Семен Уралов
14 января 2013
Спикер украинской Верховной Рады Владимир Рыбак на встрече с послом США Джоном Теффтом заверил последнего о том, что все парламентские партии верны идеям европейской интеграции. То есть отчитался. Спикер. Парламента. Уроженец Донецка.
Представить себе, что спикер российского либо белорусского парламента отчитывается о внешнеполитическом курсе перед послом США, просто невозможно. В принципе. Уже.
При этом в российской политике немало людей, ничем не отличающимся от Владимира Рыбака. Такая же трудовая биография — партхозактив, мэрия, парламент.
То есть, мы имеем дело в двумя разными политическими культурами, а наши политики и мы сами стали носителями разных политических идентичностей.
С тех пор как возникли национальные государства в начале 90-х, наступила эпоха обретения новых политических идентичностей. С одной стороны, у каждого гражданина осталась старая идентичность — бывший советский человек. С другой стороны, повседневная жизнь в России, Белоруссии или Киргизии привела к тому, что у каждого постсоветского гражданина начала формироваться новая идентичность. Причём формирование проходило в первую очередь на бытовом уровне — валюта, товары, бренды, реклама и т. д.
В формировании новых идентичностей нет ничего нового и опасного — в Советском Союзе идентичности жителей Бишкека и Риги тоже значительно отличались.
Но вот в результате 20-летней смуты и после образования национальных государств начали возникать принципиально новые идентичности. Если проанализировать национальные концепции всех национальных государств постсоветского пространства за пределами Таможенного союза, то можно увидеть одно общее место. Конструирование новой национальной идентичности всегда строится на конфликте национального государства с другим государством: Армения – Азербайджан, Молдавия – Приднестровье, Грузия – Осетия, Грузия – Россия, Узбекистан – Киргизия, Украина – Россия.
Случай Украина – Россия особо интересен в силу того, что если национальная доктрина Украины отрицает Россию, то национальная доктрина РФ рассматривает украинство как разновидность русской ереси. И такое отношение приводит к ещё большему обострению у носителей украинской национальной идентичности.
Очертания союзной идентичности
Но сегодня мы подошли к моменту формировании ядра будущего союзного государства. Напомню, что проект союзного договора должен быть готов к апрелю 2014 года. Старт нового Союза запланирован на 2015 год — после принятия парламентами. В этих условиях парламентская стабильности России, Белоруссии и Казахстана является безусловным плюсом. Находись любое из государств-союзников в парламентском кризисе по типу украинского — союзный договор принимать было бы сложнее.
Поэтому вполне объяснимо, почему, например, та же Украина не попала в ядро будущего Союза. Потому что невозможно вступить в союз с тем, от кого ты отстраиваешься, конструируя свою идентичность. Аналогичные украинским проблемы будут в дальнейшем, например, у Узбекистана. О Грузии после преступления Михаила Саакашвили и вовсе лучше забыть на ближайшие 15-20 лет — грузинское общество и элиту впереди ждут не самые лучшие годы прозрения. Азербайджан и Туркмения, похоже, тоже глубоко заблудились в лабиринтах национального развития — и будут находиться там, пока есть доступ к прикаспийской нефти и газу.
При этом, например, тому же Казахстану, где все 20 лет осуществляется политика национальной ассимиляции, ничто не мешает участию в новых союзных формах. Так же, как интеграция с Россией не мешает Лукашенко последовательно формировать белорусскую идентичность.
Белоруссия, Казахстан и Россия — единственные национальные осколки, где граждане, массово являются носителями протосоюзной идентичности. Идентичности, которая не конфликтует с другими идентичностями. Собственно, поэтому именно эти государства в 2015 году станут ядром нового Союза.
При этом мы должны понимать, что по мере ускорения интеграционных процессов в Евразии, национальные государства, оставшиеся за пределами Союза, начнут стремительно деградировать, что мы можем наблюдать уже сегодня.
Более того: чем интенсивнее будет интеграция, тем стремительнее будет деградация национальных осколков на периферии. И дело вовсе не в хитром Путине, злом Лукашенко и алчном Назарбаеве. Сработают простейшие рыночные законы. Национальные рынки Украины, Молдавии, Армении и прочих окажутся отрезаны от единого рынка Евразии, превышающего их размеры в разы. А по капитализации рынков разница будет идти на порядки. Никакой идеологии — «джаст бизнес».
Единый рынок — единая идентичность
Чтобы понять, что будет происходить с национальной периферией, достаточно посмотреть на ситуацию в Южной Осетии.
Изолированное существование вне российского рынка привело к тотальной деградации экономики Южной Осетии. Дело даже не в войне — просто нельзя было интегрироваться одновременно в рынок Грузии, куда де-юре входила ЮО, и в рынок России, где она находилась де-факто. А по факту, будучи транзитным рынком, — экономика Южной Осетии стремительно деградировала.
После войны 2008 года вопрос интеграции снялся сам по себе и пошло постепенное выздоровление экономики за счет включённости в единый рынок. Но даже сейчас – из-за того, что Южная Осетия является формально независимым государством, — какая-никакая таможня, а существует, что очень сильно мешает развитию.
Начиная с 2015 года мы входим в новый период развития — формирования новой союзной идентичности. Одновременно мы будем наблюдать кризис национальных идентичностей. Особенно это будет ярко видно на фоне политических кризисов в национальных государствах за пределами Союза. В 2013 году президентские выборы в Грузии. На 2015 планируются президентские выборы на Украине и Узбекистане. Поводов для политических кризисов хватает — и на фоне образования нового Союза в Евразии происходящее в национальном государстве вроде Украины или Узбекистана будет сильно вредить национальной идентичности.
Поэтому тем гражданам, кому не повезло жить в государствах, входящих в ядро будущего Союза, надо внимательно следить за формированием новой союзной идентичности. Уже сегодня очевидно, что никакой другой интеграции, кроме Евразийской, на постсоветском пространстве не существует. Соответственно, национальные государства – вроде Украины, Узбекистана или Армении — либо войдут в новый Союз, либо будут стремительно деградировать по типу Южной Осетии до 2008 года.
И если нормальный гражданин – вне зависимости от того, живёт он в Киеве либо в Душанбе, – не хочет связывать себя с окружающим национальным безумием, он должен знать, что вообще-то есть новая союзная идентичность. Но чтобы её обрести, необходимо разбираться в том, как устроена жизнь в новом Союзе. И, как минимум, быть готовым к интеграции персонально.
Надо просто помнить, что есть разные версии государств. Есть удачные эксперименты — которые прошли через горнило 90-х и вышли к новому Союзу. А есть тупиковые национальные государства. И в этом нет ничего плохого или постыдного — наши предки тоже оказывались в подобных ситуациях. Была тупиковая ветвь русского государства — Княжество Литовское, которое было недружественно поглощено Польшей и в результате интегрировалось, но уже в качестве объекта, а не как альтернативное русское государство. Как сейчас, скорее всего, произойдёт с Украиной.
Поэтому, даже если живёшь в Ташкенте или Киеве, это вовсе не означает, что ты не можешь быть носителем союзной идентичности. И эта идентичность, кстати, никак не будет конфликтовать с местной национальной идентичностью. Она на то и союзная.
От редакции. Напоминаем, что раздел «Однако. Евразия» является правопреемником проекта «Однако. Украина» — в силу приоритетности и расширения повестки Воссоединения. Украинские читатели, которые в своё время выбирали «Однако. Украина» своей стартовой страницей, автоматически перенаправляются на главную страницу «Однако».
Материал перепечатан в ознакомительных целях с uralov.odnako.org
Словарь когнитивных войн
Телеграм-канал Семена Уралова
КВойны и весь архив Уралова
Бот-измеритель КВойны
Правда Григория Кваснюка
Было ли это полезно?
1 / 0
