о том, что надо додавить Трампа, чтобы всё-таки на Украину начали поставлять «томагавки», начали поставлять дальнобойное оружие. Опять-таки, тема дальнобойного оружия тоже всё время звучит фоном, в том числе и в Мюнхене, о том, что проекция силы, надо больше… Помните, даже эта датская премьерша [заявила], что типа Путин понимает только язык силы, поэтому надо больше всякого дальнобойного оружия давать Украине, и тогда это приблизит мир.
ИК. Интересно.
АЧ. Кстати, здесь нам ещё надо тоже обратить внимание на поляков как отдельный голос в этом хоре, в частности заявление президента Навроцкого о том, что Польше надо бы обзавестись тоже своим ядерным оружием, раз пошла такая пьянка. Напоминаю, после заявления Зеленского по поводу ядерного оружия в том же Мюнхене как раз началась наша СВО. Сейчас интересно, кто Навроцкому тоже…
Ещё одна из деталей контекста — это завершение действия договоров об ограничении ядерного оружия и все эти разговоры об их продлении и непродлении. Напоминаю позицию американцев: теперь новый договор должен быть трёхсторонним, включая ещё и Китай. С этим, во-первых, не согласны наши, но самое главное, что с этим жёстко не согласны китайцы, которые говорят, что ядерный арсенал Китая намного меньше, чем российский и американский. Поэтому — «мы тут ни при чём. Договаривайтесь друг с другом».
СУ. Надо сказать, что поляки сделали ставки, в принципе. Я считаю, особой важности законопроект, который они приняли, про амнистию всех тех, кто воевал на стороне Киева. Поляки остаются хабом не только для себя и не только своих, а большинство идёт через них.
В этом контексте, мне кажется, нужно ещё обратить внимание на время, когда это всё происходит, и западную культуру. Мы находимся в начале года. Там всегда февраль-март — это время подбивания бабок, которые были потрачены, во всех корпорациях, государствах. Кстати, мы тоже эту культуру переняли. У нас декларации, например, налоговая принимает до середины или почти до конца апреля. У них тоже все бюджеты верстаются где-то первый квартал каждого года. Все страны уже отрапортовали, что они готовы вкладываться финансово, несмотря на то что Штаты будут участвовать меньше. Речь шла о чём? «Штаты, вы берёте на себя военно-техническую часть и космическо-интеллектуальную, то есть разведка, связь, космос и поставка оружия».
АЧ. Цифра.
СУ. Цифра, да. Мне кажется, одна из причин, почему ещё местом выбрана Швейцария, — что это всё-таки одна из финансовых лагун мировых. И логично, что они в Мюнхене перетёрли внутри себя, а о бабках — Швейцария, это так уже потихоньку пробрасываю в будущую рубрику, Швейцария — это логичное место, где говорить о деньгах, планировать следующие расходы. Все стороны так или иначе заявили, что 2026 год — всё, воюем. Кто-то даже о том, что и 2027 год — воюем.
ИК. Насколько я понимаю, цели и задачи СВО так или иначе будут на поле боя достигаться и решаться. Других вариантов нет.
АЧ. Это была пятиминутка путинской пропаганды от Ивана Князева.
ИК. Государственного журналиста.
СУ. Пятисекундка.
ИК. А какие ещё другие варианты при наличии [западных сил]?
СУ.Тут дело не в вариантах, мне кажется. Тут
дело в том, когда у нас развеется последняя иллюзия о том, что кто-то из Вашингтона собирается с нами о чём-то договариваться в плане мира.
Не пис дила [(англ.) — peace deal], который мы многократно разбирали. Сколько времени пройдёт, не знаю.
До выборов чистота понимания наступит, что о мире никто на полном серьёзе говорить не хочет, либо после, вот в чём вопрос.
АЧ. Ну, хорошо, а что нам-то тогда с того? У нас же, напоминаю, свои процессы. У нас уже потихонечку начинается думская кампания. И
по тому, как синхронно старожилы цеха Зюганов с Мироновым выступили по теме «Телеги», видно, что старый конь почуял звук боевой трубы.
Уже, хочешь не хочешь, происходит политизация. А что значит политизация? Политизация — это значит всё-таки снижение управляемости. У нас в штатном режиме всё более-менее управляемо: какие-то специальные люди сидят где-то на Старой площади, они могут кому угодно позвонить, кого угодно заткнуть, а если кто-то не будет затыкаться, то прислать доктора, и в обычное время так оно и есть. Но в период выборов это будет всё-таки немножко не так. Почему все цветные революции всегда подгадывались адептами мягкой силы под выборы? Потому что
даже у очень зарегулированных режимов всё равно именно в период выборов по разным самым причинам происходит временное снижение управляемости процесса.
Во-первых, народ вспоминает, что он электорат сам по себе и что — внезапно — от него что-то зависит, он что-то решает, и он источник власти по Конституции и т. д. Потом разные политики, в обычное время ручные, договорные, вполне административно управляемые, тоже вдруг вспоминают, что они политики и что им надо получать голоса. Понятно, что даже голоса им, предположим, как-нибудь подкрутят не в ту сторону, но тем не менее, те, кто подкрутит, они же будут знать, что там на самом деле, и в зависимости от этого с ними по-другому будут разговаривать, чем если бы они действительно ничего не получили.
СУ. Глаза-то можно приподоткрыть, а можно приподзакрыть, как учит Камиль Ринатович из «Дня выборов». Правильно?
АЧ. Да.
СУ. Давай я тоже тогда добавлю. Давайте поймём для себя, что такое буржуазно-демократические выборы. Я специально беру этот термин. Они же родились как замена гражданским войнам, если мы берём французскую революцию и рождение этой модели разделения элитариев на правых и левых, оттуда и пошло, как они заняли места после того, как ушли в центр силы альтернативной для игры в крокет или в какой-то бадминтон. И партии соревнований — это как раз чтобы мы не выясняли в ходе гражданских войн потенциальных, а выясняли это всё на выборах.
Выборы — это, конечно же, сублимация гражданской войны,
как олимпийские игры — это социальная сублимация войны. И вообще в этой идеологии была даже идея спартакиады нашей и олимпийских игр в том, что «давайте не будем воевать, давайте будем соревноваться мирно». И вообще сам спорт — это тоже идея войны на минималочках или охоты. Поэтому, да, в любых выборах содержится элемент гражданского конфликта.
АЧ. Я, конечно, Семён, от тебя другой телеги ждал про выборы, тем более, раз ты сказал словосочетание «буржуазная демократия». Я ждал, что ты скажешь, что выборы в буржуазной демократии тоже всегда про бабки.
СУ. Ну, это естественно.
АЧ.
Что такое политтехнологии? Это набор способов превращения денег во власть.
Есть некие люди, они лохи, они не понимают, в чём их счастье, и есть небольшое количество людей, у которых есть деньги, и они как раз нанимают специальных людей из соответствующих профессий, которые им объясняют, в чём их счастье, как и за кого они должны проголосовать, а также объяснять начальникам, как они должны правильно посчитать, кого показывать, кого не показывать, кого снять, кого оставить, отрегулировать процесс, чтобы деньги были представлены во власти должным образом, вне зависимости от того, что по этому поводу думает так называемое большинство населения.
СУ. Но деньги же ещё и конкурируют между собой. Мы прекрасно знаем, где одни и те же деньги могут ставить на разных кандидатов и где-то даже наблюдать. Если уже мы эту тему затронули, я (особенно когда ещё подчитнул Ильича, Грамши), уже будучи политтехнологом, пришёл к выводу, что, конечно же,
буржуазно-демократические выборы и политтехнологии — это способ притупления классового мышления.
Я вышел на такую мысль, потому что политтехнологии, так или иначе, направлены на соблазнение, то есть альтернатива, другие выборы. Одна партия как пробуждение самой активной части населения — это другая модель, она не соблазняет, она скорее принуждает. Поэтому советские люди, если на Довлатова ориентироваться, очень устали от выборов. Они, конечно, ходили, явка была большая, но никакого оживления, ажиотажа, интереса не испытывали. А модель буржуазно-демократическая как раз через ажиотаж, и вообще агитация — это ажитация изначально.
АЧ. Подожди, Семён. Давай так. Всё-таки, чего не было в советских выборах, и что всегда было в выборах западных, причём изначально, я думаю, просто самотоком, а в какой-то момент это было осознано и, что называется, акцентировано, — это, конечно, элемент шоу. То есть
выборы — это глобальное шоу, политики — это актёры,
эти дебаты, эта вся конкуренция, риторическое состязание публичное — то, чего не могло быть в советской модели, а шоу же как раз привлекает внимание, оно его удерживает, дальше — болельщики, всё как на стадионе. Именно поэтому главная претензия к этим управляемым выборам в странах отсталых, с точки зрения демократических стандартов (я сейчас языком врага всё это описываю), — это как раз то, что они очень скучные, предсказуемые, заранее известно, кто что скажет, заранее понятно, кто победит. Короче, тоска зелёная, лучше футбол. И людей прям заставляют и принуждают изображать интерес к этим выборам.
ИК. И поэтому они нечестные.
АЧ. Да! Вот! Ваня, спасибо тебе. Да, то есть
зрелищность как алиби этой самой честности,
в смысле, легитимности. То есть выборы зрелищные, значит, они легитимные. Да,
выборы интересные, сюжет захватывающий, кандидаты, борьба настоящая, и все в неё поверили, всё убедительно, значит, всё взаправду.
Понятно, что это вообще никогда не так в последнее время нигде. Но, тем не менее, паттерн работает. И поэтому даже авторитарные батьки вынуждены, хочешь не хочешь, хоть какую-нибудь зрелищность у себя в меру сил, кто как могёт, изображать.
СУ. Как у Владимира Семёновича:
На дистанции — четвёрка первачей, —
Каждый думает, что он-то побойчей.
А потом раскрывается, кто не слышал, переслушайте, что каждый за чем-то своим бежит. И действительно,
в буржуазно-демократических либеральных выборах каждый бежит за чем-то своим.
В нашем сленге профессиональном есть отдельные понятия: технический кандидат, кандидат-спойлер, кандидат-дублёр, даже обращаем внимание, в профессиональном языке как оно появляется.
ИК. Алексей, а знаешь, я о чём ещё думал? А Мединский там ведь не зря со своей историей? Это же неспроста. Это же не может быть просто троллингом? Какой здесь тогда особый смысл в его вечно историческом?..
АЧ. Особый смысл как раз состоит в том, что
Запад активно историю переписывает.
Они только говорят, что им про историю неинтересно слушать. Но вы послушайте ту же женщину Каллас, которая каждый раз напоминает, что, с её точки зрения, Россия 150 раз напала на всех соседей. Она это где-то прочитала, в какой-то книжке, и теперь поэтому армию России надо ограничить, то есть
у них своя версия истории, и поэтому им категорически не нужен никакой историк, чтобы говорить об истории. У них-то в этом смысле как раз есть одна история, и она правильная.
Все советские люди понимают, как это бывает. И Кая Каллас — тоже потомственная советская аристократия, она не поменялась. Советский Союз поменялся на Европейский, а всё остальное так же. И там, конечно, тоже никаких разговоров об истории. История есть одна, она в Кратком курсе записана. Всё жёстко. В этом смысле уже самим разговором «а давайте обсудим историю» мы здесь, конечно, им совсем неудобны, и Мединский неудобен особенно.
СУ. Да, историю надо обсуждать со всеми, потому что произошло же на днях [событие]. Помните, в записном подкасте мы обсуждали с Василием Боковым судьбу Варданяна. Тут один такой, сильно знающий историю выпускник МГИМО посадил его на 20 лет со злостнейшими формулировками. Поэтому в первую очередь [нужно уделять внимание] всему постсоветскому пространству, которое ведёт свои корни из антироссийских образований (идеологически, я имею в виду) 1918-20 годов. Ведь трагедия Украины когда началась? Когда она начала вести свои исторические корни не из УССР, или, например, даже из казаков (это, конечно, фантазии), а именно из УНР. А в Белоруссии, наоборот, попытка была вести корни из БНР, но это было пресечено с помощью референдума. А тут уже Азербайджан наступает на те же грабли. И мы видим, как это…
АЧ. Кстати, Семён, другой выпускник МГИМО как раз засветился в Мюнхене, тоже со своим рассказом о том, как его обижали злые русские и три раза били в Киеве прицельно по его посольству.
СУ. Я имею в виду Алиева, я о нём и говорю. Он посадил земляка своего. На этот конфликт можно смотреть только как на конфликт двух москвичей, потому что без Москвы Алиев баранов бы пас где-нибудь — короче, занимался бы традиционным хозяйством где-то в горах азербайджанских. Точно так же и Варданян без Москвы никогда не стал бы мультимиллионером и финансистом. Это два москвича, которые забыли о том, что они москвичи, а мы помним, что «друга я никогда не забуду, если с ним повстречался в Москве». И, забыв историю, забыв, кто они, даже свою личную историю, начинают из себя что-то корчить, как и Зеленский.
АЧ. Ой, Семён, вот только не надо! Я ещё маленьким ходил на Тишинский рынок с папой. Я застал, как в 80-х дрались армянские торговцы с азербайджанскими на этом самом Тишинском рынке, как раз когда происходил передел московских рынков. Они же все были армянские. А потом, когда Алиев стал членом Политбюро, началась экспансия азербайджанцев. Поэтому история армян с азербайджанцами в Москве тоже началась на самом деле [там]. И вся армяно-азербайджанская война тоже началась на московских рынках, а вовсе не в Карабахе.
СУ. Поэтому задача, чтобы московская милиция потерявших берега выпускников московских вузов поставила на место. Никакого другого способа я не вижу. Иначе они края потеряют, как и выпускник Криворожской Академии управления и внук советского героя Великой Отечественной войны.
ИК. Это правда. Я-то, кстати, Мединского почему вспомнил и про историю? Помните же, братцы, прекрасный наш советский фильм «Неловимые мстители. Корона Российской империи». Когда они должны были её вернуть в музей, там был такой старичок на коляске, который очень долго рассказывал про всех царей, кто там на ком женился.
АЧ. Которого актёр Георгий Тусузов играл, да: «Авраам родил Исаака…». Он до смерти ездил в коляске, но роль играл, конечно, как надо.
ИК. Да, шикарно. Я думаю, что, может быть, это просто очень хорошо забытый, но проверенный ход?
СУ. У меня есть версия, почему именно Мединский вернулся. Раз позиция сторон вернулась на состояние 2022 года, «война до последнего», логично, что и у нас позиция вернулась на круги своя.
ИК. Дорогие наши зрители, вижу, достаточно серьёзно вы активничаете в чате, во всяком случае, в YouTube вижу, в ВК тоже вижу, в Telegram-каналах тоже пишут комментарии, вопросы. Напоминаю, что можно задать свой вопрос, прямо так и пишите с пометкой «вопрос» для наших ведущих и сформулируйте, то, что вы хотели бы спросить и какой ответ хотели бы получить. За лучшие вопросы мы, как обычно, вот такие замечательные майки «Чистоты понимания» (это наш мерч) презентуем лучшему автору вопроса. В конце нашего эфира будем на них отвечать, поэтому поторопитесь, время летит достаточно быстро.
Наверное, Семён, уже потихоньку время к «Чисто по понятиям» переходить.
АЧ. К любимой рубрике.
СУ. Да. Давайте я сейчас открою свой конспектик. Итак, во-первых, напоминаю: имеется некая шизофрения сторон, которая изначально определяет, что мы не можем понять, это стрелки или тёрки, как к этому относиться, потому что обе стороны, мы сейчас говорим только про переговоры Москва – Киев, предъявляют друг другу зеркальные претензии: «вы беспредельщики и черти». Позиция Киева: «На нас 24 февраля напали». Позиция Москвы: «Вы беспределите по отношению…», и дальше перечисляются Крым, Донбасс и пошло-поехало. В этой ситуации, если за точку отчёта брать либо одно, либо другое, то понятно, кто беспредельщик. Но по факту для Киева это нужно вывести в формат именно стрелки.
Что такое стрелка? Это выдвигание друг другу неких претензий, которые могут приостановить мочилово. Мочилово уже идёт. Но о чём параллельно говорят наши? «С вами вообще стрелковаться не о чём. Кто вы такие? С вами уже идёт мочилово. А стрелка у нас, если и может быть, то со всей вашей бандой. А ваша банда включает»… И дальше наши перечисляют. Это у нас уже даже стало обозначаться как «недружественные страны». Такое понятие, недружественные страны, появилось не сейчас. Конечно же, это текущие тёрки с нашей стороны, а со стороны Киева — это попытка выдать их за стрелку, именно поэтому Зеленский всячески повышал градус на Мюнхенской конференции.
Теперь — почему Швейцария. В чём позиция Швейцарии? Позиция Швейцарии — это, с одной стороны, держатели с серьёзным авторитетом общаков очень разных, и мафиозных, и какие только общаки они не держали. Арабы, где шли уже переговоры, стали держателями общака относительно недавно, вторая половина ХХ века, 70-е, 80-е.
Плюс второе, позиция швейцарцев — это решалы. Там хранятся все деньги. Обычно тому, кто держит общак, в принципе, ещё и доверяют быть всегда посредником, потому что все ему деньги свои доверяют. Эта страна общаков многочисленных и решал, с моей точки зрения, была предложена, потому что расклад такой: «Вам надо поговорить, вам нужны хорошие посредники». Это американская модель, там же у них конфликтология, и вообще, там культура адвокатов и важно всегда, кто модератор. Всегда эта позиция того же консильери-модератора, решалы-модератора. «Давайте мы ещё с этими решалами попытаемся». Я думаю, наши пошли на это: «Давайте продолжим». Именно поэтому Женева.
И тут сейчас, внимание за руками, что происходит. Прорезалась главная суть этого конфликта. В чём наша позиция про историю и вообще всего этого конфликта? В том, что мир должен быть долгосрочный. А для этого необходимо решить все источники противоречий, добраться до оснований, это позиция местных. Есть такая фраза, я её знаю с детства: «Сами мы не местные, попишем и уедем». И вообще есть такое понятие, как «гастролёры». Это как раз проявляется глубинное противоречие между позицией Москвы и позицией Киева, и не только Киева, всей этой шайки, которая собралась, и Европы. Это всё глобальные гастролеры.
Они готовы устроить мочилово, понимая, что для них это гастроли, постУкраина их не интересует, особенно после того, как начали отжимать самые перспективные темы. То есть они разрушаются и отжимаются, ничего там уже не остаётся. А вот действовать, как эти «сами мы не местные, попишем и уедем», то есть именно гастролёры, — это и есть ключевое, потому что гастролёра вообще не интересует никакая история вопроса. Его задача — хапнуть, если это вор; если это мокрушник, убийца, грабитель, — совершить налёт быстрый и свинтить.
Это объясняет как раз очень хорошо позицию их шайки. И почему прибежали эти кореша, корефаны, они именно так себя проявили по отношению к Зеленскому — что на той самой Мюнхенской конференции, что здесь. Если в этой модели постУкраина — это просто передовая часть Запада, то есть по понятиям, «это тема, которую мы вместе осваиваем, то ничего плохого, ну хорошо будем мочить, всё нормально, всё работает. Нам главное показать, что мы вместе банда. Здесь мы же все зарабатываем, все в теме, все в доле. Зеленский, тебе чего не хватало? Тебе не хватало показать, что ты не один, а ты вместе со всеми, что ты барин?» Есть тоже такое понятие как «заправила» среди зэков. Он занимает позицию барина особую. Это не авторитет, а именно тот, который инициативу проявляет. И он, после того как почувствовал, что кореша с ними, что банда в сборе, устраивает сразу же бузу.
Что такое история в Мюнхене? Это чистой воды буза. Он наехал на авторитетов, причём снова, обратим внимание, он наехал и на нашего академика, и на штатовского академика. Почему? Потому что ему нужно было держать масть (тоже понятие, это отстаивать интересы именно своей группы). Он устроил бузу для того, чтобы держать масть, чтобы банда была в сборе. Банда это продемонстрировала — «мы с тобой». Кореша проявили это тем, что они скинули денег в общак (это по поводу того, что финансирование будет продолжаться) и подписались, они все активно выразились. Даже несмотря на то, что сидит этот петушок французский в Дели, но он же тем не менее подписку кинул, и поэтому они раскатали следующую ситуацию.
Мюнхен — это было место, где мы устраиваем бузу и кидаем подписку, что мы участвуем в этом мочилове, а перенос в Швейцарию — это демонстрация того, что банда вместе, банда масть держит, и подписка получена,
это самое главное. В этом смысле наша позиция может быть честной, и она будет понятна только при условии, если мы будем удерживать понимание, что это всё гастролёры. А им надо всегда указывать на их место, что они гастролёры. Но сколько ещё нужно для этого, чтобы прошло этих контактных встреч, я не очень понимаю. Пока что мы как-то отыгрываем, как будто нам это то ли важно, то ли не важно. Не понимаю этого. Главное, напоминаю, противоречие и шизофрения, двоемыслие, заключается в том, что одна сторона хочет вывести это до состояния стрелки, а второй достаточно того, что это текущие тёрки по техническим вопросам. Но никто не называет вещи своими именами, потому что в политике важно камуфлировать свои мысли. Как-то так. Доклад окончен.
АЧ. Давай опять…
ИК. Вопрос от Алексея из Москвы.
АЧ. Из Москвы, да. Всё-таки перенос места. Мне непонятно, почему для европейской банды настолько важно было, условно говоря, застолбить эту локацию, что даже вопреки всей предыдущей традиции, состоялся этот странный приезд в Москву этих двух чуваков.
СУ. Они же с позиции решал приехали. Я думаю, там было так: «Сначала вы попытались сами побазарить по понятиям в Гомельской области. Ничего не вышло. Потом вы попытались перетереть базар в Стамбуле. Тоже ничего не вышло. Дальше вы попробовали перетереть уже с арабами. Ну что ж, давайте попробуем ещё мы. Мы же созданы [для этого]». ОБСЕ же была изначально создана как место, где конфликты в Европе разные будут обсуждаться. И вот, приехали старые авторитетные решалы, хотя с ОБСЕ, мне кажется, всё понятно было ещё когда были их наблюдатели на Донбассе. Понятно было, что они видят только то, что им интересно. Я думаю, что это, наверное, может быть, предпоследнее место для попытки устроить некий базар. Ещё теоретически может, например, какой-нибудь Казахстан, но Киев, наверное, на это не согласится, хотя мог бы этим местом быть Казахстан.
В целом это стратегия монтёра Мечникова: «Утром деньги, вечером стулья. Можно и так, можно и так, но деньги вперёд». И каждая сторона ведёт себя, как монтёр Мечников. С моей точки зрения,
Швейцария — это попытка сыграть на традициях.
Вы же традиционно двигаетесь, вот вам предложение, традиционные решалы, которые всегда помогали.
АЧ. Понятно, традиционные ценности — это Женева, это швейцарский сыр, швейцарский шоколад, швейцарские часы, швейцарские банки, швейцарские курорты — вот это всё, короче. У Трампа есть «дух Анкориджа», ни разу не употребили, а слово всё время на слуху у всех. А у этих дух старой доброй Европы, они его тоже извлекли откуда-то из пыльных подвалов и тоже выложили на стол как козырь. То, что ты говоришь, — иероглиф «традиция». Причём традиция в рубрике «Чисто по понятиям». У людей, которые по понятиям, тоже есть традиции. Все эти авторитеты, сходняки, воровской закон.
СУ. «Ну, хорошо же сидели». Было же время, когда хорошо в Швейцарии сидели, тёрки тёрли, нормально жили на берегах одного Женевского озера. Но у нас тоже есть три традиции, связанные со Швейцарией. Одна — эта компрадорская традиция. Есть ещё ленинская традиция, а ещё есть третья суворовская традиция, как попадать в Швейцарию. У нас очень разный выбор есть традиций, как можно со Швейцарией поступать, на любой [вкус].
АЧ. Да, я вспоминаю одну прекрасную историю про Чубайса, который купил швейцарские часы за полмиллиона долларов. Они у него сломались. А он ещё молодой был, неопытный. Он пришёл к производителю претензии предъявлять: «Как же так? Я за такие деньги купил часы, а они сломались». А ему сказали дословно следующее: «Но вы же их покупали, простите, не время смотреть».
ИК. Это правда.
Семён, спасибо тебе за разбор по понятиям. Тут наши зрители пишут, что неплохо бы уже выпускать серию «По понятиям» отдельной рубрикой, не только в рамках нашего стрима.
СУ. Не согласен. У нас не стоит целью популяризировать эту, на самом деле, воровскую тематику, воровской мир. Но так как Стэнли Кубрик нам объяснил, что в глобальной политике большие страны ведут себя как гангстеры, а маленькие — как проститутки, а нам навязана эта модель внешней политики Западом, то мы вынуждены использовать эти понятия для того, чтобы разъяснять ситуацию. Это мерзкий мир, он не должен победить. И зачем это популяризировать?
ИК. Да. Ладно, тогда блок вопросов. Алексей, склоняешься ли ты к тому, что блокировка Telegram есть чья-то политическая ошибка?
АЧ. Вы помните, что у меня есть целая теория работы над ошибками. Но здесь, как ни странно, логику решения я понимаю. Понятно, что дальше подключаются разные лоббизмы, ветра и влияния, но просто, что называется, на уровне формулы:
страна, ведущая войну, не может себе позволить ситуации, при которой основной инструмент коммуникации в масштабах всего общества находится не под контролем государства.
Это аргумент.
ИК. Какой бы удобный он ни был.
АЧ. Тот же Дуров, он же как раз свои все послания на этом языке, на языке удобства пользователей, инноваций и прочего качества жизни — всё это хорошая логика, но это логика мирного времени. С другой стороны, я хорошо понимаю, как ни странно, и Дурова. Его позиция примерно следующая: «если я сейчас прогнусь под российскую власть, я очень сильно потеряю по всему остальному миру. Telegram – глобальная компания. У меня возникнут проблемы, условно, со всеми остальными сразу же. Поэтому – ни капли в рот»… (дальше продолжение все знают этой фразы).
В этом пространстве двух непримиримых позиций как раз и ведётся какой-то поиск компромисса.
Будем надеяться, что он всё-таки будет найден, потому что я никуда уходить из Telegram не хочу. Он меня вполне устраивает. Что касается «Макса», он же Мах, по Уралову, конечно, когда есть хоть какой-то мессенджер, это лучше, чем ничего. Просто представьте себе ситуацию, условно, Telegram отключился, и всё.
СУ. Мы с «Аськой» [прим.: мессенджер ICQ] жили, помним ту прекрасную эпоху.
АЧ. Да. С другой стороны, понятно, что у команды Дурова, которая Telegram делает, есть искра божья, а у этих ребят её нет. Они могут сделать плохо или средне. Это даже более важно, чем, условно, есть ли какие-то мотивации у менеджмента, движет ли ими желание прибыли или контроля над потоками. Это всё второстепенно. Если бы даже всё это сохранялось как есть, и владельцы, и менеджмент, и контроль и т. д., но при этом там сидели люди действительно талантливые, способные всерьёз взять задачу, «а давайте-ка мы поконкурируем с Дуровым, сделаем лучше, чем он», почему-нибудь, всё это сразу же было бы второстепенно.
Но, как мы знаем по их деятельности, это не так. Это отдельный интересный вопрос. Для меня это часть более общей проблемы. Дело не только в телекоммуникациях, не только в софте и не только в программировании. Это как раз то, как у нас государство умеет (или не умеет) взаимодействовать с талантом. Условно, то же Сколково в своё время превратилось, по сути, в вербовочный пункт, где наиболее яркие айтишники просто вербовались глобальными компаниями и уезжали вместе со своими командами и своими проектами в Кремниевую долину.
Сколько бы ни говорили всяких-разных красивых слов, именно системы работы с талантами, основанной на понимании значимости каждого конкретного мастера, который что-то может, у нас нет.
И мы это видим много где, начиная от ВПК моего любимого, где тоже, условно, времена Михаила Тимофеевича Калашникова давно прошли. Сейчас там скорее система авторитетов. Если ты обвешан нужным количеством лычек и статусов, то ты тогда можешь на что-то претендовать. А если нет, то какой бы ты ни был Кулибин, ходи, клянчи деньги, потом, даже если ты их получишь, следом за ними к тебе придёт прокуратура, понятно. И в любой другой сфере, в какой ни возьми, это наша системная уязвимость, которую надо осознать как проблему и провести работу над ошибками. Не данный конкретный частный случай с Telegram, не ВПКшная история, а взять, подняться на следующий уровень абстрагирования и понять, что эта задача, кадровая задача, у нас решается плохо. Давайте так.
Был бы я какой-то медиа-олигарх из приближённых, я бы как раз именно этим занимался в первую очередь, я бы искал таланты и создавал им максимальные условия для того, чтобы пробудить в них амбицию пободаться всерьёз с тем же Telegram, а не надеяться на админресурс.
СУ. А кроме поиска талантов, я добавлю, ещё очень важная вещь — повторение, копирование. Нет ничего плохого в том, чтобы не изобретать велосипед, а для начала научиться точно копировать. Даже китайская промышленность во многом с этого же начинала.
АЧ. Конечно, да, китайцы 30 лет передирали всё у всех. И только сейчас внезапно обнаружилось, что они, кроме этого, умеют ещё что-то делать сами, причём нередко даже лучше всех остальных.
СУ. Поэтому, по большому счёту, должны появиться цифровые шарашки, в хорошем смысле этого слова. Творческого человека надо от забот куда-то подальше спрятать. Они должны работать, пока для начала не повторят приблизительно Telegram.
АЧ. Кстати, Семён, я тебе скажу, что один из возможных ходов компромисса с Дуровым такой: «Дружище, мы делаем полный клон «Телеги» здесь, в России, на российских серверах, под контролем нужных людей с нужным количеством звёзд на погонах и т. д. Но это не мессенджер Telegram, он как-то по-другому называется, и он выступает в качестве основного средства связи и коммуникации для фронта и тыла. А ты развивай свой Telegram, пожалуйста, свободный, независимый, во всём остальном мире сколько угодно». Тоже вариант.
СУ. Так это давно пора сделать.
ИК. Сто пудов.
Тут ещё просят прокомментировать взлом Palantir.
АЧ. Ким Дотком.
ИК. Я просто не специалист.
АЧ. Есть такая история, известный блогер, бывший хакер Ким Дотком опубликовал сообщение, что по его информации, был хакерский взлом серверов Palantir, по итогам которого выяснилось, что Palantir, во-первых, следит за всеми мировыми лидерами, собирая на них разные досье, а во-вторых, готовит стратегическое поражение России вопреки всем усилиям Трампа. И вообще, там сидят псы войны и занимаются всяким-разным нехорошим и альтернативным. И ему ответил не кто иной, как сам Шиам Санкар (на секундочку, бывший топ-менеджер Palantir, недавно перешедший в Пентагон, надевший полковничьи погоны и ставший главным пентагонщиком у Хегсета по цифре) сказал, что «вы всё врете, я зуб даю, клянусь, ничего такого не было, Ким Дотком всё придумал, он всегда давал неправильные прогнозы, не слушайте его, он идиот и несёт фигню».
СУ. Я не я, и лошадь не моя.
АЧ. Да. Там ещё фоново обсуждается тоже один из интересных сливов, что, например, операцией в Венесуэле руководил военный искусственный интеллект, созданный Palantir, и именно поэтому она прошла настолько блестяще, что этот искусственный интеллект предугадывал все ходы противоположной стороны и намного опередил контрагентов в качестве подготовки и принятия решений, что это первая война, выигранная искусственным интеллектом. Опять-таки, так это или не так, хз, но обсуждается бурно и активно.
СУ. Но продать это можно хорошо.
АЧ. Внезапно милитаризовавшиеся американские цифровики тоже стали важным политическим фактором, особенно учитывая, что Алекс Карп не только милитаризовался (это начальник Palantir), но ещё и политизировался. А ещё он по образованию философ, а ещё он книжку написал «Технологическая республика», в которой рассказывает, что демократию надо сворачивать, править должны как раз цифровые. Всех надо посадить в цифровой концлагерь, да здравствует матрица.
ИК. Прикольно.
АЧ. Да, так что тут есть что комментировать, но если конкретно комментировать историю с Ким Дотком, я сейчас сделаю такой вброс. Один из возможных сценариев на ближайшие лет 15 — это сценарий под названием «Возвращение гегемона».
Мы привыкли говорить, что Америка уже не та, Америка ослабла, Америка устарела, там сидят какие-то деды 70-80-летние, отставшие от жизни, и влияние Америки падает, Китай растёт, мир стал глобальным, многополярным и т. д. А есть группы товарищей, которые всерьёз, именно как практическую задачу, поставили себе повернуть этот процесс вспять, сделав основную ставку как раз на ИИ. «Что вы хотите? У нас будет самый крутой ИИ, и мы с его помощью снова сделаем сияющий град на холме и Китай загоним за шконку». Это уже происходит, Китай несколько чувствительных ударов уже получил как раз в правление Трампа. Кто действительно получил, так это Китай, и снаружи, и изнутри: Си ослаб внутри, у китайцев большие проблемы.
Очень возможно, что мы увидим ситуацию, при которой уже эти новые ребята со своими новыми штуками-дрюками действительно Make America Great Again, уже не в порядке надписи на бейсболке, а вполне себе практически: «вот вам «старлинк», у нас есть гегемония в космосе и в связи, мы можем любой стране разрешить или запретить вести войну или победить в любой войне, у нас есть абсолютное оружие, которое, кстати, обнуляет в том числе и ядерный арсенал. Все ваши боеголовки, все ваши гиперзвуковые ракеты, все ваши подводные лодки и т. д. будут оперативно обнаружены, вычислены и уничтожены до любого ответного удара. Всё, мы хозяева мира».
СУ. Ты как раз описал вкратце их концепцию когнитивной войны. Почему их исследователи и говорят: 2030-2050-й год. Понятно, что мы видим в паблике только верхнюю часть айсберга с тех же конференций, начиная с 2017 года (я, кстати, выкачал последние доклады, которые я пропустил, 2024-2025 года, собираюсь изучить, разобрать), но начиная с 2017 года это как раз, если мы посмотрим, технологически совпадает с началом того, что сейчас уже завершилось в виде ИИ, сначала это называли нейросети, которые появлялись с 2017 года, и постоянно своих военных и военных учёных прокачивают, что «нас ждёт впереди двадцатилетка, во время которой мы будем пытаться вырваться технологически. И когнитивная война будет надстройкой над нашим технологическим преимуществом, который позволит нам сломить дух противника».
Как это потенциально может быть, это как раз нам и продемонстрировала Венесуэла. То есть вышибание одного правителя привело к тому, что все остальные [прогнулись]. Это же модель терроризма, терроИИзма с использованием ИИ. Они вышли на новый уровень терроИИзма. Это их новый уровень. Причём они считают, что это позволяет им так действовать в глобальном масштабе. А все остальные, типа, сидите по бункерам и думайте, когда мы за вами прилетим. Так что, мне кажется, вполне рабочая концепция. Как президент Колумбии сразу побежал в Вашингтон.
АЧ. Сейчас они её иранцам загоняют так же. Типа, «ребят, сколько вам осталось жить? Мы вас видим, мы вас знаем с точностью до сантиметра, где вы находитесь все. А жить хотите? Давайте, значит, peace deal».
ИК. Придётся им свет отключать, мне кажется, как-то.
АЧ. У них пока две проблемы с этой концепцией. Одна проблема — энергетика, потому что нужны мощности. Именно поэтому сейчас во всём мире наблюдается ренессанс атомной энергетики. И с этим, кстати, связана ещё и звучавшая активно (в том числе из уст Зеленского) тема Росатома, кстати, в Мюнхене. И вторая тема — это то, что чипы-то по-прежнему китайские. Весь этот ИИ всё равно на китайском железе и китайском кремнии. И Китай — почти монополист в редкозёме.
Откуда так значима тема редкозёма? Это объясняет и сделку Трампа украинскую по редкозёмам и Гренландию, в которой есть эти редкозёмы в количестве.
СУ. И соблазнение Казахстана со Средней Азией.
АЧ. Да, конечно, где тоже есть редкозёмы в количестве. То есть американцы готовятся и на этом поле дать Китаю какой-то бой.
СУ. Давайте нарисуем картину маслом, потому что тема важная.
У них какая цель? Оппонентов своих погрузить в локальные войны предыдущего технологического уклада, и пока они заняты войнами в предыдущем технологическом укладе, выскочить на новый. У оппонентов на это не будет времени, а потом — брать [их] голыми руками.
Но опять же, это как они считали, что у них получится с ядерной бомбой. Ведь если бы Советский Союз (это они сами признают) не успел со своей ядерной бомбой, то после испытания на японцах все планы были обеспечены. Прекрасный фильм того же Стэнли Кубрика «Доктор Стрэйнджлав» о том, как бывшие нацисты как раз в этом всём участвовали, в фантасмагорической форме, но тем не менее. Это фильм 60-х годов. Они надеются, что у них будет новый прорыв по типу ядерной бомбы, но на этот раз он будет не локальный, а во всемирном масштабе. Я думаю, так.
ИК. Да, нам надо отвечать новым курчатовским проектом тогда, если сможем.
СУ. У нас пока что, я напоминаю, государство не признаёт даже существование на своём доктринальном уровне, например, той же когнитивной войны. У нас доктринально — документ 2017 года, концепция информационной нашей стратегии безопасности, это ещё предыдущий уклад. Поэтому нам нужно сначала бы это признать на уровне доктрины, прежде чем появится откуда-то курчатовский институт.
ИК. Морская блокада на Балтике, спрашивает зритель, может стать вопросом в Швейцарии?
АЧ. Я думаю, что это там вряд ли будут обсуждать, потому что всё-таки, напоминаю, несмотря на приехавших в количестве в соседних номерах сидящих европейцев, всё-таки переговоры-то трёхсторонние, Россия – США – Украина. Там нет никого, кто про морскую блокаду на Балтике. Это как раз один из козырей, который достаёт Евросоюз в своей борьбе за место за столом переговоров. Но там возникает, конечно, сразу масса сложностей. Напоминаю, у нас же сегодня Патрушев заявил, что наш Военно-морской флот доблестно, если что, готов прорвать любую блокаду. Не знаю, насколько он готов, что называется, свечку не держал. Дело непростое будет, в любом случае. Но конечно, если уж вспоминать историю, то датские проливы узковаты, можно бы и расширить.
ИК. Это правда. Всё, братцы, спасибо вам большое за сегодняшний эфир. Спасибо всем нашим зрителям, кто смотрел наш подкаст.
СУ. А футболку сегодня не вручаем мы?
ИК. Нет, сегодня не вручаем. На следующем стриме вручим. У нас продюсер просто в отпуск уехал. На следующем стриме обязательно это сделаем.
Мы в Rutube, в Youtube, в ВК есть, так что смотрите, ищите нас там. Много у нас содержательного, много интересных разборов. Ставьте лайки и комментируйте, в том числе, и этот стрим. Следующий, как обычно, у нас во вторник, в 21:00. А новый выпуск «Чистоты понимания» уже в четверг выйдет. Я благодарю наших ведущих Алексея Чадаева, политолога, журналиста, Семёна Уралова, политолога, журналиста, писателя. В их Telegram-каналах, кстати, тоже можно следить за анонсами «Чистоты понимания», и вообще, много всего интересного обсуждать.
Спасибо всем, хорошего вечера и до встречи.
СУ. Пока.
АЧ. Пока-пока.
Словарь когнитивных войн
Телеграм-канал Семена Уралова
КВойны и весь архив Уралова
Группа в ВКонтакте. КВойны. Семён Уралов и команда
Бот-измеритель КВойны
Правда Григория Кваснюка
Было ли это полезно?
3 / 0
