Подкаст Алексея Чадаева, Семёна Уралова
Иван Князев. Друзья, всем привет! Сегодня вторник, в эфире стрим подкаста «Чистота понимания». Я напомню, что это площадка, где мы глубоко и подробно разбираем самые актуальные темы, добиваемся частоты понимания самых разных событий. Это площадка для умных и образованных людей, кто еще не смотрел наши предыдущие стримы и выпуски, обязательно сделайте. Спасибо всем, кто подписался на наши паблики, кто еще этого не сделал, обязательно подпишитесь. Ну и, конечно же, спасибо всем, кто ставит лайки, оставляет комментарии.
Меня зовут Иван Князев, и я приветствую наших ведущих. Это Алексей Чадаев, политолог и журналист. Алексей, приветствую.
Алексей Чадаев. Привет.
ИК. И Семен Уралов, политолог, журналист и писатель. Семен, здравствуй.
Семен Уралов. На посту.
ИК. Друзья, обязательно подпишитесь на телеграм-каналы наших ведущих. Там прямо сейчас идет трансляция нашего сегодняшнего стрима. И можно оставлять свои комментарии, задавать вопросы. На некоторые из них постараемся ответить.
Ну а наша сегодняшняя тема – пошлины Трампа и отставки по-русски. С первого начнем.
Президент США уведомил 14 стран о повышении торговых пошлин с 1 августа. История уже не нова, повторяется. Первыми получателями «писем счастья» Трампа стали премьер-министр Японии, президент Южной Кореи. Следующие письма полетели уже лидерам Малайзии, Казахстана, Лаоса и Мьянмы.
Там везде разные проценты по пошлинам. В Казахстане 25%, как и в Малайзии. А Лаос и Мьянма получили по 40%. Ну, позднее президент США опубликовал 7 новых писем, уже направленных лидерам Туниса, Боснии и Герцеговины, Индонезии, Бангладеш, Сербии, Камбоджи и Таиланда.
Еще отдельно Трамп пригрозил пошлинами странам, которые поддерживают антиамериканскую, как он заявил, политику БРИКС. Они могут столкнуться с дополнительными 10% пошлинами на экспорт из США.
Ну, и вот сейчас буквально тут свежие новости поступают. Видимо, Дональд Фредович проснулся и уже прокомментировал свое отношение к президенту России Владимиру Путину. Как обычно, ему что-то не нравится, как обычно, грозится оружием и обещает даже какой-то сюрприз устроить. Точнее, непонятно пока еще какой.
А еще одна громкая новость пришла накануне. Роман Старовойт, снятый с должности министра транспорта, погиб. По предварительной версии, он покончил с собой. Это заявили в Следственном комитете России. Старовойт занимал пост министра чуть больше года, с мая 2024. До этого он более пяти лет был губернатором Курской области.
Врио губернатора после Старовойта был назначен Алексей Смирнов. На посту он провел не больше года, точнее не провел и года. В декабре подал в отставку, а в апреле 2025 был арестован. Как утверждают источники в СМИ и телеграм-каналы, против Старовойта также могли возбудить уголовное дело, в частности о том, что Смирнов мог дать показания против экс-министра, об этом писал «Коммерсант».
Ну что ж, друзья, давайте прокомментируем эти новости. Предлагаю начать с Трампа. Все-таки в Америке сейчас утро, посыпались свежие заявления, свежие комментарии Трампа, в том числе и в нашу сторону. Давайте, наверное, с него и начнем, и пошлины туда же. Алексей.
АЧ. Мой один знакомый сказал такую фразу, что — надо теперь засыпать как можно раньше, пока не проснулся Трамп и не заявил какую-нибудь очередную херобору.
Мы привыкли к его дежурной способности каждый день взрывать повестку каким-нибудь выдающимся очередным твитом, отменяющим на 180° примерно все, что он говорил до этого. Так что уже сейчас к этому отношение — ровное, рутинное. Привыкли.
Но единственное, обращает внимание в нашем отечественном сегменте Телеграма – это, конечно, разговоры что – вот, типа столько было дифирамбов спето этому самому Трампу, столько было надежд на него, столько было у нас штатных трампофилов. Я в эфире «Чистоты понимания», помните, заявлял себя, наоборот, трампоскептиком. В том смысле, что с самого начала обозначил позицию, что в общем, ничего там не будет, ничего там не надо ждать.
Тем не менее все равно этот новый стиль, когда каждый день сыпется очередной излом генеральной линии, конечно производит впечатление и надо сказать, до сих пор какого-то отношения к этому не выработано. Единственное, обращает на себя внимание в связи с этим тема поставок. Потому что на прошлой неделе пришла новость о том, что США остановили какие-то — не все, но какие-то значимые — поставки оружия для Украины. И после этого был звонок Зеленского Трампу.
Где-то еще был телефонный разговор Путина с Трампом. Сообщение Трампа о том, что он недоволен разговором с Путиным. Наоборот, доволен разговором с Зеленским в кои-то веки. И дальше возникла тема — а мы вот им поставим 10 ракет для «Пэтриот». 10 ракет — надо понимать, по нынешним масштабам использования ПВО, это вообще ни о чем, это на полтора пуска. Но, тем не менее, разговоры о том, что Путин все время только обещает, кормит нас каким-то дерьмом — дословно цитирую — поэтому мы дадим Украине оружие, но, как он сказал, преимущественно оборонительное.
И, конечно тут [ситуация] нуждается в пояснении пояснительной бригады. Нужна какая-то чистота понимания, что значит «преимущественно оборонительное», насколько оно преимущественно. Есть ли там что-то, что не преимущественно. И сколько это, и чего, особенно учитывая довольно-таки существенное исчерпание оборонных арсеналов и Израиля, и самих США, как всеми признается.
И до кучи не менее интересный вопрос про санкции. Что вот типа готовится какой-то новый пакет американских санкций антироссийских. И Трамп, загадочно подмигивая, говорит, что — мы готовим сюрприз. Сюрприз.
ИК. Интересно, чем еще он может удивить?
АЧ. Ну, это его работа — всех удивлять все время. Посмотрим, чем он попробует удивить нас на сей раз. Но я опять же зафиксирую, что там случился распад команды еще за эти полгода.
Та команда, которая приходила вместе с Трампом, половины из нее уже просто нет. Еще идет вялотекущая возня с Маском, который объявил, во-первых, о том, что он третью партию хочет создавать. Во-вторых, сообщил, что Стив Бэннон тоже был в списках Эпштейна. Трамп в очередной раз по поводу политических планов Маска высказался в стиле — «ню-ню, ничего у него не получится».
Но и кроме Маска еще было несколько знаковых потерь в команде. Причем именно среди той части трамповской коалиции, которая называется MAGA.
Такер Карлсон, который, напомню, тоже на этой неделе взял интервью не у кого-нибудь, а у целого президента Ирана, Пезешкиана. И который тоже в последние недели гневно обличает Трампа за то, что он нарушает все свои предвыборные обещания. И делает ровно противоположное тому, за что голосовали.
Еще несколько, может быть, менее знаковых, но тоже симптоматичных потерь. Можно сказать, что охмурили Козлевича ксендзы. Многие предсказывали этот сценарий, но вот Трамп из этих двух частей республиканского сообщества все больше дрейфует в сторону неоконов. Особенно это было видно на Израиле. Но сейчас и в украинском сюжете он тоже все больше говорит то, под чем подписался бы условный Линдси Грэм, чем то, под чем подписался бы условный Такер Карлсон.
ИК. Что касается пошлин, что скажешь?
АЧ. А, эти письма счастья? А тут очень забавно. Это выглядит как нигерийский спам.
Когда основным каналом был e-mail, многие граждане получали письма от каких-то нигерийских принцев, у которых где-то на счетах подвисли какие-то там хулиарды денег, и надо было помочь им их вытащить «за долю малую». И это была старая мошенническая разводка. Еще до эпохи колл-центров днепропетровских, этой фабрики вранья. Лет за 20 еще до того, это еще емейловская история.
У меня полное ощущение, что Дональд Фредович извлек из загашника эту старую технологию нигерийских писем.
ИК. Спамит просто.
СУ. А помните, в советском детстве была история, как надо переписать 15 писем, в каждую вложить по рублю, и потом вернутся тебе. Такие простейшие пирамидки, финансовый капитализм в условиях социализма. Были еще такие письма до всякого интернета.
АЧ. Да, это вообще бумажные письма.
ИК. Самое интересное, ведь он, когда послал эти письма, еще прокомментировал, что — если, мол, вы хотите, чтобы что-то как-то поменялось, позвоните мне. Обговорим.
СУ. Мне это напомнило анекдот профессиональный наш, про политтехнологов. Анекдот про смету.
Подают смету, и заказчик читает. Последняя строка: «10 тысяч долларов — а вдруг проканает». Он говорит:
— А что это такое?
— Ну, не проканало.
Похожая история у Дональда Альфредовича. «А вдруг проканает». Мы это подробно разбирали со Щелиным. Займет ли он позицию, свойственную ему, а именно — коммерсанта. Причем коммерсанта — ковбойского, рэкетирского типа.
Заявка на что была у Трампа? Заявка была на то, что он хочет проводить некие институциональные изменения. И позиционировалось это как, я напомню: «первый срок я пробовал». И, тоже как в старом анекдоте, «не шмогла». И дальше уже пошли отмазки, а почему же в первом сроке у него не получилось? Поэтому, поэтому, ещё и поэтому. И создавалась такая большая угроза – дипстейт, который не даёт…
«Плохие бояре» в нашей политической культуре. Мы помним эту модель про плохих бояр. Трамп нечто подобное реализовывал, вечно показывал на плохих бояр, а еще главный боярин стал плох здоровьем, один, я напоминаю, а барышня, которую ему выставили, была явно плоха умом. Легкое слабоумие было налицо.
Он только на этом фоне избрался, и плюс, не забываем фигли-мигли товарища Маска, который как политтехнолог построил агитационную «сеть привода». И обеспечивал мобилизацию и привод. Это работа профессиональная, она ведется в США давным-давно. Кто забыл, открываем Теодора Драйзера, по-моему, второй том, про Каупервуда, «Титан», где они в Чикаго выстраивали политические сети. А первый том, это в Филадельфии, когда он сел в результате за растрату. Это имеет прямое отношение к нашей второй теме, судьба Каупервуда.
Кто подзабыл, открываем классику, там показано, как работают политические сети и как коммерсанты их выстраивают, на этом была основана победа Трампа, и завышенные ожидания.
И тут, конечно, надо отдать должное. Он специалист по производству ожиданий. И тут я подхожу к главному тезису, что он, с одной стороны, сместился в комфортную ему позицию коммерсанта. Ему плевать. Он продал на период выборов некую революцию управленческую, как он говорил. То есть Make Again America — в смысле давайте сделаем ее снова нормальной. То есть если Great убрать — это то, что мы с товарищем Хагуровым разбирали недавно про норму и девиацию — они до такой степени заигрались в девиации со своей Америкой, что теперь не хочется петь как в фильме «Goodbye, America!» Нет уже того светлого образа, который они продавали всему миру.
Это не «Make America Great Again», а «Make America Normal Again». На самом деле.
АЧ. MANA.
СУ. MANA. Это мана, как мы помним в компьютерных играх и не только. Мана — это такая энергия, с помощью которой делаются заклинания. Так что мы видим, что он произносит заклинания. «Мана, мана, мана, мана». Но мана, она же money, помните прекрасную песню «Money makes the world complete»? Он перешел в режим биржевого заработка.
Параллельный процесс, я считаю, это главный процесс, который он ведет, это продажа так называемых «золотых виз» США. Инвестиционные истории, которые он собирается продавать персонально, пока будет на этом сроке. То есть, его задача – срубить бабла везде, где возможно. А единственное, что он умеет делать – это производить впечатление.
И тут подходим к платформе, на которой он работает. Он биржевик. У биржевика психология очень простая. Он либо зарабатывает на инсайдах, либо задает тренды. Любая биржевая экономика — это экономика впечатлений, эмоций, всплесков и быстрых падений. Биржа — это вечная зрада, перемога. Это имеет прямое отношение к когнитивным войнам, нашей общей уже профдеформации.
Загнать человека в биржевой инфоритм — это элементарно потом им манипулировать. Что Трамп и делает. Он постоянно давит на короткие эмоции, всех дергает и на этом, падла, зарабатывает. И поэтому ему на команду глубоко-глубоко плевать. Он сначала попытался дернуться, но это как, типа – «а вдруг проканает», как анекдот про смету. «А ну давайте помиритесь, Москва с Киевом, за 24 часа». Не помирились — ну не проканало. «А ну давайте», — а не проканало.
Он сделал этих пару попыток поиграть в историческую личность, и потом, как любой прагматичный американец, сделал вывод: какой смысл быть исторической личностью, если можно отыгрывать то, что он умеет отыгрывать, то есть эпатажного политика.
Есть политик, есть политический деятель. Политический деятель имеет шанс стать потом историческим деятелем, в американской истории мы знаем Рузвельта, отцов-основателей и прочих. Это всегда взвешенный подход, компромиссы всякие. Потом Линкольн, который пытался оттягивать войну с Югом.
АЧ. Кстати, Семен, я же напоминаю, что параллельно еще идет процесс сбора заявок на присуждение ему Нобелевской премии мира. Сегодня, как раз на этой неделе, даже не кто иной как Биби Нетаньяху, видный миротворец наших дней.
СУ. Да-да-да.
АЧ. Подал. Так что тема исторического деятеля никуда не ушла. Погоня за нобелевкой продолжается.
ИК. Но Трамп по-прежнему хочет в истории остаться.
СУ. Его деятельность на посту президента все больше напоминает деятельность коммерсанта.
Мы и так предполагали, что он будет этим заниматься, но последние признаки говорят о том, что коммерсант в нём, скорее всего, победил. И под эту тему ему не нужна никакая команда, наоборот. Эта ситуация очень схожа [с той], как у нас с приватизацией. Как второй срок Кучмы, например, был. Надо, чтобы все максимально между собой [враждовали], были политические кризисы.
Чем больше срача внутри, тем проще воровать общее имущество. И в этом смысле зарабатывать на кризисе всегда хорошо. Отлично, пускай ругаются, пускай между собой конфликтуют. В этом смысле управление хаосом – это очень коммерческий процесс.
Трамп в этом смысле может стать серьезным усилителем внутриполитического кризиса, потому что против него могут объединиться все остальные. И может начаться интересная игра. Но, с другой стороны, а там кто-то остался вообще с мышлением не-коммерсанта? Тот же Маск тоже ведет себя как коммерсант. Я не вижу каких-то политических заявлений. Это просто игра в раскол и попытка сыграть в некую «золотую акцию» на следующих выборах или на промежуточных.
АЧ. Все-таки одно политическое заявление довольно-таки серьезное было, как раз связано с этим Big Beautiful Bill, «большой прекрасный документ». Это то, что было связано с повышением потолка госдолга и очередным увеличением расходов бюджета.
Здесь Маск выступил именно политически против этого. Притом, что понятно, что этот голос не особенно много кто услышал, потому что для них это уже рутинное действие. Ну, еще 5 триллионов денег напечатать, потому что — что-то перестало хватать зеленой бумаги в мире.
СУ. Это знаешь, как. У нас же есть наши внутренние, вроде не оппозиционеры, но против Центробанка — прямо оппозиционеры. Против него – да, а против всего остального — нет.
АЧ. Вечная мишень у КПРФ была в ее золотые годы — это финансово-экономические либералы из финансово-экономического блока. Уже когда Путина нельзя было ругать, но нужно было штатное пугало, штатный враг, штатный злодей, с которым оппозиционная партия борется. Вот тут настала битва с Кудриным, Грефом еще, когда он был министром, потом Силуановым.
ИК. А теперь Набиуллина.
СУ. А сейчас у нас, наоборот, очень сильный правый фланг — во главе медиахолдинга «Царьград» Малофеев — эти воюют прям с Центробанком со страшной силой. Там был вообще альянс, я просто напоминаю. Учетная ставка — это единственное, что у нас живет своей жизнью.
АЧ. Кстати, я тут внимательно, что называется, с карандашом изучил программное выступление Набиуллиной на какой-то недавней экономической тусовке, где она объясняла свою логику. Объясняла ее так по-сталински, прям не поспоришь. Очень, что называется, четко и раскладывая по полочкам, что — так и так.
В условиях отсутствия оснований для структурного экономического роста накачивать экономику деньгами — это на самом деле просто делать себе только хуже. Поэтому деньги должны быть дорогими, борьба с инфляцией — наш приоритет. Стабильный твердый рубль — это ценность, за которую мы боремся А основания роста нужно искать в технологической модернизации и в повышении производительности труда, а вовсе не в том, чтобы раздать всем много денег, чтобы они пошли и начали покупать на эти деньги китайский шмот.
То есть спорить-то непросто.
ИК. Логично, логично.
СУ. Ну и в США точно так же говорят. Пока мы не вернули к себе наше производство, у нас никакого другого способа нет, кроме как увеличивать денежную массу. Это же общие, с моей точки зрения, законы финансового капитализма. Как у Владимира Высоцкого:
Было время — и были подвалы,
Было время — и цены снижали.
Мы же помним, что в укладе социалистическом возможно, чтобы на мясорубке цена была выгравированной, она десятилетиями не менялась. Потому что очень жестко привязаны произведенные товары и обеспеченная им денежная масса, причем денежные массы не пересекаются.
За счет чего — и это проброс во вторую тему, почему очень сложна коррупция при укладе социалистическом. Как Остап Ибрагимович, ты деньги можешь украсть, а сделать с ними особо нечего. В тот сектор финансовый, где оборачиваются капиталы предприятий, человек физически не имеет доступа. В системе, которую американцы нам всем задают, а мы согласились с ней, потому что мы так или иначе торгуем за доллар, мы все импортируем то – что они [поставляют как] печатный станок.
Мы согласились работать внутри этой системы? Ну и все. И мы соответственно будем это импортировать. Нравится нам это, не нравится.
А если мы дополнительно сами играем в эту игру, то тогда просто для чистоты понимания нужно людям объяснять, что это не товары дорожают. Это деньги дешевеют. Это разные процессы, подорожание товаров и подешевение денег. Удешевление денег почему происходит? Потому что увеличивается их количество. И все происходит абсолютно с логикой рыночной. Количество денег увеличилось, их цена уменьшилась.
Не надо испытывать никаких иллюзий. Все будет только дорожать. Именно внутри этого политэкономического уклада это происходит у всех. У нас, у наших оппонентов, с которыми мы сейчас воюем.
Самое интересное — посмотреть на курс рубля к гривне. У нас идет спецоперация, туда — помогает весь мир западный, мы живем на свои. Я именно про деньги говорю, этот фактор. Ну не особо он поменялся, он просел, а как-то все удерживается. О чем нам это говорит? Что несмотря на санкции, несмотря ни на что, две периферийные валюты — тут теперь говорим языком Валлерстайна, у нас бунт нашей полупериферии против первого мира, где против нас используют такую же полупериферию, чтобы мы аннигилировались и стали периферией полной, война идет за это — наша часть полупериферии глобального капитализма воюет на свои. Та часть воюет за заемные средства.
Но тем не менее валюты почему-то как-то сбалансированы. Почему? Потому что и рубль, и гривна при всем при этом отбалансированы в системе глобальной торговли, все-таки нас как Иран, глобально не исключили. И серый танкерный флот работает, и взаиморасчеты работают. И мы продолжаем развиваться ровно в той же политэкономической логике. И в этом смысле Дональд Альфредович, Дональд Батькович играет в свою привычную игру рэкетира, который решил немножко выставить лохов.
АЧ. Не терпится разбора по понятиям.
СУ. Оно укладывается в эту логику. Тут мне интересно, как будут реагировать те самые лохи.
АЧ. Кандидаты в лохи?
СУ. Вот это самое интересное. Какую позицию японцы займут… За Казахстаном я наблюдаю, они интересную заняли позицию – ну, 95% товаров и так не попало под эти санкции, а по 5% мы готовы договариваться. Восточную хитрость проявили.
Теперь ваш выход, маэстро. В этом смысле, если сравнивать, он Карабаса-Барабаса отыгрывает злого, который своим куклам сказал: «А ну строиться!» И плёткой – щёлк! И теперь каждый отыграет. Посмотрим, кто Пьеро, кто плакать будет, кто Арлекин, а кто бунт устроит. Может, там есть свой Буратино.
АЧ. Единственное, собратья, мне это ужасно напоминает историю из жизни товарища Сунь-Цзы, которого книжку все читали, а вот жизнеописание его мало кому известно.
А он был наемным полководцем, который ходил и разным царькам враждующих царств предлагал свои услуги в качестве наемного полководца. И вот пришел к какому-то царьку, у него вообще никакой армии не было, был только гарем, 200 жен. И он за отсутствием армии попытался продемонстрировать свое искусство, организовать маневры, используя в качестве кадров персонал этого самого гарема.
Вывел этих барышень, построил их как-то в десятки и попытался заставить маршировать. Но из этого категорически ничего не вышло, девушки ничего не понимали, что от них хотят. Он принялся беситься, попытался рубить головы тех, кого он назначил старшими. Тут уже этот заказчик не понял.
ИК. В общем, провалилась идея.
АЧ. Да, была у него в его биографии такая история.
Поэтому у меня тоже ощущение, что сейчас какой-то, если не гарем, то бордель пытаются заставить ходить строем, а они почему-то не ходят. Такое впечатление.
ИК. Это смешно.
Зритель наш из Ютуба написал, Алексей, на твое, что «Трамп спамит». И, Семен, на твое, что «Трамп – коммерсант».
Как по мне, так в Трампе победил трэш-блогер, а не коммерсант.
СУ. Разумно, очень разумно, да.
АЧ. Ну да, тоже есть такой момент. На нашем недельной давности стриме у меня у самого, грешным делом, покаюсь перед вами, наши дорогие зрители и слушатели, чесалось обсудить не только то, что мы обсуждали из политики, но и впечатляющее мероприятие, захватившее половину политического сегмента русского Телеграма, наезд Инстасамки на Мэйби Бэйби. Все ведущие наши политологи на серьёзных щах отметились, когда эти две чудесные барышни клипами, твитами, постами выясняли, кто из них бо́льшая патриотка.
Да, это так работает. Где-то там Газу бомбят, где-то там хуситы танкеры топят, где-то там Иран с Израилем на пороге ядерной войны, тоже важная новость. Но есть более важная новость. Это Инстасамка с Мэйби Бэйби разбираются, понимаете.
СУ. Это печально. В чем общественная функция политических комментаторов? Функция политических комментаторов в том, что они своим авторитетом придают значение событию. У нас в течение дня событий происходят сотни. В такой большой стране, как Россия тем более, в такие моменты. И в этом смысле политический комментатор изначально — помните, кто такой «адвокат», происхождение слова?
АЧ. Advoco по-латыни.
СУ. Добавляет голос тому, кого он защищает, либо представляет. В этом смысле политический комментатор — это адвокат в латинском, в античном смысле этого слова. Он добавляет свой голос. А учитывая, что принцип медиа — это очень хорошо Хомски доказал в книге «Конструируя согласие» — эффект в условиях медиакратии, когда этих голосов очень много, и только когда они сливаются в одно, только это и имеет значение.
И политические эксперты — хотели этого, не хотели… Тут вопрос интересный, за деньги или нет? Они в воюющей стране, в стране, в которой много обсуждалось на тему, кто такие эти ЛОМы, которые превращали непонятно в кого юное поколение, и как они себя повели в острые моменты. Понятно, что сейчас быть патриотом [выгодно]. Посмотрите, уже плеяда артистов возвращается — есть такое хорошее украинское выражение «тишком-нишком», оно очень хорошо отражает смысл.
Тишком-нишком все сейчас в патриоты начинают записываться потихоньку.
Ну а что, мы что дождемся? Галкин пусть запилит патриотический, сатирический концерт. Что, с него не станется? Это артисты, я напоминаю. Наша проблема конфликта с постУкраиной в том числе в фигуре Зеленского. В чем его проблема? В том, что он артист. Артист, который не может выйти из роли, это очень-очень важно. И плюс, артисты — это люди очень манипулируемые.
Посмотрите, как повело себя наше артистическое сословие. Посмотрите на Лию Ахеджакову. Она как вошла в роль секретарши из «Служебного романа», так и не может из нее выйти. Едкая. Я недавно узнал, что она, оказывается, представитель адыгейского народа. Я был очень удивлён.
Посмотрите, сколько у нас таких людей зациклившихся. Инстасамка – это не моя профдеформация, Павел Щелин постоянно говорит про этику. Вопрос Инстасамки – это про этику. Этику общественную. «За деньги – да» или не только «за деньги – да».
Я понимаю, если было бы выпущено несколько альбомов, например, ты же певица ртом. Помнишь, как мы обсуждали ситуацию с патриотическим певцом, который в наскальную живопись ударился? Певец, автор, если он автор и исполнитель, должен писать песни, которые влияют на его аудиторию.
Как это делать? Инстасамке нужно включить, например, концерты, например, Высоцкого и послушать, как он общается со своей аудиторией, и о чем. И не только. Из живых сейчас жив-здоров, дай бог, Александр Яковлевич Розенбаум. Вот тоже посмотреть, на какую волну, например, он.
Я специально беру примеры из нашего поколения, из нашей юности, и не только. Мы с Хагуровым это очень предметно разбирали. И с Мишей Канавцевым. Еще не вышел записной [выпуск], как раз должен выйти.
Это же воспитательный эффект. Новые медиа вполне конкретно выполняют воспитательную функцию. И, соответственно, мы либо делаем серьезные выводы из той медиакратии, которую мы по американскому образцу построили, но только на русском языке, либо у нас все те, кто сводил [с ума] и занимался деградачом, просто объявят себя патриотами, и тогда – здрасте, хорошо. Ну хорошо, тогда Анатолий Борисович Чубайс объявит себя патриотом. Он же говорил, что он либеральный империалист. Ну, скажет – да, я снова такой.
АЧ. Я напомню, почему у нас тема Инстасамки в итоге не вошла в прошлый стрим. Ее затмил еще один блогер из Азербайджана, известный. Тоже, кстати, заметьте, очень по-блогерски все это произошло. Это было похоже, знаешь, на что? На рэп-баттлы, которые в Питере устраивают, только ещё и с неповторимым кавказским колоритом. То есть с закидыванием помидорами, биением себя в грудь: «да я!»
СУ. Они потом после этой дури, этой хуцпы — это южная страна, там тоже хуцпа — ещё пособирали у себя всякие страны СНГ. И попытались устроить цирк с конями. Некоторые участники ЕАЭС повели себя очень правильно, поэтому хуцпа в азербайджанских медиа лилась еще несколько дней вообще страшно.
АЧ. Да-да-да. Потом выступил Эрдоган, как всегда, в роли Кота Леопольда. Опять-таки, я это и предсказал у нас же еще на стриме. Что, типа, будет несколько дней ора. А потом придет старший авторитетный уважаемый человек и начнет: «Ну, нэт, подождите, давайте поговорим». Над старшим авторитетом.
ИК. Да, так и произошло.
СУ. Давай еще раз сакцентируем нашим согражданам. Не ездите никогда никуда, кроме тех стран, у которых союз военно-политический с Россией. Не надо. Потому что — ну, потому что не надо.
АЧ. А тем временем, к вопросу про Азербайджан с Турцией, тем временем, тоже обращает на себя внимание, что это все тихо спускается на тормозах. Что вместо эскалации, которой все ожидали после всего этого, опять-таки, как любитель языка, я понимаю, что эта история подарила нам новый чудесный мем. «А те, кому не нравится СВО, и Путин, и все остальное — всегда же можно уехать в Баку».
ИК. Это правда. Ладно, братцы, давайте ко второй теме нашей сегодняшний перейдем. Время бежит, разговор интересный, тема более чем серьезная — это гибель Романа Старовойта. Что скажете?
АЧ. Давайте восстановим контекст для наших зрителей, читателей, слушателей. Где-то с полгода, с тех пор как взяли курского губернатора Смирнова, он ушел в отставку, через какое-то время его задержали, и начала раскручиваться тема растрат при строительстве оборонительных сооружений в Курской области.
Это было резонансное, очень болезненное дело, потому что в общественном мнении считалось, что именно потому, что все украли на строительстве оборонительных сооружений, именно поэтому мы оказались настолько беззащитны перед прошлогодним августовским вторжением, захватом Суджи и всей этой большой трагедией, которая случилась.
Поэтому за этим следили очень пристально. Так получилось, что все эти сооружения строились, ну и предполагаемые растраты происходили при Старовойте, который тогда был курским губернатором. Старовойт в мае прошлого года ушел в обновленное правительство, как раз на позицию министра транспорта.
Потому что он и когда-то работал в Минтрансе, возглавлял дорожное агентство, он по этой теме всегда двигался до того, как стать курским губернатором. А вместо себя он оставил сменщиком в Курске как раз второго человека, премьер-министра Смирнова, который и успел побыть губернатором всего несколько месяцев. Он стал врио, произошло вторжение, его выбрали большим количеством голосов, прямо во время войнушки, которая происходила.
Через три месяца он подал в отставку, еще через три месяца его задержали. Все это время Старовойт был министром транспорта. И все всё время задавали вопрос, в том числе и публично: что же это получается? Премьер-министр курский украл 3 миллиарда рублей, а губернатор об этом ничего не знал? Рано или поздно возникли бы вопросы, конечно, и к тому, кто тогда был губернатором.
Это все время висело в воздухе, эта тема. Но она бы так и дальше висела, но тут на прошлой неделе случился транспортный коллапс в Шереметьево. Очередная атака украинских дронов, план «Ковер», хаос в аэропорту, люди, лежащие штабелями на полу, десятки, по-моему, даже сотни отмененных или задержанных рейсов. Вот это все. Притом ни один беспилотник никуда не долетел. Их всех сбили где-то далеко на подлете, но тем не менее.
И эксперты в субботу, уже оценивая примерный ущерб от происходящего, оценили его где-то в 20 миллиардов рублей. У меня-то вопрос какой? Сколько раз надо было выстрелить Старовойту себе в висок? Если там речь шла о трех, которые были по разным публичным версиям украдены в течение года, а тут за три дня просто сожгли 20, просто за счет неадекватного администрирования.
При этом тут трудно обвинять в этом именно Минтранс. Здесь я обладаю кое-каким представлением о том, как это все работает. У нас товарищи военные объявляют план «Ковер» за 6 часов до предполагаемого долета неопознанного объекта до потенциальной цели. На всякий случай просто. Потому что план «Ковер» как способ реагирования на угрозу был придуман еще в седые годы, когда могла речь идти о неопознанном или потенциально вражеском самолете, который случайно залетел в воздушное пространство.
Генерально говоря, проблема в том, что на эти украинские атаки беспилотников система реагирует как на ЧП. Как на стихийное бедствие, как на сель, как на лавину, град, ураган. Именно поэтому губернаторы с постными лицами говорят, что упали обломки на что-нибудь куда-нибудь. И сожгли нефтебазу. С неба упали.
ИК. Алексей, Алексей, прости, перебью тебя, потому что и зрители задают этот вопрос:
Появились ли какие-то дополнительные планы по развитию БПЛА в связи с новыми назначениями?
Но здесь у меня больше вопрос к твоему посту в твоем телеграм-канале про тот же план «Ковер», насколько уместно пользоваться такими механизмами и вообще с беспилотием нашим дальше, как хотелось бы развиваться, как ты считаешь? Возвращаясь к твоему посту в телеграм-канале, если кто его еще не читал.
АЧ. Читал ли я свой пост в своем телеграм-канале?
ИК. Нет. Озвучь основные тезисы, если наши зрители его не прочитали.
АЧ. Иван, я тебя умоляю, это потребовало бы еще одного эфира часа на полтора, с объяснением всяких разных деталей и особенностей. Я хочу генерально сказать следующее в этой связи. Что точно надо менять в системе — это относиться к атакам противника на наши тылы и тыловые объекты как к ЧП.
Это не ЧП, это осознанная системная работа по нанесению нам разнообразного ущерба, причем опирающаяся в своем планировании именно на штатные наши алгоритмы реагирования, процедуры, которые есть у нас в самой системе, на наши, если угодно, иммунные ответы.
И как раз для меня-то главное открытие прошлой недели состояло в том, что можно нанести гигантский экономический ущерб стоимостью в десятки миллиардов нашей системы, вообще ничего не взрывая, просто запустив механизмы.
А дальше я скажу страшное. Вот представьте себе, кто-нибудь запустил какую-нибудь просто леталку, фольгой обклеенную и позвонил оперативному дежурному в Воронеже, что – вот, есть на горизонте неопознанный беспилотник. И все, и пожалуйста, план «Ковер» до Москвы. Нате, здрасте. Цена вопроса. Причем запустил откуда-нибудь из леса просто.
Там не надо никакой боевой части, вообще ничего не надо. Просто буквально самолетик из палок — аккумулятор и моторчик. Лучше несколько. Чтобы на радарах они зафиксировались и дальше звонки дежурному пошли – что так и так. Можно очень просто и очень быстро вывести из строя гигантскую логистическую машину, например, в данном случае авиаперевозки. Но и любые другие.
Поэтому я говорю, что действительно там напрашиваются очень срочные и очень важные решения, причем решения именно на уровне процедур. То есть, в первую очередь надо включить мозг, понять, что происходит. И в силу этого первое, что делать, это не объекты защищать, как у нас сейчас.
У нас ПВО бывает либо зональное, либо объектовое. У нас сейчас зональное не справляется, поэтому все начали пилить объектовое. Вешать какой-то РЭБ на объекты. В результате чего мы видели позорище в Казани не далее, как сегодня.
Испытания новейшего беспилотника, тяжелого, дальнобойного, на 10 тысяч километров предполагается, что он летит, и сколько-то тонн груза с собой везет. Они закончились тем, что он упал на чей-то жилой дом просто потому, что испытатели не знали, что там включен какой-то РЭБ, который кто-то понаставил для защиты, опять же, от хохлов, понятное дело.
Это сегодняшняя ситуация, из новостей. И этот опытный образец, стоимостью вместе с разработкой, со всем — миллиарды, упал на сарай. Я не понял, убил он кого-то или нет, но его дымящиеся обломки лицезрела вся Казань. Это тоже так.
То есть действительно надо прямо на очень высоком уровне менять именно логику. И главное, что должно быть изменено, это — что защищать-то надо не объекты. Защищать надо в первую очередь сами процессы. То есть не аэропорт Шереметьево защищать, а защищать перевозки.
Защищать взлеты, посадки и процесс перемещения людей, грузов и всего остального по воздуху. Понимаете разницу? Поэтому, конечно, нужны были кадровые решения срочные. И после кадровых должны и другие решения появиться на более высоком уровне, чем уровень одного отдельно взятого Минтранса. Но это мое мнение.
Там и военные должны по-другому реагировать, и МЧСники, и много кто еще. Нам надо работать именно на уровне алгоритмов и процедур реакции на разные события и угрозы. Но это все опять в конечном счете восходит к тому, что «ни мира, ни войны», если вкратце.
А на этом фоне все это затмила личная трагедия Романа Старовойта, которую все и обсуждают два дня. Вместо того, чтобы обсуждать то, о чем я сейчас говорю.
ИК. Семен, добавишь?
СУ. Давайте контекст восстановим. Буквально в это же политическое время срок получил Тимур Иванов.
АЧ. Да.
СУ. Да. Я — маленькую таблетку для памяти, короткой. Для меня это один большой процесс, в рамках когнитивной войны, который сильно давит на общественную эмоцию зрады нашей. Это работа над ошибками. И внутри этой работы над ошибками есть масса витающих вопросов, которые только обостряют наше двоемыслие.
Эти вопросы практически все касаются хозяйственной деятельности. Почему? Потому что последние пять лет двигалась тема «денег нет, но вы держитесь». Был взят курс: санкции, вся история, надо как-то подужаться. И налоги поэтому надо поднять, и пенсионный возраст.
А когда вскрываются истории, связанные с хищением общего, это уже очень важно. Почему? Что такое Министерство обороны? Это неприбыльное министерство в принципе, как и Министерство здравоохранения.
АЧ. Образования.
СУ. Образования, да. Не может быть вопросов: «учителя, почему вы не зарабатываете?» Нет, это наше общее.
АЧ. Как это не может?! Дмитрий Анатольевич, помнишь: «а те, кому хочется денег, пусть идут в бизнес».
СУ. Это как и «денег нет, но вы держитесь». Это все оттуда. И на этом же был основан — мы это еще в первой части, в «Военно-политической философии» часто разбирали — тезис про общественный договор в 90-х. То есть: государство, вы не суетесь в нашу общественную жизнь, а мы вас не трогаем, что там и где происходит. Ну нет денег и нет денег, и хорошо.
Но курс менялся. И тут оказалось, что их не просто — есть. А их сверхмного. Мы же понимаем, что когда речь идёт о… Это ещё с полковника Захарченко началось, это был общественный шок, когда какой-то решала в чине полковника — стало непонятно, то ли это деньги, которыми он оперировал, или это так называемый общак. А если общак, тогда где сообщники? Сколько там было хулиардов? Это невероятно. Это еще другие немножко деньги, до их подешевения. Это был силовик именно, не коммерсант.
На этом стыке общих денег рождается самое главное недоверие. А удар по доверию — это основной удар в когнитивной войне. И внутри этого всегда кроется вопрос о тех, кто выше закона. И раньше всегда была лазейка под названием «свинтить туда, где у тебя шале или дачка».
И мы видим значительную часть, в том числе людей в статусе министров. Мой любимый персонаж, за которым я наблюдаю, это губернатор Овсянников, бывший губернатор Севастополя.
АЧ. О да!
СУ. Я за ним наблюдал, когда он еще был губером и пытался там приватизировать.
АЧ. Семен, я его знаю еще раньше. Я знаю его еще начдепом в Минпромторге. Он был заурядным чиновником Минпромторга и занимался — чем? Он занимался стимулированием роста промышленных производств и развитием… Проще говоря, он распределял субсидии.
СУ. Работал стимулятором.
АЧ. Да, да. Разным промышленникам на разное оборудование. Тогда, кстати, он полюбил Кавказ, он очень часто в качестве начдепа ездил на Кавказ, потому что там, по причинам, озвученным в разборе Азербайджана, есть очень много способов правильно распределить субсидии. То есть таких, которых ты не найдешь так запросто в европейских регионах.
Поэтому я очень удивился, когда он ссыпался в Севастополь. Но я просто предположил, что поскольку он профессиональный распределятель бюджетов, то, скорее всего, там какая-то большая стройка. И его отправили распределять бюджеты уже не на строительство заводов, а на строительство оперных театров, набережных, что еще в Севастополе начали мы строить после того, как в 2014 году вернулись.
Вот он тоже принялся распределять. А сейчас, по-моему, в Лондоне сидит под арестом. Потому что когда он всё, что нараспределял, увёз туда, к нему там пришли, его там обшмонали, вытрясли просто всё до копейки и закрыли его, бедолажку.
СУ. Простой удмуртский хлопец. Он же из Ижевска, если я не ошибаюсь.
ИК. А из Челябинской области, Семен, тоже вспомним, аж два губернатора смылись.
АЧ. Челябинская область — тоже новость, по-моему, позавчерашнего дня. Там зампред местного парламента пытался улететь на своем джете куда-то в Эмираты. И к нему уже прямо на борт джета поднялись, отобрали паспорт под камеры, взяли подписку. И Росавиация не дала разрешения на вылет — вот так там было.
ИК. Да, с Челябинском вообще — история. Там два подряд губернатора свинчивали за границу. Один за другим. Второй — Борис Дубровский был, а первый – забыл. Юревич?
АЧ. Юревич, Миша, да. Макаронный король.
СУ. А я все жду, встанут ли вопросы о судьбе Сиб… Агро… где веялки, сеялки, комбайны производили, огромный холдинг, там тоже. Сибирь осталась в результате вообще практически… Комбайны уничтожили в Красноярске.
С моей точки зрения, тут все как в «Золотом теленке». Все крупные состояния нажиты преступным путем. И меня всегда удивляет знаете что? Вот работает человек на госдолжностях. У нас же все цифровизировано достаточно давно. Особенно то, что касается недвижимости, транспорта, движения капиталов, личных особенно.
Потом всплывают особняки за 300 миллионов рублей, 400 миллионов рублей. Ну неужели это не видно по ходу пьесы? Вот что меня в этом смысле смущает всегда. Вот рос человек, рос-рос, занимался, его награждали, оружием даже наградным награждали, шел на повышение, пиарился — земля пухом Старовойту, он много вкладывался в пиар, он же в ЧВК «Вагнер» прошел обучение, один из губернаторов, то есть, он активничал. И — не было вопросов.
Получается, вопросы начинаются после какого-то уровня? Или как? Или что?
АЧ. Это я тебе просто отвечу. Тут не бином Ньютона. Это одна из причин, кстати, почему, например, у нас гражданские «пиджаки» очень любят азербайджанцев, а «погоны» очень не любят. Очень просто.
Потому что гражданским «пиджакам» с азербайджанцами очень удобно вопросы решать. У тебя денег нет забор покрасить или трубу починить. Ты идешь к главе диаспоры, он тебе даст. Потом за это что-то попросит в нематериальной сфере — или землю, или еще что-то, нормально расторгуешься. Очень удобно.
А силовики их ненавидят. Потому что у них — вот такие папки лежат в сейфах на всех. А им нет сверху политического разрешения на то, чтобы их пустить в ход. Так что в этом смысле – да, у служб есть на всех папки. Да, службы все видят. Но в том-то и дело, что маховик наказания запускается только тогда, когда на определенного этого самого есть на более верхнем уровне появляется разрешение, что — да, вот этого можно.
И понятно, почему так. Потому что не хотят будоражить народ слишком большим и слишком частым сбросом в него бояр с зубцовой стены.
У нас количество людей, на которых есть материала достаточно, чтобы закрыть их надолго, гораздо больше, чем тех, кого реально судят, задерживают, сажают и так далее.
СУ. И к чему приведет такая система? Она приведет либо к тому, что на госдолжностях будут работать представители коммерческих семей, которым самим не надо ни в чем участвовать, как представители; либо безынициативные исполнители. А попробуй инициативу прояви — нафиг надо.
АЧ. Нет, всех спасет искусственный интеллект. У нас просто будет электрический чиновник. У электрического чиновника же нет жены, любовницы, дачи, всего остального. Он будет на этом основании честным.
СУ. Да это потому, что нет у нас контура параллельного управленческого. Я сейчас включаю профдеформацию советскую. В чем была сила партсобраний? Я сейчас не беру про политику, идеологию и прочие вещи. Там, когда руководитель начинал загоняться, и у него начинались какие-то проблемы, ему в откровенном разговоре — у нас это очень сильно отражено в культуре, производственные показатели, приписки, самое известное это «Премия», наверное, и фильм, и книга — руководителю именно в этой форме [говорили прямо]. Потому что у нас в рабочих отношениях «начальник – подчиненный» приказы не обсуждаются, а вот на партсобрании, извини меня, начальнику можно выкатить и претензии. А когда этого нет, образуется иной тип совета.
Я напоминаю, что все формы управления на Руси и до сих пор носят формы совета. Посмотрите на нашего Владимира Владимировича Путина. На что он опирается? Разные формы советов. А потом уже идет исполнительная власть.
У нас даже начальнику негде выкатить тет-а-тет. Не в блоге же ты будешь это записывать. В этом смысле и инстинкт самосохранения часто пропадает. Ведь что такое банда, мафия, в чем ее особенность? Эта круговая порука приводит к самооблучению собственной пропагандой. Начинают чувствовать себя выше закона, все сходит с рук, и плюс включается внутри этого круговая порука. Помните, как в «Любовь и голуби»: «простите, что помешал вам прятать ваши деньги».
Ничто так не объединяет как общее преступление и тем более общий распил денег. Это почти как совместная трапеза. Это — мамонта разделываем, что-то такое еще оттуда. Поэтому эти пузыри возникают. И если нет никакой альтернативной реальности, где можно сказать, что — ты загоняешься или рискуешь, это плохая ситуация.
АЧ. Семен, но я бы поднял, честно говоря, ставки. Здесь от институциональной рамки, которую ты предложил, я бы поднялся на уровень, умно говоря, фундаментальной антропологии.
Один из самых произведших на меня сильное впечатление комментариев в телеге по судьбе Старовойта был такой: обратите внимание, ведь Старовойт – это же типичный, эталонный, таких на питерском форуме международном экономическом 90% участников, человек про успешный успех. То есть у него все атрибуты — глава подведа, начдеп, замминистра, губернатор, министр.
У него коллекция дорогих часов, у него особняк в элитном замкадье, у него молодая любовница с внешностью жены футболиста.
ИК. Да и сам молодой, симпатичный, спортивный.
АЧ. Ну да, но все равно в два раза ее старше. У него автомобили премиальные. Он все делал правильно по модели гламура нулевых. Он говорил нужные патриотические слова в камеру, участвовал во всех карьерно-технократических месилках. Он отличник этой школы успешных людей.
Он все делал по правилам системы. У него была башня, которой он всегда был лоялен, в фарватере которой он всегда двигался. Что он делал не так, если посмотреть условно из 21 февраля 2022 года? Кому надо, отстегивал, кому надо, присягал. Какие надо вещи говорил, какие надо должности занимал. Он очень «по правилам».
Понятно, что это не те правила, которые для лохов, а те правила, которые для пацанов нормальных. Но все равно все по правилам. И вот что-то сломалось. Что?
Для меня здесь как раз самое главное — это именно антропологическая история. Семен говорит про партсобрание, а я скажу, в селе церковь эту роль выполняла. Собираются люди на воскресную службу и обсуждают, что у кого как. Община. Буквально.
Вертикаль нормально работает только когда рядом с ней горизонталь стоит.
Одни другим подчиняются только тогда, когда в одном месте. Когда есть рядом другое место, где они уже приходят как равные и друг другу высказывают то, что думают, только тогда это все работает.
А если твой жизненный идеал – это именно личный успех, ну и его атрибуты, которые можно демонстрировать в Инстаграме или где-то, чего удивляться? В этом смысле для меня история со Старовойтом характерна именно тем, что она — модель. Тем, что десятки тысяч, если не сотни таких старовойтов, больших и маленьких, в которые у нас по градам и весям из самых амбициозных молодых людей и не очень, вербовались.
Им сейчас время задуматься — а туда ли я живу.
СУ. Да. Еще очень важно, это поступок скорее западный, когда Великая депрессия, массовые самоубийства представителей среднего класса. В нашей культуре этого не было. В нашей культуре, в принципе, спуститься на социальное дно – это… «От сумы и от тюрьмы не зарекайся», — нас учат с детства. Правильно же?
АЧ. Да. Я уж молчу, что самоубийство – смертный грех само по себе.
СУ. Я беру именно социальный сюжет, когда успешные люди ради успеха, и потом, где это проходило постоянно. Это очень американская модель, которую мы [видели] особенно в период Великой Депрессии.
Тут самый главный вопрос для меня – это вопрос контура денег и вообще соблазна. Если физическое лицо, человек будет иметь доступ к капиталам предприятий… Я прихожу к выводу, что у нас должно быть три рубля: рубль внешнеэкономический, рубль, обеспечивающий работу наших предприятий и рубль внутри потребительской экономики. И между ними клапаны должны быть.
Давайте посмотрим по данным судов, следствий. Как произошла ситуация? Открыли бездонную бочку, когда началась СВО: типа делайте что хотите. Так-то у нас государевы деньги под серьезную процедуру выдаются, тендеры, Алексей Викторович больше об этом знает. А в той ситуации, так как был кризис, открыли сундук со сказками: черпайте. Конечно, это огромные соблазны, особенно внутри этой ситуации. Надо, кроме всего прочего, еще и на корню обрубать сами возможности.
Почему-то у меня налоговая прекрасна. Что-то у меня происходит она сразу видит, что нужно что-то доплатить. Никаких проблем.
АЧ. Семен, Иван, я уже буду умолять буквально. Не думайте вы, что такие вопросы можно решить только на этаже институциональных и ограничительных процедур.
Самое главное — с личной человеческой мотивацией что происходит?
Чего хотел этот Роман?
Ведь по-хорошему, по-человечески стреляться надо было тогда, когда из-за того, что ты укрепления не построил, там погибла куча людей и пострадала,
которые за тебя – внимание! — голосовали на выборах губернатора Курской области. А тебе ровно было в этот момент. Ты в этот момент не стрелялся, ты в этот момент был федеральным министром и писал стратегию развития транспортной отрасли до 2035 года.
ИК. Да, кстати, да.
АЧ. Сколько триллионов на нее надо туда, а сколько сюда. А тут — надо же, что-то случилось.
Здесь-то вопрос: что за люди, что за человеческий материал, чего хотят, к чему стремятся. Здесь я уже на поляну Семена — ведь все-таки
советская система ценна была не тем, что она что-то кому-то ограничивала, а тем, что она еще при этом людей воспитывала и перевоспитывала все время.
Пыталась это делать, пока у нее это еще хоть как-то получалось. Она, кстати, с этим не справилась.
Воспитательная функция в какой-то момент начала деградировать. Это происходило медленно и поначалу незаметно, но потом количество в качестве перешло. И случилось то, что случилось. Но, тем не менее, как по мне, если человек хочет и стремится, и для него цель – это все то, что имел Роман Старовойт, и это и есть то, ради чего он живет, то ты — ограничивай, не ограничивай, вводи два контура, три контура. В Китае вон их сотнями стреляют каждый год за коррупцию, и все равно воруют.
СУ. Так правильно. В этом смысле более честная идеократия, которая в Китае и которая была у нас.
Как только ты входишь в контур власти, у тебя другое право.
В контуре власти ставка выше, чем в контуре общества, естественно. В этом смысле это честные правила игры. А у нас постсоветское наследство какое? Власть — это коммерция. Мы приходим к власти, вкладываем деньги в выборы, откуда это всё было. Потом это всё конвертируем в какие-то посты и где-то что-то расторговываемся. Кто-то на комитете сидит, в каждую область…
Мы профдеформированные с Алексеем в этом смысле, в каждый регион опускаешься, до каждого города опускаешься, и вокруг каждой функциональной единицы власти, любой — город, село — есть, я это так называю образно, «трансформатор власти», так его представим. А в трансформатор власти входят уже и люди по чину, и люди по капиталу, и люди по авторитету. Как, например, директор рынка. В любом самом маленьком райцентре это представитель власти. И — ого-го какой власти.
Чаще всего он не занимает никаких должностей, может быть, владелец скорее, сейчас у нас владельцы, но максимум депутат горсовета. Но это такой депутат горсовета, что — мама не горюй. И вот то, что ты говоришь «качество материала». Качество материала определяется коллективом, которым носитель власти обрастает, этим трансформатором власти.
И если действует модель «власть как коммерческое предприятие», то он будет обрастать директорами рынков, коммерсами мутными, подрядчиками, и дети у него будут такие же.
АЧ. Извините, коллеги, в этом месте не могу чуть-чуть не помемуарить. Как-то я приехал в один из кавказских регионов, будучи на тот момент советником Володина еще. А там был мужик, владелец рынка сантехники, «унитазный король». И он очень хотел стать депутатом регионального парламента.
И вот он начал строить на меня коммуникацию. Как бы сделать так, чтобы я помог в Москве договориться, с региональными властями договориться, чтобы он мог конвертировать свой статус владельца рынка сантехники в место в региональном парламенте. А я решил повеселиться. Интересный же кейс, человек действительно унитазами торговал.
Я начал его спрашивать: «Хорошо, ты хочешь быть депутатом. А какая твоя политическая позиция? А что ты хочешь делать для жителей края? А как ты относишься к проблеме экологии?» Он на меня смотрел шестиугольными глазами, говорил: «Так вы мне скажите, за что там надо голосовать, я за всё, я же свой, буржуйский!» «Нет, а сам-то как думаешь?» Он в какой-то момент вышел: «Да никак не думаю! Скажите, как надо думать?»
СУ. А потом такие люди говорят: скажите, что наврать на выборах, что там начесать электорату.
АЧ. Да-да-да. Типа того. Ну и в общем, я поржал, конечно. Но само это — он просто пытался понять.
ИК. Подожди, Алексей, так выбрали его?
АЧ. Нет, конечно. Ну, то есть, смысл какой? Вы чего? За кого вы меня держите? Что я возьму эти унитазные деньги и поеду в Москву вопросы решать, чтобы его депутатом сделать? Но я себя тоже не на помойке нашел.
СУ. «Шесть КАМАЗов арбузов и — депутат горсовета! Идет?» — «Идет».
АЧ. Просто сам заход, понимаешь? Сам заход. Это тоже как раз из нашей жизни. А потом на вершине этой иерархии стоят вот такие министры, у которых все получилось в жизни, а потом внезапно все сломалось.
СУ. Я почему еще наблюдаю за этой историей? Там есть один персонаж. который сейчас сидит, это депутат местный, курянин, Васильев такой, Максим.
АЧ. Да.
СУ. Он прославился в свое время пивным приветом из Мексики. Но я-то его раньше считал, я чуть-чуть рассказывал, это был десант в Евпаторию очень мутных курских персонажей. Они тут пытались избраться от Компартии, кстати. И тут очень они наследили.
Это 2015, по-моему, первые были выборы в Крыму, уже в российском. Это была эта крымская — я сейчас не про Старовойта и вокруг него, а это еще один из персонажей. Он один из главных субподрядчиков, судя по материалам, был. Я видел эту попытку зайти в крымские края, когда здесь местных хватало, а ещё гастролёры появились, это был переходной период, куча денег выделялась без всякого контроля. Я следил и ни разу не удивился, когда потом всплыли эти же фамилии.
А сейчас самый главный вопрос, публично это дело будет дальше двигаться или не будет. Потому что самоубийство – это яркий факт. Если речь идёт о растрате и хищениях, а в чем главная фишка именно этой ситуации, тут речь идёт не просто о потенциальном воровстве. Я не про Старовойта, а о тех, кого сейчас обвиняют, у которых он был начальник.
Речь о крысятничестве. Воровство не просто общих денег, а — на трагедии и на человеческих жертвах.
АЧ. На крови.
СУ. На крови, и это конечно больше, чем просто воровство. Интересно, будет ли из этой ситуации что-то сообщено, например, какая собственность будет арестовываться. Если речь пойдет, как мы видели на примере Иванова, там всплыло очень многое.
Но активы нельзя спрятать. Мы живем уже внутри цифровой экономики. Куда ты их спрячешь?
ИК. Ну да, это интересный вопрос. Наши зрители, кстати, точно такой же примерно задают.
Почему нет публичных комментариев от руководства нашей страны, не обязательно от президента, но от кого-либо другого еще по этому делу? И будет ли дальше продолжаться все это дело в публичном пространстве?
АЧ. Раз уж мы в этой теме, все-таки хочется сказать, что не будет полной, не будет достаточной реакция, или картина мира, или реконструкция, чистота понимания, если мы не увидим вот что.
В Южной Индии есть такие племена, у которых еда – дело глубоко интимное, и это надо делать наедине, закрывшись ото всех. И если тебя кто-то увидит, как ты ешь, это очень стыдно, это опозориться. А вот зато – обратно, испражниться, наоборот, дело публичное. Этим все без всякого стыда и стеснения занимаются на улице. Культур-мультур такой.
Так вот у меня ощущение, что мы и есть – те племена. Что в ситуации, когда иерархия успеха, иерархия достижений, иерархия социальная строится не исходя из того, как ты заработал, а как и сколько ты потратил — это буквально же аналогичный процесс. Не то, как ты съел, а то, как погадил.
И вся витрина твоих достижений — Инстаграм, не Инстаграм, тачки, часы, бренды и все остальное прочее — это именно то, как я шикарно живу на те ресурсы, которые у меня – откуда? А вот это тайна, ребята. Это не ваше дело. Еда — дело глубоко интимное, как у [южных индийцев].
Главное, что должно поменяться, это — что ты по жизни делаешь. То, на что ты живешь, откуда ты это взял.
Здесь даже не вопрос — сколько, вопрос — как, вопрос — чем ты по жизни занимаешься, что ты такого сделал, хорошего, плохого, какого угодно, на что ты живешь.
А как ты тратишь то, что ты заработал — это становится вопросом глубоко вторичным в этой ситуации. Действительно частным, не самым важным и так далее.
Главный вопрос – это то, чем ты занят, то, чем ты зарабатываешь на хлеб. Это достойное занятие или нет?
Вот что хочется поменять в первую очередь. Вот в чем моя главная претензия к сложившейся системе. Причем я не государство имею в виду. Я имею в виду строй, в самом советском смысле этого слова. Строй, который у нас получился после 1991.
ИК. Да, хорошая параллель, хороший пример с индийскими племенами.
Семен, добавишь еще что-нибудь? Да будем уже финалиться, братцы.
СУ. Я тогда тоже на этой волне. К сожалению, об этом вся культура наша. А мы уже в том возрасте, когда общаемся с разными людьми, которые и уходят. Учат же про капитализм: «время – деньги».
Очень мало кто осознаёт, что много времени — намного ценнее, чем много денег.
Но вопрос, как использовать время, это то, о чём говорил Алексей, это вопрос строя и воспитания. На примере Инстасамки и других — это люди, добившиеся денег, но как они бесполезно тратят своё время, демонстрируя откровенную хрень. Демонстрация хрени, с моей точки зрения, должна быть и порицаема, и наказуема. Это как жопу показал — мы же за это штрафуем?
А почему за то, что ты дурь показал, мы не штрафуем? Это тоже оскорбление, не просто общественных чувств, это еще и оскорбление общественного разума.
Мы же признаем, что у общества есть чувства. Давайте признаем, что у общества есть разум.
Вот, мне кажется, важная мысль.
Разум тоже можно оскорбить и замутить. А это приводит к деградации.
ИК. Спасибо. Спасибо, друзья. Спасибо всем, кто смотрел наш сегодняшний стрим. Вообще, друзья, смотрите наши стримы и подкасты. Подписывайтесь на «Чистоту понимания». У нас много содержательного, много интересных разборов, уникальных оценок происходящего.
Это важно для продвижения наших подкастов и стримов. И обязательно подписывайтесь на телеграм-каналы наших ведущих Алексея Чадаева и Семена Уралова. Там есть анонсы наших выпусков. Следующий, как обычно, в ближайший четверг.
Братцы, благодарю вас. Всем спасибо тогда. До встречи снова.
АЧ. Пока.
Словарь когнитивных войн
Телеграм-канал Семена Уралова
КВойны и весь архив Уралова
Группа в ВКонтакте. КВойны. Семён Уралов и команда
Бот-измеритель КВойны
Правда Григория Кваснюка
Было ли это полезно?
8 / 0
