Стрим в Telegram от 22 июня 2024
Диалог Семёна Уралова и Темыра Айтечевича Хагурова
Семён Уралов. Здравствуйте, уважаемые слушатели! Понедельник, 22 июня 2024 года, а значит самое время «Социологии здорового общества», наших бесед с Темыром Айтечевичем Хагуровым, социологом-девиантологом, проректором Кубанского государственного университета. Сегодня, пока мы собирались и стартовала трансляция на Youtube, мы слушали песню, которая, говоря современным языком, является саундтреком к фильму, который мы сегодня будем разбирать в рамках нашей рубрики разбора советской античности, фильма «72 градуса ниже нуля». Я прошу всех слушателей в эфире, кто у нас сегодня в Telegram, кто посмотрел этот фильм, пожалуйста, поднимите лапки, чтобы мы понимали, так будет интереснее. Кто смотрит нас в Youtube, пожалуйста, напишите в чате. Темыр Айтечевич, вечер добрый. Рад вас слышать. Расскажите, видели ли этот фильм вы ранее или посмотрели впервые, как я? Какие-то отрывки я видел, они у меня всплывали, но полностью не помню его.
Темыр Хагуров. Добрый вечер, Семён Сергеевич, добрый вечер, уважаемые слушатели. Нет, фильм, к сожалению, раньше мне видеть не приходилось. Я не видел даже обрывков, поэтому я с большим удовольствием посмотрел его на выходных, это действительно выдающийся пример кинопроизведений советской античности, он правда заслуживает того, чтобы его посмотрели и обсудили.
СУ. Да, к своему стыду, я не знал точно, из какого фильма эта выдающаяся песня Высоцкого «Белое безмолвие», она вообще для всех, кто любит север, хотя в фильме, на самом деле речь, идёт о юге, и самом-самом Крайнем Юге, а не Крайнем Севере. В нашем восприятии массовом больше в представлении с покорением Арктики много чего связано с Россией и с Севером, а Антарктика — это сугубо советский сюжет. Это сюжет XX века, только Советский Союз начинал это, и сейчас мы продолжаем. Романтикой севера пропитана вся наша культура, и она является одной из, наверное, отличительных черт.
Мы самая северная мировая культура и самая северная цивилизация, только мы можем выживать в таких широтах.
Хотя мы сейчас с Темыром Айтечевичем находимся на южных широтах, но это исключение, скорее, чем правило для России.
Темыр Айтечевич, прежде чем перейти к нашей античности, поговорим сначала с позиции девиантологии о текущей повестке, обменяемся наблюдениями. Мы все находимся в повестке глобальной и в повестке выборов в Соединённых Штатах. И вот, [произошло] снятие кандидата Байдена. Нас интересуют не подробности, связанные с политикой, а именно с рефлексией и с реакцией общества, потому что достаточно сильно политизируют, в том числе в России, предвыборные страсти в США. Кто-то из госпропагандистов вообще зациклился на предвыборной кампании в США, кое-где надавливают на мифологическое мышление части нашей аудитории отечественной и пытаются выдать Байдена за некую палочку-выручалочку, что всё само по себе произойдёт. Я сегодня написал по этому поводу несколько постов.
Темыр Айтечевич, учитывая, что у нас сегодня ещё и эфир перед вашим отпуском, последний в сезоне, расскажите, как в среде наших учёных, в академической среде это отразилось, обсуждают ли. Мне интересно общественное наблюдение, как это происходит, и ваше отношение. Что мы можем видеть важного в реакции общества и политизированной части на это событие?
ТХ. Вузовские сообщества сейчас существуют в двух режимах. Бóльшая часть профессуры и преподавателей ушла в отпуск, им предстоит пару раз выйти в начале августа на вступительные экзамены в аспирантуру, в магистратуру, а те, кто остался, задействованы в рамках приёмной кампании. Это главная головная боль сейчас для всех вузов. Персонал, который в строю, целиком сконцентрирован на рабочих вопросах. Там много объективных сложностей, у всех без исключения, я имею в виду вузов. Поэтому политические новости отходят на второй план. Та часть персонала, кто остался в университете, озабочена текущими вопросами, большинство совещаний, кулуарного общения рабочего связано с этим.
СУ. То есть своя кампания.
ТХ. Скорее, это даже рабочие задачи, приёмная комиссия — это то, что определяет жизнь вуза на следующий год, это касается и бюджетных мест, и внебюджетных, целевой приём имеет свои сложности. Те, кто в теме, меня поймёт, что это очень сложная многоплановая задача, это со стороны кажется, что идут абитуриенты, несут документы. На самом деле там очень много подзадач, подсистем. Все, кто остался на работе, заняты этим. Поэтому обсуждение проходит по касательной, есть несколько чатов наших профессиональных, преподавательских, где какие-то новости мы друг другу пересылаем, и там как-то эта тема подсвечивается, ей внимание уделяется. Хотя градус политической заинтересованности сейчас снижен. Лето, жара, приёмная кампания, отпуск — вот факторы, которые нас отодвигают.
СУ. Принято. Тогда ваша рефлексия. На что обратить внимание? Я не хочу, чтобы мы останавливались на личности Байдена и вообще к чему это всё, но событие важное, информационный сигнал нашёл отражение, отражение начало уже излучать свой сигнал и, как говорит Хомски, медиакратия включилась, когда сигнал начинает управлять самим собой и увеличиваться в прогрессии. Так это попадает во все информационные пузыри, и ты уже никуда не денешься,
если ты хотя бы чуть-чуть политизирован, то Байден тебя достанет везде.
Но это в контексте пропаганды и когнитивных войн. А мне интересно с позиции девиантологии, что это за сюжет в политике глобальной нашей, и как это у нас отражается.
ТХ. Здесь, наверное, надо несколько точек зрения различать. Во-первых, объективно, любые политические процессы в США, связанные с борьбой за президентский пост, то есть с тем, какие группы в США будут контролировать верховную официальную политическую власть. Это вопрос важный для всего мира. Нравится нам или нет, США пока остаются мировым гегемоном — такая поздняя Римская империя со всеми признаками упадка, которые очень любят некоторые наши лидеры мнений преувеличивать, делая акцент на разных проблемах внутри Соединённых Штатов, провалах внешней политики. Всё это имеет место, но США остаётся державой номер один, и нет СССР — альтернативной державы номер два. Россия при всех своих возможностях [не претендует на эту роль,] и наше начало специальной военной операции — это дерзкий вызов более слабого противника более сильному. Поэтому, конечно, мы должны этим интересоваться.
Понятно, что идёт острая, может быть, даже беспрецедентная борьба между (я бы даже в чистом виде так это не называл) республиканцами и демократами. Дело в том, что внутри и республиканцев, и демократов существуют разные политические группы и кланы. Мы видим явно диссонансы внутри самой демпартии как политического целого и всё, что связано и с выдвижением Байдена на второй срок, и с объявлением сейчас о его сходе с дистанции. Это свидетельство глубокого внутреннего конфликта внутри именно демократической партии, там, очевидно, разные кланы борются за власть. Обамовский клан представлен Камалой Харрис, который сейчас в качестве вице-президента, её называют вероятным кандидатом, и она объявила о том, что она будет пытаться бороться за выдвижение себя в качестве кандидата в президенты. Но явно не все в демпартии это поддерживают.
Эти процессы анализировать нужно, нужно понимать, что в случае прихода разных глубинных политических групп к власти может по-разному меняться вектор американской внешней политики. Но при этом очень важно понимать глубину этих изменений. Дальше ракурс такой — что ненормального в том, как многие наши эксперты средства массовой информации реагируют на происходящие события. Вместо сдержанной аналитики и попыток понять и спрогнозировать возможное развитие сценария в случае победы Трампа на выборах, победы представителей обамовского клана, либо других кланов внутри демпартии, либо, может быть (такое тоже не исключено), попыток этих кланов какой-то альянс заключить, найти компромиссных кандидатов, при всей харизматичности Трампа и его поддержке, вместо этого мы начинаем кидаться из крайности в крайность.
Здесь я полностью согласен с той мыслью, которую вы в своих постах сегодня отражали, что почему-то у нас преувеличенные надежды: вот, Байден плохой, придёт Трамп, он будет хороший, с ним можно будет договариваться и т. д. Иногда встречаются чуть ли не такие оценки, что Байден плохой, глобалист и представитель этого глобалистского сообщества, а Трамп — это чуть ли не американский почвенник. Make America Great Again, этот лозунг — это то, что нам созвучно, с ними можно договориться.
Нужно понимать, что
для Америки мы стратегический враг номер один. Мы единственные, кто осмелился на силовое противостояние с Америкой в связи с началом СВО.
И здесь весь вопрос, какова будет стратегия деятельности американцев. Мириться они с нами не собираются, это очевидно. Брать паузы, искать варианты заморозки конфликта, наращивания сил и потом нового удара по России, перекладывать ли бремя этой войны на плечи европейцев, и это пока наиболее вероятный сценарий, об этом уже и Вучич высказался в Сербии, что Европа собирается воевать с Россией, и сами действия европейских политиков, увеличение военных бюджетов, совместные учения, риторика и принимаемые вслед за риторикой организационные решения говорят о том, что Европа готовится к войне. Поэтому — победит Трамп или, условно говоря, Камала Харрис, для нас может означать тактические какие-то возможности.
Наверное, администрация Трампа в чём-то будет более договороспособна, а в чём-то это будет более радикальный образ действий, потому что республиканцы нас ненавидят не меньше демократов. Тут разные оттенки этой ненависти.
Многие сенаторы-республиканцы очень категорично высказывались и продолжают высказываться в отношении России. Мы для них остаёмся стратегическим врагом. И исходя из этого, наверное, и нужно строить медийную повестку, чего, к сожалению, не происходит.
И вот здесь ваша мысль о том, что
мы продолжаем оставаться когнитивно зависимыми от американской политической повестки,
к сожалению, справедлива. Да, действительно, это так. Многие лидеры мнений такую интеллектуально-политическую самостоятельность обрести не могут, включая, в том числе, и официальных пропагандистов, и средства массовой информации.
СУ. Принято. Хочу добавить к вашей оценке ещё один контур. Есть политизированное меньшинство, а есть зеваки, которые изображают из себя политизированное меньшинство за счёт увлечения внешней политикой. А внешняя политика — это сфера, в которой очень просто включать режим пикейных жилетов, высмеянных Ильфом и Петровым.
— Бернсторф — это голова! — отвечал спрошенный жилет таким тоном, будто убедился в том на основе долголетнего знакомства с графом.
— А вы читали, какую речь произнёс Сноуден на собрании избирателей в Бирмингеме, этой цитадели консерваторов?
— Ну, о чём говорить… Сноуден — это голова!…
Псевдополитизация за счёт того, что человек якобы считает, он политизирован и увлекается внешней политикой, а на самом деле следует просто медиаэмоциональным волнам и закрывает какие-то свои потребности. Это явно никак не связано с политической деятельностью и с подлинной политизацией. Это очень хорошо видною Если наши медиа внимательно следят за внешнеполитическим аспектом, то тогда у них не мог бы пройти без внимания, например, стратегический пленум Центрального комитета Коммунистической партии Китая, который определял стратегию развития до 2030 года. Этот контур для России более важен, и как минимум, он должен быть уравновешенным. На самом деле это никакая не внешняя политика.
Политика — это слежение за информационными сигналами, которые они используют в своей повестке, а мы просто подыгрываем. Это имитация, политизация, а на самом деле — просто накачка зависимости от когнитивных качелей «зрада–перемога», то есть эйфория–депрессия, качание между этими двумя крайностями. Человек на них подсаживается под видом внешней политики, никакая это не политизация. Люди, которые много пишут — я за коллегами слежу — о Камале Харрис [ничего не знает], мало кто даже биографию её читает. Но это уже глубоко вторично, просто это важно для нашей аудитории, кто за чем следит. Помните, что
есть информация, а есть всякая дрянь, которая подмешивается в информацию, и чаще всего под видом чего-то осмысленного вы получаете дозу эмоций.
А внешняя политика — это отличное поле для спекуляций, никто в этом ничего особо не понимает, можно делать любые безответственные заявления, потому что к ответственности тебя не привлекут. Это же иностранная политика, заграничная, тем более ещё и врагов, не союзников. Это тебе не про внутреннюю, особенно про какую-нибудь, где ты живешь, политику, какие-нибудь слухи пораспускать. Поэтому будьте осторожны, будьте внимательны. И самое главное, помните, что
когнитивная война — это охота за вашим вниманием и за вашим временем.
Его, на самом деле, не так уж и много. Это то, что я хотел добавить ещё к этой ситуации и её отражению в нашей действительности политической.
Ну что, Темыр Айтечевич, переходим к фильму?
ТХ. Ещё одно добавление по политической ситуации.
За всеми этими настойчивыми попытками сказать, что «придёт Трамп, и всё у нас будет хорошо, мы с ним договоримся, и конфликт закончится» [стоит] потакание невротическому стремлению достаточно большой части общества,
тех, кого можно называть хатаскрайниками, или тревожного большинства, тех, кто говорит: слушайте, скорее бы всё это закончилось, вернуться к благополучному, нормальному обывательскому существованию, чтобы никакие внешнеполитические бури нас не тревожили.
Это невротический характер носит, попытка погасить тревогу, дискомфорт.
«Вот придёт Трамп — и всё будет хорошо».
Эти надежды тоже постигнет разочарование, и градус негатива в обществе тоже в связи с этим повысится.
Какая-то часть из тревожного лагеря переместится в патриотический, какая-то часть упадёт в более глубокую депрессию.
И это тоже повод задуматься на тему общественных настроений. Завершая эту тему, ещё вот такой комментарий.
СУ. Да, согласен. Такая ненужная политизация может потом дорого обойтись.
Темыр Айтечевич, мы переходим к фильму «72 градуса ниже нуля». Уважаемые слушатели, кто у нас в «Телеге», пожалуйста, те, кто смотрел этот фильм, и те, кто планирует посмотреть после разбора, поднимите, пожалуйста, лапки. Очень интересно, тем более многих мы знаем как постоянных слушателей. Вот, как минимум, Артём и Амир смотрели.
Итак, с чем мы имеем дело? Почему это античность? Я напоминаю,
античное в нашем методе разбора — это особое произведение искусства, которое апеллирует всегда к чему-то большему, чем просто развлекать.
Центральная задача и функция современного искусства, которое сшито по лекалам штатовского, голливудского (массовое искусство, кинематограф) — это развлечение, а уже дополнительно к функции развлечения что-то может примешиваться. Конечно же, остаётся театр, остаётся много сфер культуры, где сохраняется [традиционный] подход. А советское массовое искусство и [в частности] кинематограф, по меткому утверждению Ленина, был одним из самых важных, туда вкладывались много, он выполнял именно эту функцию, где развлечение вторично, но зрелищность тоже достигается. Этот фильм снимали в Антарктиде, туда специально выезжали для съёмок, очень много натуральных съёмок.
Также обратите внимание, что в этом фильме снимаются звёзды советского кинематографа в самом расцвете сил. Там мы можем наблюдать и Абдулова, и Кононова, который через пару лет станет очень знаменитым [и у детей], благодаря роли космического пирата Крыса в детском фильме, одном из моих самых любимых, «Гостья из будущего».
Там же снялся секс-символ советского кино, наравне с Абдуловым, Олег Янковский, который в свойственной ему манере играет негодяя. У него часто демонический образ.
При этом фильм, обратите внимание, очень короткий, он всего час пятнадцать минут, событий там очень много. Мы привыкли смотреть сейчас двух-, трёхчасовые ленты, это стало нормой, там всё растянуто, при этом акценты делаются на операторское искусство. Всё шикарно, кадр выстраивается. А тут — съездили в Антарктиду для съёмок, тем не менее, фильм всего час пятнадцать минут.
Снято на Ленфильме в 1976 г., вышел фильм в 1978 году, это как раз пик развития Советского Союза, через несколько лет будет Олимпиада. В качестве саундтрека звучит песня Высоцкого. Причём в начале она звучит в исполнении Высоцкого, а в завершении фильма её исполняет один из героев.
На что ещё обратите внимание? Фильм начинается с документального обращения самого полярника о том, что это не просто фильм, он основан на реальных событиях.
Вторая особенность советской античности — что это фильмы, снятые по мотивам. Даже формулировка была советская, она присутствует на заставке, по мотивам какой-то повести или романа. Фильм «72 градуса ниже нуля» снят по мотивам повести Владимира Санина. По мотивам — это не значит, что что-то переиначивали. Это значит, что [в сценарий] входило намного меньше, чем в основном произведении. В этом смысле эти произведения советской античности кинематографической ставили своей целью, чтобы люди с этим ознакомились, это был большой рекламный ролик книг, которые считались важными. Это вкратце мой вводный рассказ об этом фильме.
Кратко фабула. Фабула простейшая. Это полюс, Антарктика. Станция «Восток». Там нет населённых пунктов. Поэтому снабжение всё происходит с кораблей, с моря. Стоит вопрос похода на дальнюю станцию «Восток» через две транзитные станции — «Комсомольская и «Пионерская».
Поход туда занимает короткое кинематографическое время. Буквально, как «Джонни, сделай мне монтаж». Вокруг похода обратно всё [действие фильма] строится. Это классический приключенческий сюжет. Один из архетипичных сюжетов.
Фильм посмотреть обязательно. Фильм построен на реальных событиях. Это вам не супергерои, все герои имеют реальные прототипы.
Темыр Айтечевич, вкратце интересует ваша характеристика фильма. Пока пойдём по персонажам. На что обращать внимание? В чём выдающиеся черты этого произведения, на которые надо обратить внимание?
ТХ. Это пример популярного в Советском Союзе античного советского жанра — трудовой подвиг. В самой идее коммунистического воспитания лежала идея подвига. Если совсем глубоко в её корни идти, то это, конечно, будет перенос религиозной идеи на почву светской деятельности. Это воспевание трудового подвига, трудового героизма. Героическая литература, героический кинематограф — это важнейшие инструменты воспитания личности молодого человека, и Советский Союз здесь, наверное, беспрецедентных высот достигал — в популяризации этого жанра, в его глубине, в его представлении молодёжи.
У меня, когда я смотрел фильм, возникли параллели. Во-первых, Санин, сам автор, — это действительно советский исследователь. Он жил в Антарктике, если не ошибаюсь, ему принадлежит большая книга «Новичок в Антарктиде», где он описывал свои впечатления, приключения.
А у меня возникали параллели с другим моим любимым советским автором, Григорием Федосеевым. Это участник многих геодезических экспедиций в Восточном Саяне, Алданском Нагорье, и в чём-то [их опыт] схож: невероятно тяжёлые условия природные и истории трудового подвига и совместного выживания групп людей.
Если тот же Джек Лондон, любимый многими нашими поколениями, один из любимых моих писателей (как и многие западные авторы), — это певец сильной личности, борющейся с природой, его рассказы о Севере, «Смок Беллью» и «Белое безмолвие», то наши авторы — это всегда были певцы коллектива. Фильм — это героическая песня о выживании коллектива в суровых, нечеловеческих условиях. Важность этого подвига не для себя несколько раз подчёркивается в фильме.
Ведь какой момент? Решение предпринимать экспедицию на станцию «Восток» принимается в неблагоприятных условиях. Это антарктическая осень, грядёт антарктическая зима, полярная зима. Видимость ограничена, температуры низкие, поход на Южный полюс холода, где температура падает до -72 — дело рискованное. Всегда ходят летом или весной, но тут так складываются обстоятельства, и начальник экспедиции конвоя вездеходов, Гаврилов, на свой страх и риск принимает решение идти на восток, доставить им топливо. Какой мотив? А иначе закроют станцию. А ведь это форточка в космос. Там уникальные эксперименты ведутся. Там поколения учёных работали. «Неужели мы допустим, чтобы это закрылось?»
Когда они приезжают на станцию, доставляют топливо, продукты, припасы, выясняется, что погодные условия ухудшаются, приближается полярная зима, и есть возможность улететь самолётом. И опять он говорит: «Ребята, кто хочет, улетайте, но я поведу конвой обратно. Если мы бросим вездеходы здесь, то на следующий год станцию придётся консервировать, нет других вездеходов». Кто-то принимает решение улететь — штурман, который говорит: «Нет, зачем мне это?»
Глядя на эту сцену, кто улетит, а кто пойдёт в рискованный путь обратно, рискуя жизнью ради этих вездеходов, с позиции современного потребительского сознания: «Слушайте, да своя рубашка ближе к телу. Да зачем мне рисковать, ради чего? Понятно, я могу сюда поехать на заработок денег, но какой тут героизм?» С их точки зрения, штурман поступает совершенно правильно, хотя в логике советской его справедливо называют подлецом, трусом, и [отсюда] соответствующее отношение его товарищей, которые идут в обратный путь.
И ещё одно. Там есть трагичный эпизод, когда начальник экспедиции отстал на вездеходе, замерзает, и он пишет ребятам последнее письмо:
«Ребята, держитесь вместе, вы тогда чёрту рога обломаете! Я не для себя затеял этот поход. Я старый, схожу с дистанции, а вам жить. Как вы людям в глаза смотреть будете?»
Это идея ответственности человека за страну, ответственности за своё большое дело. И здесь много таких параллелей. Знаменитый роман, художественная библия геологов, «Территория», о поисках золота на Чукотке. Много поколений геологов любят этот роман, перечитывают. Был этот героический жанр борьбы человека с крайне тяжёлыми, нечеловеческими природными условиями во имя общего дела, во имя общего блага, во имя освоения и борьбы коллективов, сплочённых команд. Это огромное воспитательное значение имело, это то, что очень мало представлено в современном кинематографе. Из последних фильмов я единственное могу вспомнить — «Огонь», который созвучен. Это рассказ о ребятах из МЧС, и, может быть, это тема какого-то из следующих разговоров.
СУ. Принято. Давайте сразу тогда разберёмся с трудовым подвигом как явлением социальным.
Итак, с чем мы имеем дело? Это в фильме очень хорошо показано. Чем трудовой подвиг отличается от подвига боевого? Как говорил герой Папанова: на войне проще — там враги, здесь свои.
Подвиг в военное время требует от человека понятных качеств. А трудовой подвиг во многом зависит от самого человека.
Очень часто трудовой подвиг ещё зависит от того, готов ли человек погрузить себя в эти условия, хотя это совершенно не обязательно.
Каким образом это отражено в фильме? Главный герой, хотя там все главные герои, как часто было в советском кинематографе, центральный персонаж, вот так правильно его называть, Батя, такой умудрённый опытом, седой, он старше всех, он получает с Земли не приказ на то, что нужно вернуть караван вездеходов назад, а разрешение вернуть. В советском кинематографе не очень умели акцентировать внимание на важных местах, с современной точки зрения. Они же не знали, какое вырастет поколение и как оно будет смотреть фильмы. Там это показано вскользь, но на это надо обязательно обратить внимание, это не приказ, а разрешение. И это разрешение коллектив для себя внутренне воспринимает как приказ.
И тут мы сразу видим первый конфликт. Тут нужно понять, это девиация, не девиация? Сразу же появляется герой Янковского. Он появляется в привычном демоническом образе, такого человека-циника, со своим мнением, но при этом и со своей правдой. Он отказывается уходить с экспедицией. Его позиция: нужно законсервировать станцию, оставить вездеходы, а самим всем добираться воздухом. Это будет уже последний самолёт.
Давайте с этим первым конфликтом и девиацией разберемся. С чем мы имеем дело, Темыр Айтечевич, с точки зрения советской античности? Воспроизводится ли эта ситуация сейчас?
ТХ. Конечно, воспроизводится. Герой Янковского, штурман, который улетает самолётом, — это такой разумный эгоист.
Вообще, сама идеология разумного эгоизма всё постсоветское время центральное место заняла, и очень долго, до 2012 года мы исключительно на ней строили всю воспитательную работу с молодёжью.
Личный успех, личное благополучие — это мотиватор любых форм поведения.
Это капиталистическая идея, влияние западного мира, или точнее, рыночного мира, личный эгоизм запрячь в тележку общественного блага.
Но это имеет свои границы. Там, где личному эгоизму что-то угрожает, человек совершенно резонно говорит: «Слушайте, а зачем мне это?» Он же говорит начальнику экспедиции Гаврилову, этому Бате, и другим ребятам: «Слушайте, ну что, шарик перестанет вертеться от того, что мы станцию законсервируем? Ничего страшного, зачем нам рисковать жизнью и с высокой вероятностью идти на смерть? Нет».
С точки зрения идеологии разумного эгоизма это нормальный поступок. Я думаю, что очень многие, особенно представители молодёжи, сегодня бы подумали, что разумно это сделать, а эти какие-то идиоты, они-то куда лезут? С точки зрения советской трудовой морали, трудовой этики и традиций героического воспитания, конечно, его поступок представляет собой подлость и предательство, и ребята, члены экспедиции, ему об этом в открытую говорят.
СУ. Да, там очень интересно устроено наказание. Когда герой Янковского на самолёте прилетает, его на станции расспрашивают, в чём дело. Оказывается, что он штурман. Штурман — ключевая должность в данном случае. Они по ходу картины с этим столкнутся. Тут же конфликт долга и [частного] чувства, как всегда в античности. Штурман, герой Янковского, сбежав со станции, поступил законно, но безнравственно. Поэтому привлечь его к ответственности нельзя. Но ему нужно найти задание, чем он будет заниматься. Его принимают только на камбуз, то есть на кухню. И в нём взыграло. Несмотря на показательность истории, герой Янковского показан личностью мечущейся, он в результате потом совершает тоже героический поступок.
Но тут, если честно, я не понял одной вещи. Давайте разберём, Темыр Айтечевич. Я таких людей, как герой Янковского, встречал частенько. Это достаточно распространённый персонаж. Он таким образом выражал своё мнение особое, и на самом деле он хотел, чтобы его поуговаривал немного Батя, как мне показалось, чтобы на него немножко надавили, он об этом и говорит: «Если бы меня попросили, я бы тоже остался, но никто не просил». Он делает потом попытку вернуться, уже сидя в самолёте, но ему говорят: «Куда? Всё, поздно, топлива не хватит».
Тут просто удивительно, почему Батя как опытный полярник, [который] с этим коллективом ходит уже много раз и всех знает, почему он не учёл эту психологическую особенность героя Янковского? На самом деле не так много нужно было, чтобы его подключить. Или он хотел его показательно перед коллективом [выставить]? В чём была цель?
ТХ. Я думаю, нет. Здесь, во-первых, мера ответственности руководителя, который [действует] на свой страх и риск. Да, ему разрешили. Но решение он принимает сам. И вся ответственность за принятое решение ложится на него.
Если в дороге кто-то из членов экипажа погибнет, не все дойдут и прочее, ответственность ляжет на того, кто принимал решение. Здесь критически важна, это хорошо известно в психологии экстремальных групп, путешествий, выживания и т. д., исключительно важна добровольная готовность коллектива идти на этот риск и сплочённость. А герой Янковского — это сильная личность, независимая. Это такой человек, который будет занимать позицию в любой группе, «а Баба Яга против», для того чтобы самовыразиться, подчеркнуть себя. В менее экстремальных ситуациях с ним вполне можно мириться, жить. Эта его особость будет компенсироваться его опытом и достоинствами.
Но в данной ситуации Батя не имел права рисковать, потому что если бы он начал, условно говоря, выкидывать свои фокусы в какой-то критический момент, это могло бы угрожать всем. Впоследствии мы же видим, что и с другим членом экипажа подобный конфликт происходит, но он быстро сходит на нет.
Это тоже, кстати, ситуация, её стоит разобрать. Этот герой, которого называют Жмотом, отец, как выяснилось, шестерых детей, у которого есть свои переживательные мотивы, с ним происходит эмоциональная вспышка в критической ситуации, но он довольно быстро возвращается на нормальные рельсы.
А в случае с героем Янковского ситуацию нельзя было прогнозировать. Ещё раз, те, у кого всегда есть своё мнение, те, кто хочет подчеркнуть свою особость и прочее, для ситуации экстремального выживания могут представлять опасность. Батя, скорее всего, как опытный полярник, это понял. Это достоверно. И другие сцены фильма достоверны, но тут это психологически очень верно.
СУ. Принято. Давайте разберём ещё один прокол, который привёл к этой ситуации. Это зимняя горючка, на которой делается акцент в самом начале. Батя перед экспедицией у завхоза, назовём его так, полярного, ещё на большой воде, на станции просит. Тот говорит, что всё запасено.
Оказывается, что это не зимняя горючка, а, судя по всему, просто там подбавлено керосина. Из-за этого экспедиция и попадает в свои основные проблемы, из-за этого приходится менять маршрут, приходится идти вообще на риск для жизни, в частности, разогревать на морозе, угорело много полярников, то есть там целая история из-за того, что, судя по всему, горючка не была залита зимняя. Это серьёзная ошибка, это не просто ошибка, это, можно сказать, в этих условиях даже халатность преступная. Мне не очень понятно, почему эта ситуация не была разобрана, не показано, что кто-то наказан или не наказан. Ну, случилось и случилось. Это меня удивило. Непонятна эта ситуация в фильме.
ТХ. Во-первых, да, это преступная халатность, именно так это квалифицировалось, и скорее всего за этим разбор полётов последовал. В фильме это не показано. Фильм делает акцент на героизме ребят, которые прорываются по маршруту, и [здесь ключевая] эта финальная героическая сцена, когда штурман угоняет вездеход, чтобы показать им путь, проход между трещинами, и сам чуть не погибает.
Почему эта халатность могла произойти? А здесь же психотип человека, он же в самом начале говорит: «Слушайте, техника в таком состоянии, она не дойдёт, и вообще здесь всё не так». И это, кстати, распространённая история в разного рода далёких экспедициях, походах, и вообще, функционирования технических систем в удалении от больших очагов цивилизации. Там всегда наблюдается, как правило, недостаток запчастей, изношенность механизмов — такие объективные сложности. И нужно иметь соответствующий характер, волю, трудолюбие для того, чтобы с этим бороться, компенсировать это смекалкой, своими силами и прочее. А здесь он говорит: «Слушайте, чего вы от меня хотите? Запчасти не привезли, техника в плохом состоянии». И на горючку — точно так же, спустя рукава, то есть при сверхнизких температурах в Антарктиде горючка замерзает, становится похожей на желе. Нужны либо системы электрического подогрева трубопроводов топливных баков, тогда их, по-моему, ещё не было; либо особые присадки, которые эту горючку делают устойчивой к низким температурам. Он говорит: «Да я керосином разбавил, в принципе, должно было быть всё нормально». А нормально не оказалось. То есть комбинация отсутствия трудовой воли, самодисциплины, желание махнуть рукой. То есть это человек не для экстремальных условий. Он, наверное, был бы неплохим завхозом где-нибудь в таксопарке. Показан человек не на своём месте.
Советский героический роман, героическая проза реальность отображала достаточно хорошо, как правило, во многих приключенческих историях такие типы не на своём месте, когда человеческий фактор может подвести всех остальных. И эти истории показывались, рассказывались.
СУ. О, а я, вы знаете, ещё что подумал? Может быть, так как это был не приказ, а разрешение, то по умолчанию считалось, что типа — мы консервируем технику. И поэтому, что заморачиваться? А его не особо посвятили в этот план, что планируют возвращаться.
ТХ. Вполне возможно, да.
СУ. «А, и так сойдёт!»
Предлагаю обсудить ещё два характера важных именно с позиции девиантологии. Одного немножко коснулись. Это полярник, которого называют Жмотом. Там интересно показана ситуация, когда сгорел хозвагончик, остаётся очень мало папирос, счётное количество. Они делятся и по особым событиям выкуриваются коллективом. Этот персонаж не выдерживает, и у него возникает важный диалог по поводу денег с героем Абдулова. Герой Абдулова теряется, его находят, то есть он чуть не погибает. Он водитель, боксёр по сюжету, по этому поводу над ним подшучивают, что он боксёр, на силу рассчитывает.
Давайте разберём образ Жмота. Что мы видим с позиции девиантологии? На что обратить внимание?
ТХ. Жмот, во-первых, сомневается в самом начале, он относится к колеблющимся. Потом, когда коллектив обсуждает возможность, лететь ли на самолётах или гнать караван вездеходов обратно, там показано колебание: «Опасно, у меня трое детей» и проч., но потом он как-то быстро заминается: «Нет, я вместе со всеми».
А в критический момент, когда сгорел хозвагончик, осталось мало продуктов, мало газа, на котором можно готовить, мало сигарет, у него происходит эмоциональная вспышка. Он начинает Батю, руководителя экспедиции, обвинять: «Это всё из-за тебя, мы сейчас погибаем. Как ты мог?»
С ним конфликтует другой член коллектива. Ситуация близка к драке.
Очень категорически прекращает всё это Батя, руководитель экспедиции, называя их трусами, бабами. А там уже несколько раз настойчиво повторяется: «Все мы теперь погибнем». Батя говорит: «Не сметь думать о смерти! Бороться за жизнь, бороться до конца!»
И этот настрой, кстати, — это главное условие выживания и главный профессиональный багаж опытных руководителей, участников такого рода экспедиций, приключений и т. д. Потому что как только человек позволил опасностям, трудностям надломить свою волю, утратить волю к сопротивлению, предаться отчаянию, панике, страху, это на 50% начало верного конца.
Здесь позиция руководителя совершенно категорична, он отстраняет его от управления вездеходом: «Передашь управление». И у того перещёлкивает, эмоциональная вспышка проходит, он говорит: «Прости, полаялись и забыли, но от управления машиной не отстраняй». Тот говорит: «Ну, хорошо, отстраню на сутки, тебе надо отдохнуть». Это ещё пример мудрости этого руководителя, действительно, у того эмоциональный срыв. А потом нам показана подоплёка этого эмоционального срыва. Он отец шестерых детей, где у него трое своих, а трое — усыновлённых.
И рассказывается история этого усыновления. Он был водителем троллейбуса, ехал по главной, соблюдая правила, в него врезалась «Волга», где были родители этих троих ребятишек. Родители погибли. Его спрашивают: «А тебя не судили?» Он говорит: «Да меня даже не привлекали, я прав был, я ничего сделать не мог. Но ребята остались сиротами». Супруга этого Жмота настояла, чтобы они усыновили детей, чтобы деток не отдавали в детский дом. И он теперь ответственен за большую-большую семью. Он говорит: «Мы каждый рубль считаем». Потому что тяжело действительно и в советское время, и сейчас растить шестерых детей. Непросто. И отсюда такие переживания: «Если я пропаду, кто их кормить будет?» Отсюда эта его прижимистость.
Это очень интересный ракурс, когда мы видим человека извне, делаем какой-то вывод об особенностях его характера, обвинительный такой вывод, что он жмот. А потом оказывается, что у человека совсем другие жизненные обстоятельства, о которых мы не знали, и когда он рассказывает эту историю, отношения спутников к нему меняются. Они говорят: «Вася, не переживай, дойдём, всё будет нормально». Это тоже интересный, очень психологический и житейский сюжет в этом фильме.
СУ. Да, он переворачивает восприятие, это очень полезно для тех, кто мыслит штампами.
Я бы хотел обсудить ещё один типаж, который очень важен. Кто любит ходить в походы или бывает по работе в разных ситуациях, знают такой типаж. В фильме он отражён героем Кононова.
Это очень тонкий психолог. Сначала мы видим, что он вроде как бы балагур, с одной стороны, но на самом деле это больше, чем балагур. Если разбирать с точки зрения сценических образов и архетипов, то вот в коллективе Батя — это правитель, а герой Кононова — это образ шута, то есть человека, который подсмеивается над всеми, начиная с того, что он разводит кока. Он с запиской обращается: «Выдать гульфик на гагачьем меху».
Но потом в ходе кризиса его шутки превращаются в очень важные аргументы и поддержку для всех остальных, когда они падают духом. Он смеется на тему, что он робот, который смазывает себя сгущёнкой, проявляет себя очень интересно. Это очень важный типаж в коллективе, обратите на него внимание. Развивайте в себе такие навыки. Мне интересно ваше мнение про этого персонажа, Темыр Айтечевич, в исполнении Кононова.
ТХ. Совершенно верно, да. Персонаж действительно показан гениально, он и психолог, и носитель неиссякаемого оптимизма. Для выживания коллектива в экстремальных условиях исключительно важно сохранять чувство юмора. Нервное напряжение, страх опасности, смерти — разрядку здесь может дать только юмор, причём юмор не любой, юмор не пошлый, а ситуативно тонкий. Герой Кононова в полной мере эти качества демонстрирует. Да, это такой источник оптимизма и разрядки для всех остальных членов экспедиции.
Это очень важно при подборе коллектива, когда людям предстоят длинные походы, особенно в изоляции от Большой Земли, чтобы такой шутник, такой шут в коллективе был. При этом это особый тип шута, он же не просто смеётся, он наравне со всеми работает, выполняет тяжелейшие задания, отогревая там замёрзшее масло, которое налипло на гусеницы, обжигается, обжигает в себе лицо, но он и это воспринимает с юмором. Это добрый талисман, наверное, всей этой экспедиции.
СУ. Да, те, кто будет смотреть, обратите внимание, с точки зрения того, как построен коллектив, как выделяются роли, они чётко просматриваются, и то, как устроено принятие коллективных решений в советском обществе, как проходят совещания, что там обсуждается. Обратите внимание на празднование 8 марта. Это очень милый момент, обсуждение роли женщин на полюсе. Очень необычный ракурс. Тут не будем спойлерить, кто не смотрел, посмотрите обязательно.
Ещё отдельные моменты. Обратите внимание, главный вездеход оранжевого цвета. Вездеходный поезд. И один выделяется, по борту усматривается стилизованная буква Z, как технику брендируют. Обратили внимание, где сделан этот оранжевый вездеход? Какой там бренд? Они даже говорят о нём пару раз.
ТХ. Честно говоря нет
СУ. «Харьковчанка». Я просто смотрел внимательно, мне интересно было. Мы видим на логотипе «Харьковчанка».
Судя по всему, все эти вездеходы сделаны на Харьковском тракторном, скорее всего. ХТЗ выпускал и тракторы, и танки. Учитывая, что действие происходит в 60-е годы, все эти вездеходы сделаны в Харькове, на базе Харьковского тракторного завода. Ну, это уже мелочи.
Кто будет смотреть, обратите внимание, что этот герой говорит: когда вернётся, отправит детей в Евпаторию на курорт. В фильме очень много мелких моментов, на которые просто нужно обратить внимание.
И уже под финал, Темыр Айтечевич. Античные фильмы всем надо смотреть, но кому бы вы рекомендовали, с учётом современных профессий, кому полезно посмотреть этот фильм?
ТХ. Во-первых, я думаю, полезно посмотреть школьникам средней и старшей школы и многим студентам. Мы сейчас с коллегами такую работу в первом приближении провели, у нас есть методичка по организации воспитательно-патриотической работы в системе образования, где мы, в том числе, даём рекомендации, какие фильмы посмотреть, какие книги, какие сайты, какую музыку послушать и прочее. Этот фильм, конечно, войдёт в рекомендации, потому что мы очень долго воспитывали лидеров, акцент делали: «Ты будешь лидером, ты будешь успешным, ты будешь независимым, ты будешь самостоятельным». В результате мы утрачиваем людей, способных работать в коллективе, и особенно в коллективе, работающем в экстремальных условиях. Это нужно воспитывать, это нужно показывать.
Одна из основных задач сейчас любых крупных компаний — это американское слово «team building» — как собрать команду. Потому что все лидеры, все мечтают о карьере, об успехе, о независимости, а о том, что каждый выполняет свою роль в общем деле — с этим проблемы.
Идеология служения — то, о чём тоже очень важно сегодня молодёжи напоминать.
Мы с чем сталкиваемся? Почти по всем направлениям подготовки в университетах очень большая часть студентов, по моим наблюдениям, около трети, в дальнейшем отказывается входить в профессию на уровне работы в организации, в коллективе — «Нет, я буду работать фрилансером, я буду работать на себя, не хочу связывать себя обязательствами», а
большие дела — в экономике, в обществе, в задачах развития, выживания страны — невозможны без трудовых коллективов.
И поэтому с этой точки зрения фильм будет полезен всем. Наверное, в первую очередь это геологи, географы — те, кому предстоит участвовать в такого рода экспедициях. Но как пример героизма и работы в коллективе, я думаю, что он полезен будет всем.
СУ. Спасибо. Да, я тоже считаю, что [нужно смотреть] всем, кто сталкивается с организацией минимального коллектива, больше пяти человек. До пяти, там ещё можно делать организацию семейного типа, когда все друг друга знают. Это специфика. А больше пяти человек и больше — тем более, всем обязательно нужно посмотреть, потому что
стрессовая ситуация очень хорошо проявляет все основные типажи,
и там есть, на что посмотреть и чему поучиться. А самое главное, как это было в той обстановке общественно-политической, которой уже, наверное, никогда не будет. Для этого нам и нужна античность.
Темыр Айтечевич, у вас впереди отпуск, мы берём небольшую паузу.
ТХ. Да, есть надежда.
СУ. Я желаю вам набраться максимально сил. Горам передавайте привет, я надеюсь, что попаду тоже в горы к вам.
ТХ. Горы вас ждут, Семён Сергеевич.
СУ. Да. Книгу допишу. Кстати, вчера писал, цитировал из вашей книги «Девиантология» как раз по теме «нацизм как сдвижка нормы». Так что тружусь тоже. Надеюсь, скоро увидимся. Вам хорошего отпуска и спасибо большое.
ТХ. Спасибо, Семён Сергеевич. Всего доброго, уважаемые слушатели. Спасибо.
СУ. Да, уважаемые слушатели, несколько недель паузы, и мы вернемся с нашей социологией здорового общества. Да пребудет с вами чистота понимания! Все желаем Темыру Айтечевичу Хагурову продуктивно набраться сил. До новых встреч. Пока.
Словарь когнитивных войн
Телеграм-канал Семена Уралова
КВойны и весь архив Уралова
Группа в ВКонтакте. КВойны. Семён Уралов и команда
Бот-измеритель КВойны
Правда Григория Кваснюка
Было ли это полезно?
3 / 0
